Бессмертный
Шрифт:
Оказалось, что попасть в их мир торопились существа, сильно напоминающие людей, но при этом имеющие другой цвет кожи, рост на полметра выше и кучу огнестрельного оружия за плечами и в руках. Появляясь друг за другом непрерывным потоком, они с легкостью протаранили автоматически захлопнувшуюся перед их носами непробиваемую дверь, свалив ее вместе с частью стены, проигнорировали шум надрывно взвывших сирен и никоим образом не отреагировали на боевые заклинания оператора.
Гости с легкостью прошли сквозь выстроенную систему колдовских защитных полей, походя сокрушая стены и ломая хрупкое сопротивление охранников,
Через несколько минут из центральных дверей со скоростью лавины выбежал и разбежался кто куда немногочисленный персонал, а появившиеся чуть позже в значительно большем количестве пришельцы разделились на отряды, один из которых расположился напротив выхода, второй забрался на крышу, чтобы разобрать ее ради переброски крупногабаритной авиатехники, а остальные разбежались по базе…
Ортокс, впервые вернувшийся в родной дом не на время отпуска, а в качестве низверженного победителя, до самой ночи не сомкнул глаз. Перед его мысленным взором то и дело вставал образ Кащея, миролюбиво передающего меч в его руки, и почему-то именно это тревожило его больше всего. Кащей оказался хитрой бестией и сбил его с панталыку, намекнув про свое незаурядное коварство. Пусть он и блефовал, но все-таки добился своего, лишив Ортоска сна и покоя. С другой стороны, никаких сюрпризов он устроить не мог, потому что находился не в своем мире, а на планете, на которой ни разу не был.
Колдун нервно шагал по комнате. Мягкий звукоизолирующий палас заглушал звук шагов, и тишина раздражала его: за долгие годы он привык слышать, как мерно стучат об пол его сапоги. Обстановка в доме была максимально настроена на отдых и теперь больше вредила, чем помогала.
Он снова и снова прокручивал в памяти дела минувшего дня. Кащей отдает меч, забирается в машину, уезжает в тюрьму. Отдает меч, забирается в машину, уезжает в тюрьму. Отдает меч, забирается в машину… Один, в чужом мире, без оружия, что он может? Тем более в тюрьме?
Тревога не пропадала.
И на допросе он держался слишком уверенно для заключенного. Ну вот что может сделать этот коварный тип?
– Ничего!!! – крикнул Ортокс, тщетно пытаясь заглушить нарастающую тревогу. В одиночку Кащей не сумеет ничего. А его друзья сюда не сунутся ни за какие коврижки. У них хватит силенок сразиться с колдунами всего два раза: первый и последний.
Открывающиеся ворота тюрьмы, невысокие кустики, собака, выкапывающая ямку для косточки…
– Стоп!!! – Ортокс застыл на месте. Не было никакой косточки. Вот она, причина неясной тревоги. Собака. Обычная дворняжка из тех, что бегают по белому свету в немыслимых количествах. Даже Кащей завел себе похожую перед переброской. Зачем, спрашивается? Загипнотизированный Иванушка как-то упомянул про свою собаку. И царевна, кстати говоря, пугала его своей, с зелеными глазами и жутким отношением к врагам. – Нет, опять не то.
Он сделал два шага вперед и снова застыл, задумавшись: зачем Кашею собака? Потому что у всех она есть, а у него нет? Или чтобы лаяться вместо него? Глупо, он и сам умеет накалить страсти до предела. Занятно: перебрасывать беспородную дворняжку только ради того, чтобы отпустить ее на все четыре стороны, – что за блажь? в конце концов?
Он снова вспомнил увиденную
Ортокс упал в кресло, сообразив, что начинает паниковать и метаться, выстраивая совершенно бредовые фантазии. Но что делать, если Кащей и в самом деле оказался слишком коварным, и умело сыграл на расшатанных нервах уставшего колдуна?
Он не спал до трех часов ночи. Ровно в три он не выдержал: в каждом углу ему мерещился то усмехающийся Кащей, то сверкающая зелеными глазами собака. Решив, что наилучшим выходом из положения будет внеплановое посещение тюрьмы, он набрал номер телефона директора тюрьмы и в ожидании забарабанил пальцами по столику.
– Мы тихо спим и никого не трогаем! – ответил записанный на пленку голос. – Если не хотите нас разбудить, позвоните утром. Но если вам не терпится, то мы напоминаем, что тюрьма пустует, и мы с радостью поселим вас туда на продолжительное время. Гарантируем трехразовое питание и бесплатное путешествие в новооткрытые парамиры на срок от пяти до десяти лет с последующим невозвращением… Вы все еще хотите нас разбудить?
– Чтоб ты треснул, засоня! – разочарованно рявкнул Ортокс и бросил трубку. Придется посетить тюрьму без предварительного согласования. Мороки добавится, но спокойствие вернется.
Трезор разглядывал дверь и свое мутное отражение на ее никелированном покрытии. Сдавшийся на милость победителя бледный, словно кочан капусты, и изрядно искусанный охранник, еле живой после честной и упорной борьбы, признал свою ошибку и был готов добровольно кормить Трезора бутербродами до самой смерти. Но собаке, как назло, именно в этот момент еда была нужна меньше всего.
– Я не могу ее открыть!!! – отчаянно кричал охранник, с опаской глядя на острые клыки четвероногого ужастика. – Не могу!!!
Трезор показал головой на глазок, охранник подскочил как ужаленный и включил его, ужаснувшись тому, что собака разбирается в электронике.
– Очень рад, что ты опять решил заглянуть на огонек! – послышался из динамиков голос Кащея. – А то я стал подумывать, что вышел из моды.
– Я не виноват! – невпопад ответил охранник. – Это все он!!!
В глазке на секунду появилась и исчезла голова подпрыгнувшего Трезора. Кащей довольно улыбнулся.
– Впустишь его ко мне? – спросил он. – Точнее, выпустишь меня к нему?
– Я не могу открыть дверь! – повторил охранник.
– Что тебя держит? – полюбопытствовал Кащей.
– Инстинкт самосохранения… – шепотом ответил охранник. Трезор вцепился ему в ногу, и он взвизгнул: – А еще кодовая система замка!!!
– Серьезный случай! – согласился Кащей. – Поделись проблемами.
Охранник и поделился.
– Замок на двери электрический, кодовый, с пятидесятизначным кодом, – говорил он. – Единственный ключ постоянно хранится у директора и выдается надзирателям в исключительных случаях. А ночным охранникам, вроде меня, его даже на фотокарточке не показывали.