Бесстыжее лето
Шрифт:
– Возможно. Или просто потому, что там нечего было стыдиться. Двое взрослых, отвечающих за себя людей имеют полное право заниматься чем угодно, где угодно и как угодно.
– Придурок, – она закатывает глаза, и эта реакция значит только одно: ей нечего возразить.
– А ты упрямая коза, – хмыкаю я и пью уже так, без всяких вопросов. – К тебе или ко мне?
АНЯ. 8 глава. Наплевав на принципы
Давайте сразу обозначим несколько вещей. Так сказать, разложим по полочкам.
Мне
Вообще, я была уверена, что выиграв спор, Артем придумает что-нибудь более оригинальное и выебистое, чем просто отвести нас в бар при ночном клубе и предложить сыграть в «было – не было» на стопках водки. Хотя… чего еще было ожидать от его маленького мажорного мозга? Ведь его единственная цель – напоить меня и трахнуть, это ясно как божий день.
Хорошо, что мой организм довольно устойчив к алкоголю. Серьезно, в студенческие годы приходилось пить гораздо больше и мешать совершенно диким образом, пиво с шампанским, водку с вином, но всегда удавалось идти ровно по поребрику тротуара, а на утро – никакого похмелья, головной боли и классических для таких историй объятий с унитазом.
И хорошо, что перед походом на пьянку я хорошенько поела. Алкоголь всасывался медленней, мозг был кристально чист, и только физически меня немного вело от выпитого. Недостаточно, чтобы броситься в омут с головой. Наверное. Или…
– С чего ты взял, что между нами что-то будет? – хмыкаю я, пока Артем выдувает еще одну стопку водки и смотрит на меня осоловелыми, жадными, почти злыми глазами. В полумраке ночного клуба его гетерохромия кажется не то завораживающей, не то пугающей: неоновое освещение по-разному отскакивает от голубой и коричневой радужек. Этот взгляд сводит с ума. Между ног снова появляется горячий зуд, а в животе – тягучий спазм, и я покрепче сжимаю бедра, чтобы не выдать своих невольных и пьяных физических реакций.
– Ты сама призналась, когда выпила стопку в последний раз, – он показывает на мой пустой стеклянный стаканчик. – Тебе было стыдно, но приятно и хотелось повторить.
– Это был общий вопрос, – я закатываю глаза. – Не про конкретную ситуацию, придурок.
– Да нет, коза, про очень даже конкретную, не ври мне, хотя похер, ври мне, себе главное не ври, еще немного – и ты потечешь прямо тут, так что я спрошу еще раз: к тебе или ко мне? – он смотрит на меня так уверенно и требовательно, что я не нахожу ничего лучше, чем просто выпалить:
– Мне нужно
– Не утони там в унитазе, – насмешливо фыркает вслед Артем, и я разворачиваюсь, показывая ему фак. Он в ответ тоже тут же оттопыривает средний палец, а потом медленно погружает его себе в рот, очевидно, пытаясь намекнуть на минет. Ага, как бы ни так, придурок. Сам себе отсоси.
В дамской комнате я первым делом не иду в кабинку туалета, а просто встаю перед зеркалом, широко расставив ноги и ухватившись руками за края раковины. Смотрю на себя исподлобья. Макияж все еще на месте, прическа в порядке, платье чистое. Я могу выйти отсюда и просто заказать такси. Уехать. Сбежать. Забыть. И не позориться во второй раз.
А могу поехать к нему, провести безумную ночь – от одной мысли об этом между ног становится жарко, – а сбежать и забыть уже утром.
И не позориться вообще. О каком позоре идет речь, господи? Если это уже было один раз – что изменится от второго?
По большому счету, он совершенно прав: мы взрослые самостоятельные люди и вольны делать все, что нам хочется. А у меня так давно не было секса… Не считая того перепихона в подсобке, конечно. Но от него мои желания стали только явственней и сильнее.
В попытках понять, насколько сильно на мои мысли влияет алкоголь, я хорошенько умываюсь, оставляя на лице дорожки туши, провожу влажными ладонями по шее, плечам, груди. Ткань платья теперь прилипает к мокрой коже. Я снова смотрю на себя в зеркало.
Да похуй на все. Плевать на принципы. Когда у меня еще будет такой бешеный секс без обязательств? Ведь через два месяца один из нас с треском вылетит из агентства – и мы никогда больше не увидимся.
– Ты там что, плакала? – с удивлением спрашивает Артем, увидев разводы туши на моих щеках.
– А если плакала – такую ты меня трахать уже не станешь? – язвлю я в ответ. – Ты ведь у нас привык к красоткам-моделям.
– Неее, – протягивает он, качая головой. – Для меня это не проблема. Я просто слижу языком с твоей кожи эти черные дорожки.
– Будет невкусно, – обещаю я.
– Зато во всех остальных местах ты охуенно вкусная.
– Типа, компенсируешь?
– Ага.
– Тогда заказывай такси, не за руль же ты в таком виде сядешь. Надеюсь, ты хотя бы сможешь попасть ключом в замочную скважину…
– Даже не сомневайся, коза, – он делает ко мне шаг, обжигая шею горячим дыханием, но запах алкоголя почти не чувствуется, потому что мы пили примерно поровну. – Я попаду во все твои скважины… всеми своими ключами… – он несет какую-то пошлую чушь, прижимая меня прямо к стене клуба, а потом все-таки вытаскивает смартфон и открывает приложение такси, многозначительно замечая: – Значит, ко мне.
Уже в автомобиле он лезет пальцами между моих бедер, совершенно беспардонно и забив на то, что в зеркало заднего вида на нас поглядывает водитель такси. Я пытаюсь оттолкнуть его, шиплю, кусаю за нижнюю губу: