Бесценная
Шрифт:
Она вышла. Дэрвуд проводил взглядом ее белое муслиновое платье. Что она нервничает, заметно с первого взгляда. Понадобится несколько дней, а может, и недель, пока она освоится в его доме. Дэрвуд успокоил себя тем, что в конце концов все уладится. Ведь они оба взрослые, разумные люди. Спокойствие и порядок. Вот и все, что ему нужно.
Глава 10
В холле царил хаос. Либерти стояла на верхней площадке лестницы и отказывалась верить собственным глазам. Сквозняком, как она поняла, пахнуло из распахнутых настежь парадных дверей. Через них в холл чередой заносили бесчисленные ящики, коробки и свертки.
Дом будто
Либерти, покинув Дэрвуда, оставила его заниматься гимнастикой. Еще час назад она ощутила странное возбуждение. То, как он посмотрел на нее, вновь пробудило в ней воспоминания о минувшей ночи. Эллиот занимался с ней любовью несколько часов подряд, доводя ее едва ли не до исступления. Стоило Либерти вспомнить, что он делал с ней, что шептал на ухо, как ей тотчас стало не по себе и показалось, что она вот-вот растеряет последние остатки самообладания. Впервые в жизни до нее начало доходить, что имели в виду люди, перешептываясь у нее за спиной.
Ее душевное состояние никак не содействовало решению проблемы, что делать с катастрофой, обрушившейся с утра на Дэрвуд-Хаус. Поговорив с Уикерсом, она стала наблюдать за тем, как в холле развернулась бурная деятельность. Неожиданно Либерти заметила Эллиота. Он успел переодеться — на нем были светло-коричневые брюки, белая рубашка свободного покроя и изумрудно-зеленый парчовый жилет. Либерти отметила про себя, что фасон и рисунок ткани были модны несколько лет назад. Одежда, однако, выгодно подчеркивала едва ли не юношескую стройность Дэрвуда. Ему в отличие от других мужчин его возраста не требовалось никакого корсета, призванного скрыть предательское брюшко. Эллиот озабоченно провел рукой по влажным волосам. Глаза при этом почему-то рассеянно блуждали. В следующее мгновение Либерти заметила, как он принял из рук лакея аквариум, и ей тотчас сделалось теплее на душе. Эллиот держал аквариум в своих больших руках, растерянно оглядываясь по сторонам, явно не зная, куда его поставить. Утром он представился ей не совсем чужим и не столь загадочным. Просто знакомый ей человек, а не воплощение мощи и силы и не знающей удержу энергии, которые она сегодня имела несчастье лицезреть в гимнастическом зале. Скорее всего его внешность преображала именно одежда, придавая ему светский лоск. Либерти, не вполне уверенная, права ли, все же удивилась, что вид Дэрвуда с аквариумом побудил ее усомниться в прежнем восприятии этого человека. Ведь в нем нет ничего пугающего. Более того, Дэрвуд кажется ей даже забавным.
Она поспешила вниз по ступенькам и встала с ним рядом.
— Благодарю вас, милорд. Позвольте принять его у вас из рук.
Дэрвуд резко обернулся к ней:
— Либерти, сейчас вам не стоит распоряжаться разгрузкой вещей. Уикерс вполне справится с этим.
Боже, а ведь он хорош собой! Либерти задалась вопросом, почему она раньше этого не замечала, даже сегодня утром не сумела разглядеть.
— Позволю себе не согласиться с вами, милорд. Я никак не могу пропустить столь важное для меня событие. Должна сознаться, я сомневалась в вашей способности обеспечить быструю доставку содержимого моей комнаты и библиотеки Ховарда.
Дэрвуд пропустил мимо ушей ее замечание, поскольку взгляд его был устремлен на ее лицо:
— Я должен был поинтересоваться этим раньше… Как вы себя чувствуете?
Либерти порозовела, однако глаз не отвела:
— Неплохо. А вы?
