Бессмертные герои
Шрифт:
— А-а-а!.. — дико заорал владыка Олимпа.
— А-а-а!.. — визгливо вторила ему перепутанная насмерть Даная.
— Ты что это творишь, идиотка?! — в сердцах выдал Зевс, ощупывая проклюнувшуюся шишку.
Красавица же, шарахнувшись в сторону, пугливо забилась в угол роскошной, но лишенной окон спальни.
— Так, — уперев руки в бока, Громовержец придирчиво осмотрел место предстоящей любви. — Ничего, сойдет…
Конечно, Эгидодержавный кривил душой, покои у Данаи были не хуже, чем на светлом Олимпе.
По стенам замысловатые фрески,
Слегка разбежавшись, Громовержец не без грации запрыгнул на скрипнувший одр страсти, чуть не задув при этом масляные светильники на стенах.
— Эй ты, иди-ка сюда!
Красавица опасливо зыркнула затравленным зверьком из дальнего угла.
— Иди, кому говорят, плохо не сделаю.
Даная осмелела и робко вышла на середину комнаты.
— Так, — довольно произнес Зевс, достигший немыслимых высот в искусстве обольщения.
— Ты знаешь, кто я?
— Людоед! — без запинки ответила девушка.
— Кто?! Ха-ха… ну надо же. А почему ты так решила?
— А отчего вы по-особому на меня смотрите? — вопросом на вопрос выпалила Даная.
— Как так?
— Словно желаете целиком слопать!
— Дурочка моя, — Громовержец обаятельно улыбнулся. — Все мужчины, я повторяю, абсолютно ВСЕ, именно так смотрят на понравившуюся им женщину, в особенности если та потрясающая красотка.
Девушка при этом мило покраснела.
— Иди-ка сюда!
— Не-а.
— Подойди ближе.
— Ни за что.
— Ладно, пойдем другим путем. Знаешь ли ты, как рождаются дети?
— Знаю! — дерзко ответила Даная.
— Ну и как?
— Их находят в зарослях лопуха, а некоторых приносят в клюве дятлы.
— ЧТО?! Кто… кто тебе подобное сказал? — Зевс едва удерживал себя, дабы не расхохотаться.
— Мой отец!
— Все ясно, — утер выступившие слезы великий обольститель, — его самого принес дятел и, судя по всему, несколько раз ронял по дороге. Это ж надо, прятать от всех этакое сокровище. Так…
Громовержец внимательно обвел взглядом интерьер.
— Сейчас я тебе все объясню, вот только… у тебя веретено есть?
Красавица неуверенно кивнула.
— А какое-нибудь колечко? Повторный кивок.
— Давай их скорей сюда!
Девушка порылась в каком-то сундуке и, по-прежнему соблюдая приличную дистанцию, бросила нужные предметы ухмыляющемуся Зевсу.
— Итак, смотри сюда, сейчас я тебе все объясню, так сказать, на пальцах. Значит, берем вот эту штучку и…
Даная внимательно следила за всеми странными манипуляциями Громовержца.
— Ну и зачем? — через некоторое время разочарованно спросила она.
— Иди сюда и узнаешь! — многообещающе проговорил соблазнитель, пряча под подушкой сломанное деревянное кольцо.
В
Хотя так, как Данаю, Зевс еще не уговаривал на одной смертной женщины. Упрямая попалась девица, как пресловутый орешек, который расколоть не так-то просто. Но зато внутри… о-хо-хо… там было чем поживиться.
«Ах, какой цветок, какой цветок», — все твердил про себя Громовержец, ловко выбираясь обратно на крышу.
В течение доброго месяца навещал всемогущий олимпиец прекрасную Данаю. Ну а затем, как водится, исчез, подарив красавице сына.
Одним чудесным весенним утром родился малыш, и мать нарекла его Персеем.
По строгой договоренности обитатели неприступной башни (слуги, охрана, водопроводчик) решили до поры до времени не сообщать царю о случившемся, ибо Акрисий во гневе был подобен обезьяне, сунувшей хвост в костер.
Так вот и рос Персей в высокой башне, лишь изредка выбираясь на свет через странное квадратное отверстие в крыше.
Когда исполнилось герою шестнадцать, обман раскрылся.
Раскрылся по-глупому.
Гуляющий вокруг башни Акрисий вдруг случайно поглядел наверх и обомлел, с ужасом узрев на медной крыше какого-то полуголого мужика.
Царские гвардейцы с ревом ворвались в башню, насмерть сцепившись с проживающим на первом этаже водопроводчиком, который спросонья не совсем понял, что происходит, оглушив сразу трех солдат ржавой трубой. Этот храбрый эллин с детства мечтал стать героем и потому поддерживал себя в отличной физической форме. Вот только имя у бедолаги подкачало, и пришлось ему идти в водопроводчики. А звали этого достойного грека Забон, что в переводе со старогреческого означает «ветчина». Естественно, с таким негероическим именем путь в герои был закрыт. Да и родословная у Забона хромала, сплошные разбойники да живодеры.
Вот с этим-то парнем и принялись рубиться солдаты Акрисия.
Забон был единственным мужчиной, проживающим в башне, но выше первого яруса он не допускался. Помимо регулярной починки вечно текущего водопровода, этот эллин еще и охранял вход в темницу от незваных гостей, которых за годы заточения Данаи было хоть пруд пруди. В основном к башне приходили всякие престарелые эротоманы, коих смелый Забон изгонял все той же ржавой трубой. А ржавая труба в умелых руках — страшное оружие.
Сорок человек уложил разъяренный привратник, и лишь вмешательство царя остановило это безумие.
— А ну прекратите, так вас разэтак! — гневно возопил Акрисий, и законопослушный Забон бросил свое страшное оружие.
Солдаты наконец проникли в башню. Царь стремительно взбежал наверх, после чего последовала довольно безобразная семейная сцена.
— КТО?! — прорычал Акрисий, хватая дочурку за длинные золотистые волосы. — Кто этот голый мужик на крыше?
— Это мой сын, — рыдая, пролепетала Даная.
— ЧТО-О-О?!
Казалось, тирана сейчас хватит удар, и жители Аргоса наконец заживут спокойно. Но нет, чуда не случилось.