Бешеный волк
Шрифт:
Алик обнажил заточку, шагнул к Капитонычу. Ударить под левое нижнее ребро, и нет мужика. Но Капитоныч как будто что-то почувствовал. Резко развернулся к Алику. Увидел заточку в его руке.
– Ты что же делаешь, скот!
Договорить он не успел. Заточка вошла ему в живот, слова перешли в стон.
Алик хотел ударить его еще раз. Но Капитоныч с неожиданной прытью отскочил назад. Падать он и не думал. Развернулся на сто восемьдесят градусов и рванул в сторону шоссе. Алик догнал его, ударил заточкой в спину. Но Капитоныч побежал еще быстрей. Он орал
Но помешали Алику не менты. Он уже почти нагнал Капитоныча, когда затормозил и съехал на обочину «КамАЗ» с рефрижератором. Из кабины выскочил дюжий хлопец. В руках у него монтировка.
С дальнобойщиками лучше не связываться, решил Алик. И резко сменил курс, со всех ног рванул к лесу. Хлопец не стал бежать за ним. Со своим напарником он занялся израненным Капитонычем. Но это вовсе не значит, что эта выходка сойдет Алику с рук…
Алик не жалел сил – бежал, пока несли ноги. Упал на траву, чуть отдохнул и снова бежать. Если по его следу пустят погоню, ему кранты. Но если он успеет уйти далеко, у него еще есть шанс. Хотя вряд ли.
Облом с Машей, бомжи, навоз, неудачный наезд на Капитоныча – все это лишь начальная стадия черной полосы, по которой пошла его жизнь. А может, все началось с Лады? Черная полоса началась уже тогда. Просто первое время ему везло. Фортуна повернулась к нему лицом только для того, чтобы показать ему свою задницу… А-а, плевать, как и что! Сейчас главное – бежать, бежать, бежать. Авось не догонят…
Он бежал, шел, полз, снова бежал весь день до самой темноты. Добрел до какого-то поселка. Хотел свернуть обратно в лес. Но вдруг понял, что поселок нежилой. Не дома здесь, а домины. Лишь в некоторых домах горел свет. Остальные скалились на луну темными окнами.
Поселок «новых русских», решил Алик. Дома новые, и большинство пока без хозяев. Но глупо думать забраться в какой-нибудь из них. Там или собаки, или сигнализация, а то и сторож. Живо нарвешься на неприятности.
Но и обратно повернуть не было сил. Хотелось поскорей приткнуть куда-нибудь голову. Нужно хоть чуть-чуть поспать.
Далеко он не ходил. Выбрал ближайший дом из тех, которые явно стояли без хозяев. Все окна темные. Он подобрался к нему с тыльной стороны. Сразу не поймешь, есть во дворе собака или нет. Ограда невысокая и без колючей проволоки поверху. Алик легко перемахнул через нее. Затаился. Если вдруг увидит собаку, сразу сиганет обратно. Но было тихо. До самого дома метров пятьдесят. Но в двух шагах какое-то строение. И дверь приоткрыта. В окнах темень.
Он осторожно подкрался к двери, заглянул внутрь – темно. Прислушался – тихо. Можно заходить. Скоро он понял, что попал в сауну. Неизменный атрибут уважающего себя «нового русского». Глаза привыкли к темноте, он смог обследовать баньку. Но то, что сауной еще ни разу не пользовались, можно было понять по одному только запаху.
В одной комнате Алик нашел топчан. А больше ему сейчас ничего не нужно. Он с удовольствием лег, растянулся в полный рост.
Проснулся он среди ночи. От того, что кто-то ударил его по ноге.
– Подъем, слоняка! – Он явственно услышал голос дембеля Асадова.
Опять на пост заступать, мелькнуло в голове.
– Да пошел ты! – спросонья рявкнул Алик.
Никуда он не хочет идти. Жизнь не мила. Вчера он получил письмо. Лада писала, что выходит замуж за другого. Он в армии, а она мохнаткой своей на гражданке трясет. Сука!.. Стоп! Какая армия? Какая Лада?!
Алик широко распахнул глаза и увидел перед собой молодого парня в камуфлированной куртке. В руках одноствольное охотничье ружье. Взгляд не предвещает ничего хорошего.
– Ты кто такой? – грозно спросил он.
Алик и сам не понял, как он додумался до такого.
– Э, э-э… – замахал он руками. – Э-э-э, э-э!
– Немой, что ли?
– Э-э, – согласно кивнул он.
– Какого черта здесь делаешь?
– Э-э-э…
– Сауна что, открытая была?
– Э-э…
– А тебе спать негде?
– Э-э-э…
– Ладно, прощаю… Греби отсюда. И чтобы духу твоего здесь не было.
Алик закивал, поднялся с кушетки и погреб к выходу.
Вот так, на сторожа нарвался. Хорошо, что парень нормальный попался, проникся. А мог бы и ментам сдать.
Алик направился к забору, через который забрался во двор.
– Эй, погоди! – окликнул его парень.
Пришлось остановиться. Еще пальнет вдогонку.
– Тебе жить есть где?
– Э-у-э…
– Ну да, было б где жить, не шастал бы по чужим дачам, – сам себе объяснил сторож.
– Жрать хочешь?
– У-у-о!
– Значит, хочешь. Все жрать хотят… Ладно, пошли в дом.
В это было трудно поверить. Вместо того чтобы гнать Алика поганой метлой, парень приглашает его в дом. Может, он извращенец? Алик усмехнулся. Кого-кого, а извращенцев он сейчас боялся меньше всего.
Он принял приглашение. И вместе с парнем побрел к дому. В окне на первом этаже горел свет. А ведь не было света. Может, сторож все это время спал? А проснулся и взял Алика за задницу… И зачем он просыпался? Спали бы сейчас оба.
Дом большой, в три этажа. Внутри все чин-чинарем. Просторный холл, огромные комнаты. Но еще есть кое-где недоделки. Видно, дом еще в стадии завершения. Впрочем, какая, блин, разница, в какой он стадии? Главное, что здесь нет хозяев, а вместо них добрый сторож. Или не добрый?
Из мебели только раскладушка с грязной постелью, тумбочка, стол, пара стульев, холодильник и телевизор. И то в комнате, которую занимал парень.
– Та-ак, сейчас чайку сообразим, – засуетился сторож. – Кстати, меня Славой зовут.
– Э-э-э, у-у…
– А тебя Эу, да? – развеселился парень. – Будем чифирить, Эу?
Чай был очень крепкий – не чифирь, конечно, но что-то вроде того. Горячий и с сахаром. Кайф! Хлеб, колбаса, сало. Полный отпад. Алик уплетал за обе щеки.
– Давно бомжуешь? – спросил Слава.