От нее не укрылось, как во взгляде его снова вспыхнул огонь. Дэрвуд поставил аквариум на ближайший ящик, наклонился к ней и нежно поцеловал. Либерти испытала новую волну удовольствия, а также сделала для себя приятное открытие: поцелуи Эллиота сродни глотку родниковой
— Как видите, я тоже неплохо, — с лукавой улыбкой ответил он, — Тем не менее я рад, что вас это беспокоит.
Либерти улыбнулась в ответ, хотя и чуть отступила от него. От нее не укрылось также, что за ними, ничуть не смущаясь, наблюдают лакеи.
— Я благодарна вам за то, что хладнокровно восприняли весь хаос, который возник у вас по моей вине, — произнесла она, игриво посмотрев на него.
Мимо Дэрвуда как раз прошествовали два носильщика, таща увесистый ящик, на котором красовалась надпись: «Осторожно! Хрупкие вещи».
— Ничего страшного. Я был готов к этому. Кстати, вы проследили, как вещи размещают?
— Да, милорд. Расставляют в нужном порядке.
В этот момент мимо них, как всегда, с озабоченным выражением лица шел дворецкий. В одной руке он держал вазу, в другой — подсвечник.
— Смею надеяться, мистер Уикерс, вы справляетесь с разгрузкой, — поинтересовалась Либерти.
— Очень даже неплохо, миледи, — ответил ей дворецкий, широко улыбаясь. — Если, конечно, эти увальни не перевернут весь дом вверх дном.
Из библиотеки донесся оглушительный грохот, и Уикерс поморщился.
Либерти указала ему на двух носильщиков, между которыми разгорелся спор, куда поместить внушительных размеров ящики.
— Ящики можно задвинуть в угол, — распорядилась Либерти и вновь повернулась к дворецкому. Уикерс передал вазу лакею, чтобы тот поставил ее на полку. Либерти забрала у него подсвечник и положила в карман фартука.
— Мистер Уикерс, могу ли я рассчитывать, что вы проведете разгрузку без лишнего шума? — Она старалась говорить громче, перекрывая стук молотков и визг пилы, доносившиеся из раскрытых дверей зала приемов. — Его милость должен работать с бумагами в тишине.
— Разумеется. — Уикерс поклонился Эллиоту. — Я как раз разыскивал вас, милорд, — обратился он к Дэрвуду. — В кабинете вас ждут поверенные. У них к вам безотлагательное дело.
— Боюсь, я должен покинуть вас, миледи. — Дэрвуд виновато посмотрел на Либерти.
— Ничего страшного. Уверяю вас, мы с мистером Уикерсом отлично справимся.
— Что ж, вынужден оставить все на ваше попечение. — Напоследок Дэрвуд огляделся. — Незавидное это дело, скажу я вам.
— Желаю вам хорошо поработать, милорд. Эллиот убрал ей за ухо прядь волос.
— И вам того же, — произнес он и зашагал в библиотеку. Либерти осталась стоять в растерянности, ощущая на губах вкус его поцелуя и прикосновение его пальцев. Она поймала себя на мысли о том, что ей приятны его нежности и что она всем своим существом жаждет новых. Нет, сегодняшней ночью она переступила не один порог, преодолела не одну преграду, отделявшую ее от Дэрвуда. Теперь ей стало ясно — ее жизнь связана с ним неразрывно. И она не имеет права подвести Эллиота.
Она с решительным видом повернулась к дворецкому. В течение последующих трех часов они с Уикерсом рассортировали вещи и составили их опись. Однако не успели они передохнуть, как к парадному крыльцу подъехала очередная повозка, груженная коробками и ящиками. И все началось снова: разгрузка, сортировка, опись. К середине дня у Либерти уже ломило спину, лицо ее было все в пыли. Но она успела пересмотреть все самые ценные сокровища Ховарда. От усталости она выронила даже коробочку с усыпанным драгоценными камнями кольцом-печаткой Генриха Восьмого и тогда решительно захлопнула крышку ящика.