Бесы

Таубе Оливия

– Уважаемые коллеги, имейте терпение! Скоро всё разъяснится, и виновные будут наказаны!

– Кто – наказаны? Это змеи, что ли?

– О каком Вы терпении говорите, Герман Соломонович? Ведь и так уже десять месяцев люди зарплату

не получают, о забастовке думают. А теперь завод в такие убытки войдёт, что зарплата нам после этого – пожизненно не светит! А Вы опять к терпению призываете?! И сколько, по вашему, ещё терпеть придётся?

– На предприятии никто никого насильно не держит! Если вас что-то не устраивает, – пожалуйста, подыщите другое место работы, с подходящими условиями труда! – пафосно ответил Герман и тут же понял, – что не стоило, ох, не стоило сейчас говорить этих слов! Придёт ещё время, чтобы поквитаться за каждое слово, сказанное против него!

– Да, насильно тут никого не держат. Тут просто в чёрном теле держат! Вы прекрасно знаете, что сейчас все предприятия подряд закрываются, вот и посылаете нас так легко искать подходящую работу. Да её никакой нет! Ловко, однако!

– Ну что Вы хотите от меня услышать? Ведь вы же сами

всё видите, – мы сейчас от всего мира отрублены! – стараясь не упасть окончательно в глазах общественности, важно изрёк директор.

– Не скажите, Герман Соломонович! Если вон те двое могут что-то сделать, то почему мы покорно ждём своей участи и бездействуем? – указал на окно Довлатов.

– Кто такие? – удивлённый Герман Соломонович подошёл к окну.

Огромными факелами горели деревья, освещая всю площадь перед заводоуправлением. Огромный дракон – точно такой, как на календаре Аллы Егоровны – сидел на воротах центральной проходной и явно издавал победные крики, попутно изрыгая пламя на домик с охранниками. Створки ворот были распахнуты настежь, и вокруг не было видно ни одного человека. А посреди ворот стоял брошенный шофёром КАМАЗ с выбитыми стёклами, и по нему резво скакали зелёные твари: один расшвыривал из кузова какой-то груз, другой с наслаждением выламывал дверцы кабины, а третий, не прерываясь ни на миг – прыгал на крыше полураскуроченной машины. Всюду болтались обрывки проводов, двор был завал сломанными деревьями и разбросанными повсюду металлическими деталями и искорёженными трубами. Как-будто в пору нашествия Мамая тут только что пронеслась дикая орда, всё сметая на своём пути! Да, впрочем, так оно и было…

Конец ознакомительного фрагмента.