Беспокойное сердце
Шрифт:
Тут и Джейси поднялась на ноги, но Зант, казалось, не замечал ее — он по-прежнему смотрел на деда.
Джейси чувствовала, что вот-вот произойдет что-то ужасное, но у нее не было сил сдвинуться с места. Внезапно Кальдерон ринулся к ней, и она, отшатнувшись, ухватилась за спинку стула. Дон Рафаэль протянул к ней руку; его лицо исказила гримаса ненависти.
— Ни с места! — раздался зычный голос Занта. — Или я пристрелю тебя на месте.
Дон Рафаэль медленно повернулся к внуку:
— Милый мой, неужели ты сможешь в меня выстрелить? После всего, что я сделал для
— Ты не допустишь этого? А сейчас послушай меня. Мне наплевать на то, что хочешь ты. И она достойнее тебя в тысячу раз. Посмотри на нее внимательно. Это женщина, которую я люблю. В ее чреве — будущее благородного испанского рода Кальдеронов. Мы с тобой сейчас говорим, а мой сын уже растет в ней. Он становится сильнее день ото дня. И он такой же бастард, как я. Вернее, я чувствовал себя таким всю жизнь. Так что не смей говорить мне о том, как много ты сделал для меня. Ты лишь убивал и причинял страдания.
Джейси ничего не понимала. Все, что говорил Зант, не имело ни малейшего смысла. Она не была беременна. И он это прекрасно знал. И все эти разговоры о бастардах… Похоже, Зант узнал что-то очень важное. Но что именно?
Движение со стороны Кальдерона встревожило ее. Она бросила на него взгляд— и увидела, что он бросился на нее. Раздался предостерегающий крик Занта, но было слишком поздно. Джейси попыталась увернуться, но дон Рафаэль опередил ее — его удар пришелся чуть ниже уха. Она рухнула на пол и тотчас же почувствовала резкую боль в затылке. В следующее мгновение все померкло у нее перед глазами.
Зант не решился стрелять, боясь ранить Джейси. Падая, она ударилась головой о камин и потеряла сознание. «Неужели он убил ее?» — промелькнуло у Занта.
Зант несколько секунд смотрел на Джейси. Затем поднял свой «кольт» и направил на деда — тот заслуживал смерти. Их взгляды встретились, и вдруг Зант почувствовал слабость в коленях. Какой смысл во всем этом? Если Джейси мертва, то зачем ему эта вилла, зачем власть и люди, зачем ему жизнь этого мерзкого старика? Ему ничего не нужно, если Джейси не будет рядом.
Зант опустил револьвер и проговорил:
— Ты убил ее. Отойди от нее. Быстро.
Дон Рафаэль пожал плечами и с усмешкой сказал:
— Если убил, то это к лучшему. Теперь, Зант, все кончено. Давай похороним ее, и пусть все идет, как и шло. Только на сей раз…
— Ни слова больше! — Зант подошел к деду и схватил его за плечо. — Убирайся с глаз моих, мерзавец! Иначе я убью тебя, Богом клянусь. Уезжай из Сьело-Азула. Тебе здесь больше не жить.
Зант отвернулся от дона Рафаэля и склонился над бездыханным телом Джейси. Убрав револьвер, он приподнял девушку и осмотрел ее голову. Из уха сочилась кровь. Волосы на затылке были
Глава 20
Мануэль услышал выстрел. Зажав рот рукой, он посмотрел на одного слугу, затем на другого. Они, в свою очередь, смотрели на него широко раскрытыми глазами. Немного помедлив, Мануэль вывел их из дома и довел до массивных ворот, за которыми находилась деревня.
Затем, невзирая на слабое сердце и одышку, побежал обратно. На ногах его держала только мысль о том, что надо как можно быстрее добраться до сеньора Блю. Мануэль был уверен, что сеньор Блю знает, что нужно делать.
Услышав выстрел, Пако, Кончита и Эстебан вздрогнули от неожиданности, и мальчик еще крепче прижался к бабушке. Кончита посмотрела на Пако, и он подал ей знак, о котором они условились ранее. Она должна была спрятаться вместе с мальчиком под кроватью. Мексиканка молча кивнула и забралась вместе с внуком под кровать. Пако же поднялся на ноги и притаился за запертой дверью — здесь он имел хоть какой-то шанс застать охранника врасплох.
Удастся ли им пережить эту ночь? Надежда еще теплилась, потому что они были уверены: сеньор Чапело дома и не бросит их в беде. Но он находился внизу. Они слышали его голос и шаги, когда он покидал свою комнату, чтобы спуститься вниз. Но кто же стрелял? Сеньор Чапело? Или это стреляли в него?
Они не знали. Они могли лишь надеяться на лучшее и прилагать все усилия для того, чтобы остаться в живых. Взрослые с напряжением ждали, когда в замке повернется ключ. Если это действительно начало событий, о которых говорил сеньор Чапело, то он может и не найти времени, чтобы направить кого-нибудь им на помощь. А значит, они сами должны обезвредить одноглазого Норону, прежде чем он убьет их всех.
Сжимая в руке револьвер, дон Рафаэль долго смотрел належавшего перед ним внука. Наконец наклонился и пощупал пульс. Биение было ровное и сильное. Что ж, очень хорошо. Он не желал смерти своему внуку, он хотел лишь обезвредить его. Но никогда нельзя точно рассчитать удар.
Конечно, жаль, что дошло до таких крайностей… Старик сокрушенно покачал головой. Но он должен был спасти мальчишку, пусть даже сам Зант этого не желал. Он должен был спасти его от этой девки.
Дон Рафаэль внимательно посмотрел на девушку. Неужели она действительно мертва? Протянув руку, он пощупал ее пульс. Жилка билась и у нее на шее. Черт бы ее побрал, эту девицу! Вечно с Лолесами проблемы. Не желают умирать.
Старик еще крепче сжал рукоять револьвера и навел дуло на голову девушки. Но тут вдруг хлопнула входная дверь, и Кальдерон обернулся — он давно уже ждал Виктора и Мигеля, а они опаздывали. Несколько секунд спустя оба они вбежали в комнату, и дон Рафаэль, нахмурившись, проворчал: