Берсерк
Шрифт:
— Ты даже не представляешь, как приятно это слышать.
— Ну почему же, представляю. Я ведь тоже не всегда главарем был.
«Опять играет на публику», — подумал Миха. Он буквально чувствовал, как повышается рейтинг Первого, как растет его процентный столбик.
— А сейчас ты меня самолично будешь резать? — попробовал угадать Миха.
— Нет. Для этого есть большие мастера. Можно сказать — профессионалы своего дела.
— Так к чему весь этот базар?
— Ты должен все почувствовать еще до того, как мы начнем, а для этого
— Очень любопытно.
— Сначала мы отрежем тебе все пальцы, один за другим, одну фалангу за другой. Потом руки по локоть…
— Ты не боишься, что я умру раньше, чем все это закончится, от болевого шока?
— Нет, для предотвращения подобного безобразия у нас есть хорошая травка. Ты будешь все чувствовать, но не умрешь.
— Как благородно с вашей стороны.
— Потом мы выпустим тебе кишки и разложим их прямо перед тобой, сушиться. Потом будем снимать с тебя кожу, как с барашка, а потом отделять одну мышцу за другой. Их мы скормим собакам. Приступай, — приказал Первый одному из своих подручных.
Боевик уверенно, поигрывая ножом, подошел к Михе. Он взял и оттянул один из пальцев и приложил к нему кинжал. Тут Кемпла пробрало по-настоящему. Он в ужасе взглянул вверх и увидел далеко в вышине белые ниточки инверсионных следов, которые быстро увеличивались.
— Стойте! Стойте!! Стойте!!! — закричал Кемпл. Надежда колыхнулась в его душе.
Боевик остановился, и Первый недовольно спросил:
— Что еще?
— А как насчет последнего слова для приговоренного? — давясь словами, выпалил Миха.
— Ну что ты хочешь сказать? Наверное, про то, что мы все умрем от Божьей кары и что ты проклинаешь нас. Все это мы уже слышали, и не раз, и даже не два. Ты уж мне поверь. Ты это хотел сказать?
Миха посмотрел вверх. Белые трассы в небе сильно вытянулись, и на их концах становились отчетливо видны черные точки, и эти точки стремительно приближались. Опустив голову, Миха произнес:
— Вроде того. Сдается мне, что вам всем действительно полный звездец, и что интересно, прямо сейчас.
— Что?
Впрочем, пояснять сказанное не потребовалось. Земля дрогнула так, что никто не устоял на ногах. С горы пошел камнепад, массивный скальный козырек, не выдержав удара, обрушился вниз, погребая под собой и своими обломками добрую половину палаток.
Миха отлетел вместе со своим жертвенным столбом куда-то в сторону и, ударившись, на секунду потерял сознание. Открыв глаза, он как во сне смотрел на разбегающихся людей. Потом загремели новые удары; взрывная волна прокатила Миху по земле, словно колесико, и он упал в огромную воронку. «Снаряд дважды в одну воронку не падает», — успел подумать Миха, прежде чем потерял сознание, блаженно, слегка придурковато улыбаясь.
54
Лейтенант Джереми ушел, а сержант Борисов остался наблюдать за базой. Впрочем, Джереми ходил недолго; видимо, не выдержав напряжения, он вернулся
— Ну что там?
— Все как обычно. Сейчас прочитают лекцию и возьмутся за дело. Изверги.
— Тут ты прав. Зачем издеваться? Взяли бы и убили. Так ведь нет, нужно им поглумиться над человеком. И ладно бы, если они хотели что-то узнать, а он бы запирался и не говорил. Нет, просто так издеваются.
— Звери, — подтвердил сержант.
— Так, вот он, Первый.
— Может, просто его пристрелим? — предложил Борисов. — Позовем Наждака, он его быстро прихлопнет из своего ствола.
— Первый нужен командованию живым. Он знает много тайн. Банковские счета, на которых лежат миллионы. Каналы поступления средств, перевалочные базы и много чего еще, что хотят знать наши отцы-командиры.
— Знаю, а жаль.
— Да. А то я бы сейчас сюда авиацию навел и сровнял здесь все с землей к чертовой матери.
— Ну все, начинают резать, — прокомментировал Ник то, что и без него видел лейтенант.
— Не повезло.
— Куда это он постоянно смотрит?
— Ты это о чем?
— Все время куда-то вверх.
Сержант перевел бинокль за взглядом пленника, но плохо взял поправку и ничего не увидел. Зато увидел лейтенант Джереми.
— Вот черт!
— Что, Крэг?
— Кто-то навел орбитальную артиллерию. Здесь же вроде нет других поисковых групп или есть?
Ответа лейтенант не услышал. Десять взрывов раздались практически одновременно. Базу боевиков накрыло огромным облаком пыли, через которое ничего невозможно было разобрать. Однако лейтенант каким-то чудом увидел, как Первого подхватили на руки два охранника и поволокли в сторону. «Хорошо работают», — про себя похвалил их Крэг, а вслух по внутренней связи приказал своим бойцам, разбросанным по местности:
— Отделение, на восточный склон, за мной, быстро. Ловим Первого, быть предельно внимательными, стрелять только по ногам, он нужен живым. Даже если вас будут резать, вы не должны его убивать.
— Хватит, командир, — сказал один из бойцов. — И так все яснее ясного.
Группа «берсерков» быстро преодолела расстояние и вышла на восточный склон, по которому, по мнению Крэга, с горсткой охранников уходил Бин Лашен. Азарт засидевшихся без дела охотников подстегивал их, но при этом они не забывали об осторожности.
— Вижу возможную цель, — прозвучало в наушнике командира.
— Где они, Наждак?
— Сильно забирают на север.
— Уходят, сволочи. Белый тюрбан видишь?
— Нет, сэр. Но есть один без головного убора. Мне стрелять по охране?
— Нет. Возможно, один из охранников отдал ему свой головной убор, и ты подстрелишь Первого, — на бегу выпалил лейтенант.
— Понял. Тогда я включаюсь в преследование.
— Давай…
«Берсерки» продолжили преследование. Медленно, но верно они настигали добычу, деморализованную взрывами, а потому неспособную двигаться в полную силу.