Бессмертник
Шрифт:
— Прекрасно, все это очень впечатляет. А человек-то он какой?
— Чудесный, добрый человек. Они очень счастливы.
— Значит, твои беспокойства позади?
— Ну, похоже, Айрис все-таки встала на ноги. Это радует, а радости продлевают жизнь.
— У них трое детей?
— Да. Два мальчика. Очень смышленые, особенно старший, Стив. С ним иногда приходится тяжко: во всем разбирается, все понимает… И девочка, Лора. Она просто прелесть, ангел… — Анна умолкла.
Лицо
— Дальше, — сказал он.
— Что — дальше?
— Продолжай. Расскажи все, что произошло за это время. За пятнадцать лет.
Впору заплакать. Ей так его жаль.
— Произошло одно-единственное чудо. Пять лет назад к нам вернулся Эрик. Ему скоро восемнадцать.
— Эрик?
— Сын Мори.
— Я рад за тебя, Анна. И за Джозефа. Знаешь, — печально произнес он, — Джозеф очень хороший. Его нельзя не любить. Я что-то сегодня совсем запутался…
— Я тоже, — сказала Анна. Губы ее дрогнули.
Пол отвернулся.
— Анна, любимая моя, я тебя расстроил. Несправедливо с моей стороны причинять тебе боль. Да еще на людях.
— Несправедливо, — повторила она.
Он оглядел танцующие пары:
— С кем это Айрис? — У Айрис и Тео были новые партнеры.
— Это один из сыновей Малоуна.
— Красивый экземпляр.
— Малоуны все «экземпляры». Один здоровее и красивее другого.
— Ты бы хотела иметь много детей, верно?
Она тихонько вздохнула.
— Ты так заслуживаешь счастья, Анна. Уж на детей-то судьба могла бы не поскупиться…
— Кто знает, что такое счастье?..
Он не ответил. Ее вдруг охватило ощущение нереальности. Они сидят вместе за столом, разговаривают у всех на глазах! Они не виделись пятнадцать лет, она тоже ничего о нем не знает, и все-таки это Пол, такой близкий, такой родной. Ей вдруг захотелось узнать все — заполнить все пробелы и провалы.
— Анна, что ты там видишь, в пустоте? Ты словно не здесь, а где-то за тридевять земель.
— Нет-нет, я здесь и думаю о тебе. Пытаюсь представить, как ты живешь, но вместо этого мелькают кабинеты, корабли, самолеты, ты мечешься, бросаешься то туда, то сюда… Я хочу узнать хоть что-нибудь о твоей жизни.
— Ты описала ее очень точно. Я много езжу — куда пожелаю. В прошлом году мне захотелось отдохнуть, и я отправился в Марокко, путешествовал по Атласским горам. Потрясающее место.
— Все это вокруг тебя, но не о тебе.
— Н-да, я ловко уворачиваюсь от прямых вопросов. — Он помрачнел. — Ну что же, обо мне так обо мне. — Он решительно затушил едва начатую сигарету. —
— Мне очень больно, — прошептала она. — Больно, что ты несчастлив.
Он снова закурил и откашлялся, словно у него пересохло в горле.
— Можно, конечно, пофилософствовать на эту тему и задать тебе встречный вопрос: кто знает, Анна, что такое счастье? И если оно есть, почему мы уверены, что вправе на него рассчитывать? Абстрактные вопросы, но вовсе не бессмысленные. Ответов я не знаю. Я запутался, Анна. Меня гложет чувство вины, я злюсь — сам не знаю на кого. Может, на судьбу? Или на себя. Прошло столько лет, я должен был бы забыть тебя, но…
— Я все понимаю, — пробормотала она.
— Помнишь наш последний раз? В домике на берегу?
— Помню. Мы были еще молоды и…
— Но ты и сейчас молода. Ты всегда будешь молодой. — Он наклонился вперед. — Знаешь, это безумие, но я и сейчас еще надеюсь, что когда-нибудь, каким-то чудом ты и я…
— Пожалуйста, не надо, — испуганно оборвала его Анна. — Не смотри на меня так. Айрис с нас глаз не сводит.
Пол замолчал, выпрямился. Анна налила себе еще чашку кофе, хотя кофе ей вовсе не хотелось. Но надо же куда-то девать дрожащие руки.
— Я бы… — начала она, но в этот миг музыка внезапно стихла.
К столу подошли Тео и Айрис. Вскоре вернулись и Джозеф с Малоуном. Все обменялись напоследок любезностями. И Пол откланялся. Все было позади.
— Мама, ты бы видела себя со стороны! — воскликнула Айрис по дороге домой. — Ты так увлеченно беседовала с мистером Вернером, я даже удивилась. О чем, скажи на милость, можно разговаривать настолько серьезно и взволнованно?
Полуправда далась ей с неожиданной легкостью.
— Я рассказывала ему о Мори и об Эрике. И боюсь, несколько разволновалась.
— Это, видит Бог, понятно и естественно. — Джозеф тяжело вздохнул. Но тут же оживился: — Вроде неплохой малый, этот Вернер. Сказать по правде, я всегда представлял его этаким снобом. А он, похоже, вовсе не сноб, а?
— По-моему, нет, — произнесла Анна.
— Забавно. Наконец-то мы встретились.
— Да. Забавно, — отозвалась Анна.
Домой приехали очень поздно. Джозеф направился прямиком к холодильнику: