Бессердечный повеса
Шрифт:
– Не хочешь, чтобы я... – начал Девон.
– Нет.
Испытывая раздражение и неудовлетворённость, она сдалась и свернула юбку в своих руках.
Инстинктивно Девон потянулся к ней. Она отскочила от него, издав нервный смешок.
Этот звук нестерпимо возбудил его, жар блуждал от нерва к нерву.
– Кэтлин, – он даже не пытался скрыть желание, горящее в его глазах. – Если ты постоишь смирно, я помогу тебе с юбкой. Но, если ты будешь бегать от меня, то будешь поймана. – Он сделал неровный вдох перед тем, как мягко добавить: – И тогда
Её глаза стали огромными.
Он сделал осторожный шаг вперёд. Она же бросилась к ближайшему дверному проёму и вбежала в каретную комнату. Девон следовал за ней по пятам, проходя мимо мастерской со столярным верстаком и шкафами с рабочими инструментами. Каретная комната приятно пахла опилками, смазочным веществом, лаком и полировкой для кожи. Комната была тихой и затемнённой, освещённой лишь светом, проникающим сквозь ряд окошек на массивных дверях на петлях, которые открывались на подъездную дорожку для экипажей.
Кэтлин ринулась через ряд транспортных средств, предназначенных для различных целей: телеги, повозки, лёгкая двухместная карета, ландо с откидывающимся верхом, фаэтон, закрытое ландо для поездок летом. Девон обошёл всё вокруг и перехватил её у фамильной кареты, огромного, величественного экипажа, который могли потянуть только шесть лошадей. Она была изготовлена как символ власти и престижа, с гербом семьи Рэвенел, нарисованным на обеих сторонах кареты – три чёрных ворона на фоне бело-золотого щита.
Внезапно остановившись, Кэтлин уставилась на него в полутьме.
Забрав у неё юбку и бросив её на пол, Девон прижал девушку к боку кареты.
– Моя юбка, – воскликнула она с тревогой. – Ты же её испортишь.
Девон засмеялся:
– Ты в любом случае, не собиралась её надевать. – Он начал расстёгивать её жакет, пока она что-то беспомощно лепетала.
Заставив её замолчать, закрыв рот поцелуями, он работал над рядом пуговиц. Расстегнув её жакет, он положил руку ей на затылок и углубил поцелуй, терзая её рот, и она ответила так, как будто ничего не могла с собой поделать. Волна удовольствия пробежала по нему, когда он почувствовал, как она немного застенчиво втянула его язык. Он вытянул руку вперёд, чтобы нащупать ручку от двери кареты, которая имела форму кольца.
Осознав, что он хочет сделать, Кэтлин сказала ошеломлённо:
– Ты не можешь.
Девон был возбуждён и увлечён, как никогда до этого в своей жизни. Открыв дверь, он опустил складную ступеньку.
– Вот какой выбор у тебя есть: здесь на виду у всех, кто пройдёт мимо... или в карете, где никто ничего не увидит.
Она моргнула и посмотрела на него с притворным ужасом. Но скрыть глубокий румянец предвкушения было невозможно.
– Тогда здесь, снаружи, – безжалостно сказал он и потянулся к поясу её брюк.
Подстёгнутая его репликой Кэтлин с отчаянным стоном развернулась и забралась в карету.
Девон не мешкая последовал за ней.
Салон кареты был роскошно обшит кожей и бархатом, с вставками из лакированного дерева, отделениями для хрустальных бокалов и вина, и занавесками из шёлка, отделанного бахромой, обрамляющими окна. Сначала было слишком
Она неуверенно двигалась, вытаскивая руки из жакета, пока Девон стаскивал его с неё. Он потянулся к её спине, чтобы расстегнуть пуговицы на блузке и почувствовал, как она дрожит. Поймав край её ушка своими зубами, он нежно прикусил его и кончиком языка погладит это местечко.
– Я остановлюсь, если ты попросишь, – прошептал он. – Но до тех пор, мы играем по моим правилам. – Он начал снимать свой пиджак с гримасой усилия на лице. Девон спрятал улыбку в её волосах, когда почувствовал, как её руки потянулись к его шейному платку, чтобы его развязать.
С каждым элементом одежды, который был снят... жилет... подтяжки... рубашка... он начал серьёзно задаваться вопросом, сколько самоконтроля сможет ещё проявить. Когда он прижал Кэтлин к своей обнажённой груди, она обвила его руками и положила ладони сзади на его плечи. Издав стон, он поцелуями проложил себе путь к её груди, туда, где она была высоко приподнята корсетом. Он страстно желал расшнуровать его, но у него не было ни одного шанса застегнуть его потом заново в темноте.
Пошарив под поясом её расстёгнутых брюк, он нашёл тесёмку от панталон и развязал их умелым рывком. Кэтлин застыла, но не стала протестовать, когда он нетвёрдыми руками всё ниже и ниже стягивал одежду с её бёдер. Его сердце выбивало ритм бурного стаккато, каждый мускул был напряжён от желания. Опускаясь на колени на покрытый ковром пол, он прошёлся ладонями по плавным изгибам её обнажённых бёдер и по всей длине до колен. Брюки застряли на её сапогах и собрались в складки на её лодыжках. Благодаря вставкам по бокам и маленьким кожаным петельками сзади, сапоги легко снимались. Освободив её от брюк, Девон провёл одним пальцем по линии её стиснутых бёдер.
– Откройся мне, – прошептал он. Она не открылась. Улыбаясь с нежностью и пониманием, Девон гладил её ноги умелыми руками. – Не стесняйся. Нет ни одной частички тебя, которая не была бы прекрасна.
Его рука переместилась к верхней части её бёдер, его большой палец зарылся в нежные завитки.
– Позволь мне поцеловать тебя здесь, – уговаривал он. – Только один раз.
– О, Боже... нет, – она потянулась к его руке и слабо её оттолкнула. – Это же грех.
– Откуда ты знаешь?
– Потому что мне так кажется, – смогла сказать она.
Он тихо засмеялся и потянул её бёдра ближе к себе с решимостью, от которой она взвизгнула.
– В таком случае... Я никогда не грешу в пол силы.
Глава 25
– Мы оба попадём в ад, – сказала Кэтлин, пока он целовал её вдоль линии стиснутых бёдер.
– Я и так всегда думал, что попаду туда.
Казалось, Девон был совсем не обеспокоен такой перспективой.
Её скромности был нанесён удар, Кэтлин поёжилась, поражаясь тому, что она оказалась полуголой в карете с ним. Воздух был морозным, бархатная обивка холодила её обнажённые ягодицы, а его тёплые руки и губы вызывали мурашки по всему телу.