Бетховен
Шрифт:
— Олимпийские игры? — переспросила она.
— Ну… не совсем олимпийские…
Эмили больше не хотелось ничего слушать. Она только хотела сбежать от отца и посмотреть на щенков Бетховена!
— Пап, а может, мы поговорим об этом, когда я подрасту? — спросила она.
— Знаешь, Эмили, это хорошая мысль, — с огромным облегчением ответил отец.
Райс сидела за туалетным столиком в спальне и разглядывала себя в зеркало. Она никак не могла решить, симпатичная
Ее размышления были прерваны явлением Тэда, Эмили и Бетховена. Тэд приложил палец к губам и подошел к старшей сестре.
— Что случилось? — озадаченно спросила Райс.
— Пойдем с нами, — зашептала Эмили. — Только чтобы папа с мамой не видели.
— Особенно папа, — добавил Тэд.
Дети Ньютонов и их собака прокрались вниз по лестнице, прошли через кухню и спустились в подвал. Эмили зажгла фонарик и направила луч на спальный мешок, сложенный в углу кладовки. Тэд поднял спальник и показал новообретенное сокровище.
— Щенки… — удивилась Райс. — Откуда они?
— Это щенки Бетховена, — объяснила Эмили. Она взяла двоих, которые сильнее всего походили на своего отца, и показала их Райс. — Вот видишь?
— Такие милые!
Тэд поставил в коробку блюдечко с молоком, но щенки не проявили к нему никакого интереса. Бетховен был очень озабочен своими отпрысками. Он вылизывал их, пытаясь успокоить и утешить. Но они лишились матери, и Бетховен был печален. Ему тоже не хватало их матери!
— И как это случилось? — спросила Райс.
— Та дама, хозяйка их мамы, собиралась их утопить, — объяснила Эмили. — А мы просто не могли этого допустить. Поэтому мы принесли их домой.
— Папа с мамой ничего не знают, — добавил Тэд. — Мы не хотим им ничего говорить. Пока папа не будет в хорошем настроении.
— Это должно быть ну очень хорошее настроение, — сказала Райс. — Какое бывает раз в сто лет.
Щенки попискивали и копошились в углу.
— Ну ладно, — сказала она собакам. — Только не гавкайте, пока мы не придумаем, что делать с вами, ребята.
— А как мы их назовем? — спросил Тэд.
Райс взяла ближайшего щенка.
— Это девочка. Придумай подходящее имя для девочки.
— И не просто подходящее, — возразила Эмили. — Ее папа — Бетховен. Он был музыкантом, давным-давно. Ей нужно музыкальное имя.
Все задумались.
— А как насчет Долли? — предложила Райс. — В честь Долли Партон.
Эмили кивнула и вытащила следующего щенка.
— Отлично. А этот такой толстенький… Пусть будет Чубби!
— В честь Чубби Чекера, — сказала Райс.
— А кто это?
Райс нахмурилась.
— Не знаю точно. Певец, кажется. Я слышала, как о нем говорили папа с мамой. Они его слушали в детстве.
— Это было так давно, — вздохнула
Тэд осмотрел следующего щенка.
— Этот выглядит, как один из «Студжес». Давайте назовем его Мо!
Сестры согласились с ним.
— А у одного из них должно быть настоящее музыкальное имя, — сказала Райс. — Пусть будет Чайковский!
— А это еще кто? — спросил Тэд.
Эмили с презрением посмотрела на брата.
— Ты что, ничего не знаешь? Он был в одной группе с Бетховеном! Сто лет назад!
Глава десятая
Несмотря на то, что настал понедельник, утро было чудесное. Мистер Ньютон встал рано — ему не терпелось вернуться на свою фабрику и заняться сотворением ньютоновских спортивных освежителей. Однако он попытался найти время, чтобы немного расслабиться, потягивая кофе и наслаждаясь хорошим днем. Мистер Ньютон в банном халате вышел на крыльцо с дымящейся чашкой кофе в руке. Он глубоко вдохнул свежий воздух, радуясь жизни.
Тут он увидел газетного рассыльного Томми, которые направлялся к дому Ньютонов.
— Эй, мистер Ньютон! — крикнул Томми. — Девятый иннинг! Счет открыт…
Слегка расслабленно Джордж Ньютон отставил чашку подальше от линии огня и принял позу бейсболиста.
— Давай, Томми! Прямо в цель. Только крученый…
— Ловите! — Томми вытащил из своей сумки газету и кинул ее Джорджу. Сначала похоже было. Что она попадет в цель. Но вдруг, как будто траектория полета внезапно сломалась, Газета взмыла вверх и врезалась в горшок с геранью. Который висел у мистера Ньютона над головой. Пара фунтов хорошо удобренной земли просыпалась ему прямо на голову.
Нет, похоже, что снова был отвратительный день понедельник…
В подвале дела тоже шли не так уж чтобы хорошо. Щенки искали Мисси и наотрез отказывались есть. Тэд с Эмили были небольшими специалистами по уходу за детьми, но они твердо знали, что отпрыски Бетховена должны есть, чтобы выжить. Но они не ели.
Тэд держал в руках блюдце с молоком, а Эмили — одного из щенков, в надежде, что вот-вот покажется розовый язычок и станет лакать. Но ничего не происходило.
Эмили сморгнула слезы.
— Давай, Долли, ну пожалуйста, сделай хоть глоточек!
Однако кроха воротила нос от молока. Эмили и Тэд обменялись растерянными взглядами и задумались, что же им надо сделать, чтобы щенки начали есть.
Чуть в стороне сидела Райс с переносным телефоном в руке. Она звонила ветеринару, который лечил Бетховена.
— Да, доктор, они очень маленькие. И их мать увезли, а они не хотят пить молоко из миски и вообще…
Райс посмотрела на щенков, которые не обращали никакого внимания на тэдово блюдце с молоком.