Бэтмен 1-2
Шрифт:
В комнату вошел Брюс. Его решительное лицо заливала бледность, глаза смотрели с вызовом.
Первым пришел в себя Джокер.
– Ну, мисс Вейл, - обратился он к притихшей девушке, - что, еще один петушок в курятнике? Ты разбиваешь мое сердце!
"Что он делает!
– забыв о прежних обидах, закричала в душе Вики. Ведь Джокер убьет его!"
– Брюс!
– одними губами прошептала она, но Джокер угадал произнесенное ею имя.
– Брюс?
– повторил он вслух.
– Брюс Вейн, да?
– Да, - ответил тот. Боб, незаметно вошедший в комнату,
Джокер повелительным жестом осадил своего дружка. Слишком просто было убить соперника так...
– Да, - повторил Вейн, делая шаг навстречу Джокеру.
– Большую часть времени.
То, что казалось сейчас Вики безумием и бессмысленным самопожертвованием, было на самом деле частью хорошо продуманного плана.
В первую очередь Брюс собирался вывести Джокера из себя. Когда человек теряет контроль, он перестает обращать внимание на мелкие детали: фокусники не случайно всегда пользуются отвлекающими маневрами.
Для того чтобы спасти себя и Вики, Вейну пришлось на некоторое время превратиться в фокусника.
"Да это уже настоящий цирк, - заметил он про себя, - клоун и фокусник... Да, еще, правда, остается место для дрессированных зверей... Но для этого будет специально второе отделение..."
Впрочем, первая реплика репризы по достоинству оценена не была: Джокер попросту не понял ее подтекста.
– Зато я знаю, кто ты, - продолжил он.
Джокер и Боб переглянулись.
"Ну-ну, приколи!
– высветилась невысказанная фраза на лице помощника клоуна.
– Давай-ка я расскажу тебе об этом парне, - продолжал Брюс, не спеша направляясь в сторону камина.
Тема разговора тоже не была случайной - он знал, насколько тщеславен Джокер, и собирался сыграть на его заинтересованности узнать мнение о себе, сложившееся у другого человека.
Пусть такие люди, как он, не верят никому, кроме себя, они все равно живут в надежде, что некто станет ими восхищаться.
Даже просто знать - это уже нечто...
– Джек - жестокий мальчик, плохая наследственность.
– Вейн видел, что эта характеристика доставляет Джокеру настоящее удовольствие. "Жестокий мальчик с плохой наследственностью" было для него скорее комплиментом, чем упреком. А как же иначе - ведь "искусство смерти" в его понимании основывалось на том, чтобы менять местами пороки в добродетели.
Брюс только подтверждал Джокеру, что тому удалось донести до людей свой новый имидж.
– Он любил делать больно людям...
– Вейн остановился у камина, ища хоть одну деталь, которая могла бы быть использована в качестве необходимого ему реквизита. Очень быстро он нашел то, что искал.
– Что, вам уже нравится?
– спросил он, снова поворачиваясь в сторону бандитов. Они слушали его внимательно, довольный блеск в глазах Джокера подтверждал, что его план удался. Так, теперь оставалось довершить подготовку к фокусу и резко повернуть тему разговора. Чего не любит любой сумасшедший? Разумеется, лишнего напоминания о собственной болезни!
– Но все дело в том, что он стал сдавать, понимаешь?
– рука Брюса потянулась к небольшому
– Сумасшедшим стал...
Постепенно с лица Джокера сползла вся благость. Некоторое время он был растерян, потом огонек злости зажегся в его глазах и стал быстро разгораться.
– Все из рук у него валилось, - подзуживал Вейн: этой злости пока ему не хватало. Для того чтобы дело выгорело, Джокер должен был подняться на более высокую ступень безумия.
– С головой, наверное, что-то не в порядке...
"Мальчишка!
– скрипнул зубами Джокер.
– Ничтожество, а туда же... Ну он у меня сейчас по-лучит!"
– Он был из тех, - Вейн снова повернулся в сторону слушателей, - кто локомотив бы не заметил, пока тот не сбил бы его...
"Брюс! Прекрати! Что ты делаешь!" - беззвучно взывала к нему Вики. Неужели ей придется стать сейчас свидетельницей его гибели?! Она пошла бы сейчас на что угодно, только бы этого не случилось.
"Мерзавец! Подонок!" - глаза Джокера налились кровью. Брюс понял, что разговор надо заканчивать.
– А ты знаешь, что случилось с этим человеком, Джек?
– вкрадчиво спросил Вейн и неожиданно перешел на крик: - Он стал совершать ошибки, а потом...
– неожиданно в его руках появилась кочерга. Резким ударом Вейн разбил стоявшую на краю полки вазу: грохот резанул по напряженным нервам, как удар электрического тока.
Ни разу Вики не видела на лице у Вейна такого выражения. Она вообще не представляла себе, что он мог выглядеть так.
Брюс стоял тяжело дыша, среди обломков вазы, с кочергой наперевес, в его взгляде бушевала неподдельная ярость.
– Ну что, ты, сумасшедший?!
– выкрикнул он.
– Ну, давай, я тоже сумасшедший... Ну!
Напряжение в комнате достигло такой концентрации, что любой звук мог привести к взрыву...
И тем не менее Джокер вернул себе хладнокровие - так, во всяком случае, решил он сам.
Он сделал самое естественное (разумеется, для себя) в данной ситуации: крутнул на пальце пистолет и выстрелил.
Вики взвизгнула - она увидела, что пуля ударила Вейну в сердце, и тот сложился пополам, отлетая к стене.
С этой минуты все потеряло смысл... Стоило ли ссориться с любимым, если смерть лишила ее возможности пойти на мировую?
– Скажи кое-что, мой друг...
– Джокер уставился потускневшим взглядом на лежащее на полу тело.
– Ты когда-нибудь танцевал танец с дьяволом под бледной луной?
– Что?
– машинально переспросила Вики, тщетно старающаяся не выдать слез.
– Я всегда спрашиваю это у своих жертв... Мне просто нравится, как это звучит...
Джокер сунул пистолет в карман и посмотрел на девушку.
У него было такое выражение лица, будто он видит Вики впервые.
– Вики, - голос Джокера неожиданно смягчился и приобрел бархатистость. Так кот за мгновение превращается из жаждущего крови зверька в милое домашнее существо, созданное лишь для того, чтобы греть хозяину колени и мурлыкать.
– Ну почему каждый раз нам кто-то мешает?