Бесчестье

Руджа Александр

— Сообщают, что Лорд-регент Хэвлок с ближайшими соратниками и принцессой Эмили только что отбыли на осмотр маяка, — ровным тоном сообщил он. — За два дня до намеченной даты, так что получается, что все наши беседы и откровения были зря. Также сообщается, что в районе вашей бывшей штаб-квартиры, около паба «Песья яма», произошла очередная резня —

точь-в-точь такая, как устраивал раньше Корво. А ближе к устью Ренхевена, за пределами блокады, видели моторную лодку — и она тоже направлялась к Кингспарроу.

— Хэвлоку и остальным не жить, — среагировал Томас, не раздумывая. Он уставился на инспектора с непонятным выражением лица. — Во имя грязных помыслов Чужого, Фарли, почему ты до сих пор не бросил свою дурацкую, ненужную работу? Все летит в Бездну, мы стоим по самые ноздри в крови и дерьме, а ты с остальными олухами из Департамента делаешь вид, что стоит только потерпеть, и все снова будет, как прежде. Но это ложь! Дануолл либо погибнет, захлебнувшись в собственной ядовитой рвоте и испражнениях, либо изменится так страшно и непоправимо, как никому и не снилось. Так чего ради ты до сих пор играешь перед всеми эту идиотскую роль хорошего парня? Пора бы уже догадаться, что мир их не ценит! — он почти кричал, этот молодой, красивый парень с усталыми глазами, а за окном креп ветер и рычали громом в отдалении черные тучи.

— Потому что меня с детства приучили, что есть такая странная и смешная штука, как честь офицера, дорогой Томас, — в голосе инспектора звякнул металл. — Собственно, учили нас обоих, но воспринял науку, по всей вероятности, только я. Досадное упущение со стороны родителей.

Томас Кук вздрогнул и опустил голову.

— Как они? — голос «китобоя» был почти не слышен. Фарли мотнул головой.

— Мама еще слаба, но эликсир, что ты достал для нее, определенно помогает. Если все сложится удачно, можно будет попробовать увезти ее вглубь страны, на запад — в Поттерстед, может быть. Она до сих пор считает, что ты — помощник капитана на китобойном

судне, и постоянно ходишь в дальние рейсы.

Томас вздохнул.

— В определенном смысле, до недавних пор так и было. А… что отец?

— Так и не простил. Извини, Томми. Ты сам говорил: месть — забавное чувство.

Младший брат, бывший «китобой», бывший помощник неуловимого и страшного Дауда, Клинка Дануолла, искривил губы в усмешке.

— Да… — прошептал он. — Сколько побед не одерживай, мы всегда проигрываем самые нужные битвы и самых важных людей… Давно следовало это понять.

Небо раскололось на мелкие кусочки, как витраж под добрым ударом топора. Бледные языки молний лизнули невидимое из окна море. По стеклам стегнул первый хлыст холодного дождевого шквала. Инспектор Фарли Кук поднялся, остановил и выключил аудиограф, отпер дверь своим ключом и замер на пороге.

— И что же? — сказал он, и в резком, хрипловатом голосе впервые прозвучало что-то, похожее на искренность. — Идешь со мной?

Томас не ответил ничего, но встал и сделал сначала один шаг, а потом второй. И они шли по темному коридору, и за спиной у них расцветали диковинные бело-фиолетовые цветки грозовых разрядов, и бушевал ветер, словно армии демонов штурмовали небо и на этот раз были твердо уверены в победе. В самом деле, это была обыкновенная гроза в Дануолле на исходе Месяца Льда, но во вспышках молний и порывах ветра казалось, будто рушится сама Вселенная.

КОНЕЦ.