Бессердечный
Шрифт:
Чёрт возьми, почему он тоже не на обеде? Я не разговаривала с ним с моего первого дня.
— Добрый день, — говорю я, глядя на копию, которую делаю с последнего табеля успеваемости Джейми. Она будет так взволнована, когда услышит о школе.
Внезапно Стью хватает меня за волосы и дёргает назад. Я издаю короткий вопль. На мгновение меня накрывает шок, чтобы понять, что происходит.
Мне удаётся вырваться, жертвуя при этом каким-то количеством волос, потому что кожу головы после этого начало неприятно покалывать.
Когда
Этот человек сумасшедший! Я должна уйти от него.
Миллион ужасных сценариев начинают проноситься в моей голове, пока я вижу, как он смотрит на меня с ненавистью. Это заставляет ледяную хватку паники сжать мои внутренности.
Я бросаю взгляд на закрытую дверь и понимаю, что мне нужно убежать, бросаюсь вперёд.
Стью движется быстро и идёт прямо на меня. Он выглядит как псих, который вот-вот вырвет мне сердце. Когда этот псих тянется ко мне, я кричу и уклоняюсь в сторону, но он хватает меня за руку, дёргая назад.
Голос Стью – ни что иное как злобное рычание, которое будоражит каждое нервное окончание в моём теле и заставляет внутренности трепетать.
— Это из-за тебя! Это ты виновата в том, что меня понизили в должности. Это ты виновата в том, что мне урезали зарплату.
Я теряю равновесие, но это не мешает ему оттащить меня от двери. Ногами я всеми силами упираюсь в ковёр, и я пытаюсь вырваться из его хватки.
— Отпусти меня! — кричу я, когда паника начинает преобладать над моим здравым смыслом. Я пытаюсь отпихнуть его от себя, но он сильнее меня.
— Не делай этого, Стью. Я могу поговорить с Картером. Я могу заставить его выслушать.
Я скажу ему любую ложь, чтобы он успокоился.
Мои движения становятся хаотичными от паники, а воздух в комнате становится горячим и спёртым.
О Боже мой! Я не хочу умереть в копировальной комнате.
Стью отпускает мою руку, но прежде, чем я успеваю встать, он хватает меня за ноги и тащит вперёд. От этого движения моё платье задирается до самых бёдер, и меня охватывает холодный ужас. На мне нет трусиков. Если платье задерётся ещё выше, этот безумец увидит, что я голая.
Я перестаю сопротивляться и хватаюсь за платье, оттягивая материал вниз. Пока он тащит меня в дальний угол, я делаю всё возможное, чтобы удержать материал на месте.
Я начинаю паниковать, когда удушающее чувство страха сдавливает грудь.
— Отпусти меня, — выплёвываю я слова.
Но когда я вижу его безумный взгляд, то я точно знаю, что он собирается убить меня. Я отпускаю платье и начинаю пинать его изо всех сил, что у меня остались.
Мой каблук врезается ему в шею, и он падает на задницу, хватая ртом воздух.
Я быстро разворачиваюсь и отползаю от него. Я не успеваю далеко уйти, как он хватает меня за ногу, дёргая
Он буквально ползёт по моей спине и обхватывает своими отвратительными пальцами мою шею. Мужик начинает бить меня лицом о ковёр, я же пытаюсь повернуть голову, чтобы было не так больно.
— Ты, — рычит он. — Из-за тебя я потерял всё!
Его пальцы сжимаются на моем горле, пока ногти не впиваются в кожу. Я начинаю хватать ртом воздух, а когда мне не удаётся сделать вдох, то я буквально схожу с ума от страха.
— Я убью тебя, чтобы он узнала, каково это – потерять всё, — шипит Стью.
Это не может стать моим концом.
Я хочу видеть, как растёт моя дочь. Я хочу увидеть, как Картер поведёт её к алтарю. Я хочу подержать её детей на руках. Я хочу состариться вместе с Картером.
Моё зрение начинает затуманиваться, а тело сводит судорогой. Я слышу грохот, а затем раздаются крики.
Вес Стью падает с меня, а затем большие руки хватают меня.
Я дёргаюсь и брыкаюсь, но мне кажется, что я двигаюсь как в замедленной съёмке. Всё, что я слышу, — это рваный звук, с которым мои лёгкие хватают ртом воздух.
Я продолжаю бить, пинать и рычать, как одержимая. Ужас охватил каждую частичку меня. В этом состоянии, вызванном ужасом, есть только одна мысль – я должна выжить ради Даниэлы. Я должна как-то пережить это.
Меня одолевает тошнота, и меня начинает рвать. Я пытаюсь продолжать двигаться, но мои силы быстро иссякают.
О Боже! Мне нужно выжить ради моей дочери.
Кто-то хватает меня сзади, и я пытаюсь ударить его локтем. Движение выбивает меня из равновесия, и я падаю на бок, когда моё тело начинает биться в конвульсиях, и меня захлёстывает новая волна тошноты. Этот человек прижимает моё тело к своему и убирает волосы с моего лица.
Моё горло горит огнём, когда я, наконец, перестаю рваться.
— Прекрати. Просто остановись, — кричу я.
— Делла, — кричит кто-то сквозь туман истерии, который окутывает меня.
Пока этот человек не отпускает меня, я кричу, пока не чувствую, что моё горло саднит и кровоточит.
— Уберите его, — кричит человек, держащий меня. — Уберите его отсюда, пока я его не убил.
Сквозь слёзы я вижу, как вокруг меня движутся люди. Кто-то опускается передо мной на колени, и на мгновение я не могу понять кто это.
— Делла, с тобой всё будет в порядке. Скорая уже в пути, — произносит он.
Я пытаюсь втянуть в себя немного воздуха, но боль слишком сильна. Вопль вырывается из моего истерзанного горла, и я падаю вперёд.
Мужчина обхватывает моё лицо руками, и его прикосновение кажется прохладным в контрасте с моей разгорячённой кожей. Он поднимает моё лицо к своему, и только тогда я узнаю его.
— Логан? — хриплю я.
— Да, милая. Постарайся не двигаться. Ретт держит тебя. Ты в безопасности.