Бесхозные Лондоны
Шрифт:
Вечером приходит мясник, приносит мясо, много мяса.
Маме с папой хлопот привалило, мясо коптить.
Мама закрывает дверь детской.
До следующей весны.
Новый год.
Елка.
Мама разливает по бокалам вино.
Папа режет окорок.
Ужинают.
– А ведь здорово получилось…
Это мама про окорок.
– Ну вот, а ты – наследник, наследник…
Мама кивает.
– Ты смотри, сейчас-то годы так себе, середка на половинку… а дальше,
Мама кивает. Толкового. Думает. Правда что, что за Алан, подумаешь, Алан, то ли дело Берти был, вот Берти, это да… когда это было… мама не помнит, может, десять лет назад, может, еще когда…
За окнами летит снег, зима в наших краях долгая, морозная…
Ледник
Он придет сегодня.
Октахор Симплекс смотрит на заснеженные холмы на севере, думает:
Он придет сегодня.
Ну, может, завтра.
Но скоро.
Октахор Симплекс подметает крыльцо музея, смахивает с картин невидимую пыль.
Входит в гостиницу, проверяет белоснежные простыни в номере.
Все готово.
– А когда ледник вернется?
Туристы оборачиваются, оторопело смотрят на тощего человека, откуда он здесь вообще…
– А когда ледник вернется?
Люди смотрят с ненавистью, тебе это как вообще в голову пришло…
А вот пришло.
А только что:
– Миллионы лет назад на месте нашего славного Таймбурга был ледник, но позже ледник ушел на север, за полярный круг…
Октахор Симплекс думает, почему ушел ледник, что ему не понравилось.
А потом спрашивает:
– А когда ледник вернется?
И люди оборачиваются, смотрят, тебе это как в голову пришло вообще…
А вернется.
А вы историю посмотрите.
Ледниковый период.
Оледенение.
И потепление – на какие-то короткие десять тысяч лет, которые вместили в себя всё – первые костры, рисунки на скалах, колесо года – Самхейн, Йоль, Имболк – амфитеатры Рима, крестовые походы, поиски философского камня, первые крылатые машины, белые паруса, пирамиды из черепов, взломанные аккаунты…
А потом вернется ледник.
– Наш славный Таймбург славится своими музеями и театрами, дворцами и замками, многие из которых вошли в мировой фонд архитектуры…
– А что будет с Таймбургом, когда придет ледник?
Это Октахор Симплекс спрашивает.
И другие косятся, смотрят – тебе это как в голову вообще пришло…
Ледник.
Не было, не ждали, а вот – ледник.
Люди
Уходят из города.
И кто-то спрашивает:
– А… а Таймбург?
И люди фыркают, какой Таймбург, ишь, чего выдумал, до Таймбурга ли сейчас…
Люди уходят.
Последний автобус, груженный непонятно чем, катится в туман.
Октахор Симплекс остается один на ступенях большого музея.
– …а у нас в эфире снова «Жизнь удивительных людей» и сегодня мы гостим у необычайного человека – Октахора Симплекса. Господин Симплекс, как мы понимаем, вы решили остаться в покинутом всеми Таймбурге?
– Да, это так.
– И что же вас заставило остаться в обреченном городе?
(сглатывает)
– Я подготовлю город… к приходу ледника.
Октахор Симплекс готовится.
Знать бы еще, как это – готовиться к леднику.
Он заказал в гостинице номер для ледника и заказал в кафе ужин. Потом Октахор подобрал для ледника экскурсии в музей, хотел было заказать представление в опере, но вспомнил, что людей в городе нет.
А потом пришел ледник.
В половине третьего ночи.
Ледник очень волновался, он так боялся опоздать, ведь у него не было часов. Ледник не знал, что ему надеть, галстук или бабочку, тем более, у него не было ни того, ни другого. Наконец, ледник нашел галстук-бабочку и подхватил её на себя.
Ледник осторожно прошел по улицам, заглянул в музей – и замер, пораженный красотой. Он подолгу останавливался перед каждой картиной, и даже оставил запись в гостевой книге.
Потом ледник вошел в маленькое кафе и заказал себе кофе. В этот вечер он вошел в концертный зал, а на следующее утро отправился в королевский дворец.
– Вам нравится? – спросил Октахор Симплекс.
– Да, – сказал ледник, – какой красивый город… а вы кто?
– А я… слежу за городом, – сказал Октахор Симплекс.
Ледник очень беспокоился, что с таким красивым городом что-то случится – ведь он читал умные книги и знал, что все города рано или поздно разрушатся.
– Не волнуйтесь, дорогой ледник, я слежу за городом, – сказал Октахор Симплекс…
– Господин Симплекс!
– А?
– Господин Симплекс! Время подточило часы на Старой Ратуше… они могут обрушиться…
Октахор Симплекс с трудом разлепляет веки, пытается поднять голову, не может.
– Я… я не могу это… исправить.
– Что вы такое говорите, у вас это всегда прекрасно получалось…
– Всегда… – Октахор говорит с трудом, голос его не слушается, – но не теперь…
Ледник выслушивает. Думает.
– А что… люди тоже ветшают?
– Тоже…
– А я думал, только города ветшают…
– Нет… и люди тоже…
– А кто вас реставрировать будет?
Симплекс сглатывает: