Берсерк

Поселягин Владимир Геннадьевич

Бай позвонил, когда я уже застёгивал сумку, куда сверху положил толстую пачку акций одной крепкой иностранной компании на предъявителя, прижав револьвером и пятью пачками патронов, которые тоже нашёл в сейфе. Всё,

на чём можно спалиться, я не брал.

– Слушаю, – ответил я на вызов, относя сумку к выходу и ставя её на ковролиновое покрытие пола.

– В общем, мы в теме. Открывай вход. Ты там по камерам всё видишь?

– Минутку, – быстро вернулся я к компу и под полным ненависти взглядом хозяина банка просмотрел камеры. – Вас вижу. Один охранник на месте, на посту картинки с мониторов разглядывает, вашей там нет, второй пошёл обходом. Все двери тут с электронными замками, хозяин на электронике помешен, так что у вас фактически везде есть доступ, кроме хранилища, однако хозяин почти цел и, думаю, пойдёт на сотрудничество, я его уже обработал.

– Понял.

– Ну всё, открываю.

Трубку взял старший из трёх парней, с которыми был Бай, это, видимо, люди Чёрного, хотя никого из них я не знал. Ему я стал сообщать все передвижения охраны. Сперва разобрались с парнем у мониторов, отработали его из пистолета с глушителем, потом второго на лестнице третьего этажа подстерегли, и

закончили с охранником внизу, у хранилища.

– Норма, поднимайтесь, – разрешил я.

Поглядывая на картинки, как зачищают охранников, я чистил комп владельца банка. У меня был платный сервер, где я хранил разные программы. Доступа к Интернету у компа владельца банка не было, наверное, перестраховывались от взлома. Но тут же лежал ноут, вот у него доступ был. Уходить буду, захвачу его. Я зашёл в хранилище, скачал нужную программку, флешкой перенёс её на комп и стёр всё, что было на компе. Дважды прогнал программу по уничтожению данных. Не трогал лишь то, что было необходимо, управление камерами и сигнализацией. Но записи тоже подтёр. Я в принципе жёсткий диск забрать планировал, да и у охраны с серваком поработать, всё удалив, но это так, на всякий случай. Хозяин кабинета был в сознании и наблюдал за мной, взгляд его был полон ненависти и боли, но я не обращал на него внимания, для меня он – отработанный материал.

Лезвие катаны я сразу очень тщательно протёр, убрал в ножны. Заберу с собой, такой трофей упускать нельзя, хотя это и важная улика и по ней меня будет возможно найти, но показывать её я никому не собираюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.