Бессмертные сердца
Шрифт:
— Все в Занудвилле любят этот клуб, о чем еще можно мечтать!?
— Неужели это все, что ты можешь мне сказать?
— Нет. Я люблю этот клуб больше всех, он мне напоминает о «Гроб-клубе».
— Знаешь, я теперь стал больше уважать Александра. Он сильный парень. Если бы я встретил тебя, я бы сразу тебя обратил, а он выжидает момента и наслаждается этой любовью.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я.
— Он вампир, и этого достаточно, чтобы охотиться на молодых девушек. Это всего лишь пародия.
— Вы сильно отличаетесь друг от друга. Именно это мне и нравится.
— Он не похож на
— Он не похож на всех. Вот почему я люблю его.
— Но ты можешь быть с другим вампиром, который немедленно исполнит твое желание прямо здесь, в клубе.
— Это не имеет никакого значения, я буду ждать столько, сколько потребуется Александру.
— Действительно — сказал он — Ты чувствуешь себя подавленной в душе. Ты сказала, что ты родилась смертной, и что всегда хотела быть одной из нас до встречи с Александром. Разве ты не задаешься вопросом, чего тебе не хватает?
Я знала, что мне не хватает. Но я должна быть терпеливой.
— Чего ты ждешь? — спросил он. Именно тогда появился Александр. Между ними было перемирие, но Стерлинг неодобрительно смотрел на Джаггера. Я не из тех, кто встречается с кем попало, поэтому моментально притянула Александра к себе. Джаггер ухмыльнулся и пристально посмотрел на меня. Его взгляд проник в мою кровь.
Глава 9
Я хотела, чтобы Билли получил положительный опыт от свого первого танца, и я хотела убедиться, что он относиться к Сторми с поведением джентльмена, которое Александр всегда «показывал» мне. Я не хочу, чтобы мой брат действовал как мальчик-ботан, кем он и был, так что я заручилась подкреплением мамы. Она потащила нас обоих в универмаг Джека, и пока она с Билли занимались выбором костюма для него, я просмотрел платья. Я уже выбрала платье у себя дома, но я увидела одно на стойке, которое сильно бросалось в глаза. Это был потрясающее платье с корсетом на бретельках, цвета индиго и голубого, с добавлением черных перьев.
— Ничего себе!
– я никогда не находила вещи, как это в Занудвилле, только во время Хэллоуина или в благотворительном магазине. Я взяла его со стойки и быстро посмотрела размер, — который по случайности оказался моим. Я держала его напротив себя, и почувствовала веселье. Я проверила цену. Она была снижена в несколько раз. Кто не хотел бы этого? Я думала… Но затем я увидела несколько девушек, изучающих платья, которые не были снижены в ценах. И тогда я поняла. Это был не их стиль, и оно не было по полной цене. Я взяла платье и пошла обратно в мальчиковый отдел. Я не узнала моего брата на первый взгляд. Это был молодой человек в костюме перед зеркалом за пределами раздевалки. Моя мама суетилась над ним и пыталась убедиться, что длина штанов была подобрана правильно. Я не могла поверить, что красивый молодой человек был мальчиком, который доставал меня всю мою жизнь. Я была удивлена, что мой брат уже вырос с джинсов и спортивных курток. Я показала ему большие пальцы, и он ответил довольным выражением лица, радуясь, что я одобрила его вид. Я показала маме платье, которое я выбрала.
— Оно продается, — сказала я, — могу ли я его получить?
— Оно очень красивое, — сказала она, — где ты его нашла?
— В молодежном отделе. Это еще и мой размер!
Я
— Мы возьмем оба, — сказала бодро моя мама продавцу.
— Оно как раз для этого время года, — сказал он, — как раз для танцев.
Моя мама была вне себя от радости, поскольку продавец одобрил наши покупки.
— Я никогда не думала, что этот день настанет, — сказала она радостно, — вы оба идете на танцы, да еще и с парами.
— Я тоже, — мой брат и я сказали в унисон.
Втроем мы пошли в наш местный магазинчик цветов, что бы выбрать небольшой цветочек для запястья Сторми. Цветочный магазин Занудвилля был семейным однокомнатным магазином с огромным выбором цветов, ваз и прочих безделушек. Доброжелательная женщина носила розово-зеленый полосатый.
— Сейчас я к вам подойду, — сказала она. Билли выглядел потерянными в джунглях цветов без своей камеры, компьютера или видеоигры.
— Я даже не знаю, что она носит, — сказал он, когда я показала ему несколько цветов.
Хороший вопрос, подумала я.
— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — спросил флорист, подходя к нам.
— Нам понадобится небольшой корсаж запястья, — сказала моя мама, — это для школьных танцев.
— Какой цвет вам нравится? — спросила она.
Билли пожал плечами.
— У вас есть что-то черное? — спросил Билли. A
Флорист посмотрел на Билли, как будто он был невменяемым.
— Вы собираетесь на танцы, а не на похороны, — поддразнила моя мама.
— Как насчет розового? — Билли покачал головой.
— Я не уверен, что она хотела бы этого.
Билли посмотрел на меня, как бы обращаясь за помощью.
— Я знаю, что она любит фиолетовый, — сказал я ему.
— Да, это то, что я хочу, — сказал он решительно, — фиолетовый.
Флорист показал нам несколько фиолетовых цветов. Билли был поражен и не знал какой выбрать, потому обратися ко мне с мамой за советом. Мы сузили выбор, но Билли все еще не мог выбрать. Цветы были вне навыков моего двенадцатилетнего брата.
— Все в порядке, — сказал я, — они все красивые.
Это дало Билли уверенности, и он указал на один, чтобы сделать окончательное решение.
Затем флорист начал готовить украшение из цветов.
— Сколько еще ждать? — спросил Билли. Я могу сказать, что он предпочел быть бы сейчас дома и играл в приставку.
— И все это будет стоить того, — я сказала, — ты поймешь это когда увидишь её лицо.
В ту ночь Билли спустился по лестнице в своем костюме. Я уже ждала его в моем новом платье с корсетом, так взволнована, что у меня есть что-то новое, чтобы носить перед Александром. Я очень не хотела признать, что моё надоедливый брат действительно выглядел красивым, когда он спускался по лестнице в своем костюме.
— Брат, это ты? — я не могла успокоиться.
— Нет, — пошутил он.
— Ты выглядишь потрясающе, — мой папа говорил с гордостью.
— Ты выглядишь великолепно, — хлынула моя мама.
Билли напрягся, как моя мама поправил воротник.
— Ты мешаешь, — прорычал он.
— Я просто хотела поправить это, — сказала она. Тогда она взяла его за подбородок и сжала его.
— Ты выглядишь такм взрослым!
— Мама!
– сказал он
— Мы должны идти, — сказала я, помогая ему выбраться из родительской ловушки.