Бета Малого Льва
Шрифт:
– Я стар, чтобы ходить по гостям, - грустно сказал Би Эр.
– А лет двадцать назад ты еще был о-го-го!
– 193 -
– Шутка ли, двадцать лет?
Светская беседа была разбавлена угощениями, принесенными вместе со столиком.
Тостра с удовольствием поглощал устриц, сам такой же бесформенный и скользкий, как они.
Его хотелось выковырнуть из его защитного кокона, как из ракушки, проткнуть вилкой и
перемолоть в безобидную кашицу.
– Послушай меня, -
неизбежно коснутся, Синор Тостра.
– Каким образом?
– Мы провели достаточно экспериментов и выяснили, что аппирам необходимо
переселиться на Пьеллу, на свою родину. Чтобы выжить, а не вымереть окончательно...
Тостра слушал внимательно, даже доброжелательно, обстановка казалась самой
дружеской и радушной. Он рассматривал Кневха и Тапола, даже поспрашивал, как им там
жилось без всяких удобств. Посочувствовал им снисходительно, потому что даже один день
без горячей ванной представлялся ему чудовищным мучением.
– Ричард, - усмехнулся он, - мне хорошо и тут, - надеюсь, ты это понимаешь? Как вы
собираетесь нас переселять? Чисто технически? Или собираетесь нам навязать свое
социальное устройство?
– Собираемся, - сказал Ричард - покончить с рабством. Энергетическое рабство отпадет
само собой. А другого мы не допустим.
Тостра пробуравил его маленькими злыми глазками.
– И это ты говоришь мне?
– Я ставлю тебя перед фактом. Пойми, это неизбежно. Тебе необходим постоянный
приток невольников. Ты не можешь вариться в собственном соку. Если мы перевезем всех на
Пьеллу, ты будешь обескровлен. Так что особого выбора у тебя нет. Лучше тебе поладить с
людьми, Синор Тостра, тогда мы создадим для тебя на Пьелле приемлемые условия.
– Я пока еще не ссорился с людьми, - сказал Тостра, - но неужели ты думаешь, что я
покину свой замок, распущу своих слуг, освобожу своих невольников, - и все только для
того, чтобы переселиться на необитаемую неустроенную планету? Не думал, что люди столь
наивны.
– Жизнь - это не только сидение в кресле и выкачивание энергии из окружающих. Тебе
самому это еще не надоело? Когда у тебя появятся собственные силы, ты избавишься от
ожирения и всех болезней, которые тебя мучают, тебе не понадобится ни такой замок, ни
такой штат прислуги, ни армия рабов. У тебя есть шанс жить нормальной полноценной
жизнью. Подумай, стоит ли его отвергать?
Бесконечная беседа длилась до вечера. Закатилось солнце, зажглись тусклые светильники
в разных уголках тропического сада, под каждым светильником стояло по охраннику,
смолкли
Земле, о роковых ошибках человечества и его достижениях. Он даже говорил с этой
самодовольной тушей о смысле жизни, но чувствовал, что все его слова ухают куда-то в
бездонную яму. Тостра не столько не понимал, сколько не желал понять, что его спокойная
размеренная жизнь, точнее, пародия на жизнь, кончилась.
Одного Ричард все-таки добился: они не поссорились, и он имел шанс уйти отсюда
живым и увести своих друзей.
– Ты меня не убедил, - заявило это желе, служанка старательно вытерла ему вспотевший
лоб, - еще неизвестно, когда начнется это переселение, и что получится из этой затеи. Я не
хочу ссориться с людьми, но я их не боюсь. Мои рабы - это мои рабы. Они принадлежат
только мне. Хочешь - выкупай. На это я согласен.
Ричарду как никогда хотелось его убить. Его спутники понуро сидели рядом с ним на
диване, давно поняв, что все это безнадежно. У них, наверно, была только одна мысль:
смыться отсюда поскорее от греха подальше.
– Выпьем, - предложил Тостра, - протягивая к столу толстую, как воздушный шар, руку.
Ричард разлил вино по бокалам. Вошли слуги с новыми подносами. Одна девушка
выложила на стол фрукты, другая поставила бутылки с вином. Третья была не с подносом, а с
тазом, она присела, разула этот пузырь и опустила в таз его распухшие ноги. Вид у всех трех
– 194 -
был забитый, одежда черная и тоже какая-то казарменная. Та, что мыла ему ноги, вообще
была обрита почти на лысо, как после тифа. Она была щемяще худа, словно узник
концлагеря, шейка и бритый затылок беззащитные, спина узенькая, коленки острые, руки ее
дрожали.
Его пронзила жалость. Он глотнул из бокала, не представляя, что же делать, как спасти
всех этих несчастных девчонок, а заодно и мальчишек, и стариков, и детей. Ему на ум
приходило только одно решение: убить этого упыря как можно скорее, отрубить голову у
этого спрута, сосущего из всех энергию.
Девушка встала, комкая в руках приготовленное полотенце. Ричард заглянул ей в лицо и
вздрогнул. Она была похожа на Зелу. Не на ту, что он встретил у Леция, прекрасную
цветущую женщину со счастливыми глазами, а на ту, что Ольгерд привез с Пьеллы,
худенькую, запуганную, несчастную и жалкую. Его словно ударило током. Девушка стояла,
опустив голову, не глядя на него и не узнавая.
Он пытался понять, Зела это или не Зела, но она ни в чем ему не помогла, только