Бета Малого Льва
Шрифт:
– Ей нужен я. Нравится тебе это или не нравится.
Потом был завтрак, раздача подарков, какие-то повседневные разговоры... Ричард был
сам не свой, и все делал и говорил чисто механически. Две хищные собаки - ревность и
тревога нападали на него с двух сторон, и он не знал, какая больнее кусает. Конечно, о какой
ревности можно было говорить, когда речь шла о безопасности сына? Но и от мысли, что
женщина, твоя до последней клеточки, уезжает,
закипало. Ему с трудом удавалось выглядеть спокойным.
Сын уже распахнул дверцы модуля. Происходило что-то неизбежное. Ричард в смятении
вышел на крыльцо и столкнулся с Зелой. Она зачем-то возвращалась в дом. На него
взглянули две огромные темно-зеленые бездны.
– Ричард... ты не против, что мы летим в твой замок?
Он был против всеми силами души. Но у него не было ни одной веской причины им это
запретить.
– Конечно, нет, - сказал он.
Почему он никогда не замечал, какие жуткие у нее глаза? Они были грустными, умными,
растерянными, прекрасными... но такими бездонными и мрачными они никогда не были. В
них просто невозможно было смотреть. Не так, совсем не так смотрит женщина, которую
ожидает ночь прекрасной любви. Что же она задумала, черт возьми!
Что было делать? Бежать к сыну, трясти его за грудки и внушать ему, что она его не
любит? Бесполезно. И еще не доказано. А вдруг все-таки любит? Опять будешь выглядеть
полным ослом.
– Ты что-то забыла?
– он уступил ей дорогу.
– Да, - она опустила глаза, - заколку.
Ричард пропустил ее в дом и подошел к сыну. Ольгерд спокойно стоял у распахнутой
дверцы.
– Кажется, погода наладилась, - сказал он, разглядывая голубое яркое небо.
– Ты видел ее лицо?
– спросил Ричард хмуро.
Вопрос сыну не понравился. Его спокойствие сразу куда-то улетучилось.
– Па, зачем ты опять?
– Я спрашиваю, ты видел ее лицо?
– 122 -
– Видел. У нее всегда такое лицо, когда ты появляешься.
– Интересно, чем же я заслужил?
– Разве не ты всегда внушал мне, что любить ее нельзя. И она это знает.
– Откуда?
Ольгерд пожал плечом.
– Наверно, потому что ты говорил это не шепотом.
– Ол, это чушь собачья. Мало ли, что я когда-то говорил!
– Вот именно. Я люблю ее. И запретить ты мне этого не можешь.
– Ол, я не об этом. Я о том, что это не причина. Забудь ты хоть на секунду о своей любви!
Пойми, она везет тебя в замок с какой-то целью.
– Ошибаешься, - сверкнул черными глазами Ольгерд, - это я ее везу. Потому что у
тут понатыкано камер на каждом суку, не дом, а телестудия!
– Никуда ты не поедешь, черт возьми!
– взорвался Ричард, видя, что все аргументы
бессильны.
У него уже возникла мысль расплавить модуль в лепешку к едреной бабушке, так же, как
Конс расплавил робота. У него бы это сейчас запросто получилось.
– Это не разговор, - заявил Ольгерд, вставая перед ним как для дуэли, - есть вещи, в
которые ты вмешиваться просто не имеешь права.
– Я пока еще твой отец.
– Ты вспоминаешь об этом со странной периодичностью!
– сын смотрел на него с
вызовом, - у тебя была целая неделя в Дельфиньем Острове. Я же тебе не мешал! И я не
виноват, что тебе этой недели не хватило!
– Куда только подевалось твое ясновидение, - усмехнулся Ричард, понимая, что ничего он
в этой ситуации сделать не сможет, даже если объяснит, на что ему хватило этой недели, -
катись, куда хочешь. Не костьми же мне ложиться...
– Вот именно.
Зела показалась на крыльце. Изумрудное платьице переливалось на солнце вместе с
янтарным ожерельем - подарком Гунтривааля. Он смотрел на нее со смешанным чувством
тоски и раздражения. Она снова остановилась напротив него и посмотрела бездонными
глазами. Красота ее была пронзительной.
– Я очень люблю твоего сына, Ричард, - сказала она тихо, так, чтобы слышал только он, -
хочу, чтобы ты это знал. Я не могу желать ему зла.
– Какое совпадение, - отшутился он, - я тоже люблю своего сына.
– Ричард...
Все слова были бы лишними: и смешные и серьезные. Они просто смотрели друг на
друга. Он ей верил и не верил. И, независимо от этого, не мог на нее насмотреться.
– Иди, - сказал он наконец, - или тебе нужно мое разрешение?
– Нет. Уже не нужно.
Она так и пошла, оглядываясь на него, так и села в модуль, глядя на него, и так и
улетела, выглядывая из окна и оборачиваясь на него.
«И эта женщина меня не любит?» - в который раз подумал он, совершенно запутавшись.
Глаза провожали исчезающую точку модуля в ясном небе.
В полдень прилетела Алина. Она явилась как будто из далекого прошлого, из другой
жизни. Ричард долго не мог понять, что ей от него надо. Какие-то билеты, какие-то
вечеринки... Она вела себя так, словно все было по-прежнему. Как будто его просто не было
две недели.
– Тебе что, не до меня?
– догадалась она наконец.