Берсерк
Шрифт:
– Ваше сиятельство, мага мы нашли, ликвидировали, теперь нам что делать?
– Пока ничего, можете отдыхать, мне необходимо собрать некоторую информацию о другом тёмном маге. На это потребуется дней десять, мои гонцы летать, к сожалению, не умеют, а жаль, могли бы сэкономить нам много времени. Если не ошибаюсь, до Волара не так уж и далеко, дня два пути. Пришлю за тобой гонца, когда ты мне вновь понадобишься. Я оставлю вас ненадолго, - о чём-то вспомнив, граф встал и быстро вышел из кабинета.
– Лемар, у тебя что живот после колбасок прихватило? – я
– А ты ничего не слышишь? – он заставил меня прислушаться к звукам, доносящимся с улицы сквозь приоткрытое окно. На улице кто-то ругался с охранниками графа, настаивая на том, чтобы его немедленно пропустили к нему.
– Ругается там кто-то и что?
– Дело касается недавней драки в таверне «Уставший путник», судя по крикам, это отец того кому ты дал в морду. Пришёл жаловаться не к начальнику городской стражи, а сразу к графу, да ещё и настаивает, чтобы его пропустили. Если у него хватает на это наглости, значит он не простолюдин, - Лемар хотел ещё что-то сказать, но не успел, вернулся граф.
– Эрит, ты, где в Каболаре остановился?
– Нигде, не успел ещё комнату снять, а что?
– Может ко мне? Посидим, поговорим.
Только я открыл рот, чтобы попытаться, вежливо отказаться от его предложения, появился слуга.
– Ваше сиятельство, внизу казначей, требует, чтобы его пропустили к вам.
– Что ему от меня нужно?
– Точно сказать, не могу, дело касается его сына, его кто-то избил.
– Так пусть к начальнику стражи идёт, я-то тут причём?
– Начальника сейчас нет в городе, поэтому он пришёл к вам. Пропустить или как?
– Ладно, веди этого крикуна сюда.
Слуга вышел, оставив нам чайник, три чашки и горшочек с мёдом.
– Разливай, чего сидишь? – Граф заставил меня, разливать травяной чай по чашкам. Как только мы успели сделать по глотку, вернулся слуга.
– Ваше сиятельство, к вам королевский казначей Шернон, - доложил слуга и сделал шаг в сторону, чтобы пропустить казначея. Казначеем оказался невысокого роста толстяк лет пятидесяти. Его лицо было красным от возмущения и долгих споров с охраной.
– Ролан, только без крика, что произошло в этот раз? – спросил граф, не выпуская чашку с ароматным чаем из рук.
– Ваше сиятельство, это просто неслыханно, моему сыну сломали челюсть прямо в таверне, куда смотрит стража? Хозяин делает вид, что не видел как это произошло и якобы не знает того бандита, который ударил моего сына! – в конце гневной речи казначей всё-таки перешёл на крик.
– От меня то ты чего хочешь?
– Я прошу, нет, я требую, чтобы сменили начальника стражи, а хозяина таверны посадили в тюрьму!
– Это всё?
– Да!
– Хорошо, как только вернётся Бротар, попрошу, чтобы разобрался в этом деле.
– Начальник стражи Бротар не способен в этом разобраться, он ничего не делает, только денег постоянно просит. Хочется, спросить, за что ему платить? На улицах полный бардак, людей начали избивать прямо в тавернах, да ещё и находящихся в центре города, а там недалеко
– Шернон, ты понимаешь, с кем ты сейчас разговариваешь? – граф отставил пустую чашку и встал. – Я тебя сейчас заменю на другого казначея, а не начальника стражи! Мне вообще нет никакого дела до твоего сына, который задирается на каждом углу. Сколько он уже горожан за последний год покалечил? Подсказать? Я сказал Бротар приедет и разберётся, всё! А сейчас иди отсюда, пока я действительно не поменял казначея!
Казначей даже присел, после того как граф на него прикрикнул. О том чтобы продолжить, что-то от него требовать, уже и речи не было. Отступая назад от рассерженного графа, Шернон добрался до двери и вышел, быстро закрыв её за собой.
– Как он мне уже надоел со своим сыном, - проговорил граф и, повернувшись ко мне, спросил, - о чём мы говорили?
– О том что уже ночь, - я постарался не напоминать о приглашении к нему в гости. Желания провести ночь, находясь фактически у него под допросом, у меня не было, а продолжительный разговор с графом, именно так и выглядел. Граф хотел мне, что-то сказать, но тут вновь появился слуга и, подойдя к нему, что-то шепнул на ухо.
– Точно?
– Да ваше сиятельство, - подтвердил слуга.
– Кажется, наш разговор откладывается на некоторое время. Я пришлю за вами человека, когда вы оба мне снова будете нужны.
Я с облегчением выдохнул, допроса сегодня не будет. Поднявшись с кресла, посмотрел на Лемара, тот после крика казначея и потом уже графа, сидел, ни жив, ни мёртв.
– Лемар, не спать! Нам пора, - отобрав у него, пустую чашку, помог ему встать и аккуратно вытолкал в коридор. – До свидания ваше сиятельство, - я попрощался и тоже вышел из кабинета. – Лемар очнись, ты чего?
– Мы избили сына казначея, что теперь с нами будет?
– Не мы, а я и не думаю, что что-то с нами сделают. Насколько я понял, Шернон тоже барон, всё чего он сможет добиться, это - вызвать меня на дуэль. Я же никого не убил, дать по роже считается оскорблением.
– Откуда ты знаешь?
– Ты забыл, кто я? Идём, я тебя до дома провожу.
За то время что мы находились у графа, наши кони никуда не делись, мало того, какой-то заботливый слуга графа успел их накормить и напоить. Об этом свидетельствовали пустые ведра, оставленные у коновязи и остатки овса под ногами коней.
Ночные улицы Каболара не были пустыми, даже ночью тут продолжала бурлить жизнь. Работали дворники, подметая брусчатку, золотари вывозили собранный ими с улиц конский навоз, по улицам прогуливались горожане, наслаждаясь вечерней прохладой. Лемар немного воспрянул духом, ведь всю ответственность за драку я взял на себя, а не переложил на плечи простолюдина.
Через некоторое время мы доехали до его дома, и он стал извиняться, что не может, предложить мне остаться на ночь у него в гостях. В той маленькой комнате, которую снимала его семья, даже двоим было бы тесно. Понимая это, я и не напрашивался.