Шрифт:
Когда-то мир заснежено немой
Стоял на непротоптанном пороге
Над бесконечной коркой ледяной,
Побитой безрассудством и войной
И таявшей в низвергнутой тревоге.
Извечным дымом кажется земля
И выглядит с рожденья мрачновато,
Ровняя снегом скальные края
И путь в себе великий затая,
Что тоже у миров стоял когда-то…
Часть первая. Старый ясень.
01
Луна,
Висит средь звёзд заледеневших,
За это время не имевших
Ни душ, ни бодрости, ни сна.
Ты, как всевидящее око
У миротворческих ворот
По небу медленный полёт
Ведёшь, взирая вниз жестоко.
Твой назидательный удел
Всегда высок и неизменчив,
И был не в шутку опрометчив
Любой, кто спорить с этим смел.
Большие самые высоты
Тебе одной принадлежат,
Как волку логово щенят,
Что возвращаются с охоты…
Среди, смотрящих строго ввысь,
И не сгибающихся сосен
И острых каменных укосин,
Что под утёсом разрослись,
Десяток воинов отважных
Без чувства долга и вины
Совсем неспешно шли с войны
И битв, для них уже не важных.
Их путь усталый пролегал
По травянисто-снежным тропам,
Где чуть живой медвежий топот
Лишь самых смелых не пугал.
И даже лёгкая ветрюга
Тут превращалась в шум такой,
Что дух лесной терял покой
От человечьего испуга.
Но те, оставили свой страх
В сраженьях, сталью отгремевших,
И в их посмертно онемевших
Горячих вражеских глазах;
У братских тел, что гордо пали
Без быстроты ненужных слов
От незатейливых клинков
И безбоязненной печали.
Давно отточенным бойцам,
Совсем неведомы испуги,
Что битву выбрали в подруги,
Взрослея тут не по годам.
От пота же не чуя носа,
Прошли они ещё чуть-чуть
И на ночлег прервали путь
В подножье старого утёса.
Ведь ночь на землю уж давно
Весомым призраком спустилась
И так прозрачно притворилась,
Что до людей ей всё равно.
От света лунного мельканье
Цепочек колотых камней
У той горы дарило ей
Своё немое очертанье.
Концы сплетённых горных пут
Глазам лихим напоминали
О неотъемлемой Вальхалле,
Где братья братьев с битвы ждут.
Кто принял меч, тот ввек свободен
Любому путнику в укор,
Испепеляющий свой взор
Пока не бросит сверху Один…
02
Утёс
И вниз пугающе отвешен,
Как будто боги шагом пешим
К нему проделали наскок.
Он так по-своему прекрасен,
А на стене его высот
На камне треснувшем растёт
Вполне широкий древний ясень.
На эту долю несмотря,
Что чтит у каменного края,
К нему сливается любая
Сюда пришедшая заря.
Под ним же раньше наступает
Лихого вечера закат,
Поскольку ствол он свой в обхват
Десятком рук соизмеряет.
И, неизвестно сколько лет
Он создаёт здесь тень от роду,
Но, вот, бойцы в его угоду
Расположились ждать рассвет.
На землю шлем и меч свалился,
И с чересчур уставших ног
Слетел сапог, а в бычий рог
Моментом эль хмельной налился.
С костра оставшийся кабан
Был топором одним разделан,
И в понимании умелом
Уже кормил осевший стан.
Жевали воины поспешно
Мясистый жареный кусок,
А звёзд сверкающий поток
Из-за горы глядел безгрешно.
Глядел усидчиво на них
Орёл из этого потока,
Что на скале неподалёку,
Оберегал орлят своих.
Один из воинов другого
Спросил: «Как долго нам ещё
Нести влачение своё
Под ветра дующее слово?!».
А тот, кусок пережевав,
Ему ответом выдал мельком:
«Не знаю я. Спроси у Хельга.
Считать шаги – его ведь нрав».
«Эх, Вальгард! Вечно ты не в духе!
Как будто споришься с мечом,
Сказать не можешь ни о чём,
Подобно взмыленной старухе».
«Ответ мой меч. Его слова
Нежней и твёрже всех мелодий,
Он и тебе ответит, Фроди» -
Воскликнул громче тот едва.
«Мне слушать вас так надоело,
Что уши выбились из сил» -
Им Хельг внезапно возразил,
И перевёл их спор на дело.
Договорил он тут же: «Дня
Примерно два, в дороге если
Мы не задержимся, как в песне
Про нерадивого коня.
Уже за следующим фьордом
Увидим наш знакомый лес».
Замолкнул он, а звёзд навес
Им лил неслышимым аккордом…
03
Под взглядом звёзд проходит ночь,
Луна свой блеск быстрее точит,
Побольше света будто хочет
В свои владенья уволочь.
Один из воинов проснулся
Под крики горного орла,