Берг
Шрифт:
От счастливых воспоминаний улыбка становилась больше, и глаза уже не видели снующих внизу воинов Лиона, летящих стрел и холодных камней башни, взгляд становился отстранённым. Всё это вокруг уходило куда-то на второй план, всё затмевалось приобретённым счастьем любви и открытым совсем недавно миром под названием "женщина". Его Женщина. Любимая Женщина…
— Господин! Милорд! — Его звали, а он не слышал. — Господин маркграф!
— А? — Он дёрнулся, опомнившись, как от пережитого сна. — Что случилось? — Глянул на посыльного.
— Я из донжона.
Ниард задумался на мгновение. Если так, то донжон закроют совсем, пока не придут войска графа Вольдейна, или его не захватят войска Лиона. Это значит, что Вэллия останется там, и они, возможно, больше уже не увидятся.
— Да, наверное, пора… — Согласился, глядя в лицо воина. — Они уже ломают куртину, стоит ли ждать. Госпожа там? Как она?
— Да, милорд, все уже там. Миледи я сегодня не видел. Наверх поднималась только баронесса.
Ниард согласно кивнул, принимая ответ, шепнул:
— Скажи, что у нас… что я… А! — Махнул рукой. — Ничего не говори!
— Можно идти?
— Конечно.
Маркграф отвернулся, ища глазами другие лица.
* * * * *
С наступлением темноты лионцы прекратили ломать стену Берга, но в лагерь свой так и не ушли, они не хотели терять завоёванных за день позиций. Кот охранял большой отряд. Стену они за день, правда, ещё не сломали, но видно было, что настроены на это решительно. Все действия защитников оказались напрасны. Лионские солдаты не собирались отступать ни от падающих сверху камней, ни от стрел, ни от чего бы то ни было другого.
Всё это время маркграф пробыл на башне святого Вита, уже в темноте на башню поднялся один из сержантов.
— Донжон закрыли, башни ещё пока нет. Подождём до утра. — Тёмные внимательные глаза сержанта следили за лицом маркграфа в свете горящего факела. — Знаете, милорд, на нашей башне ходит слух, говорят, от какого-то из монахов, что в этой куртине, где они сейчас делают пролом, была когда-то тайная дверь. Вы что-нибудь слышали об этом?
Ниард нахмурился, шепнул, вытирая лоб тыльной стороной ладони:
— Нет. Я ничего такого не слышал. Может, это только слухи?
Сержант пожал плечами, прищурив глаза, мелкие морщинки ожили в уголках его глаз, нет, этот человек зря попусту болтать не будет.
— Если это даже и так, — заговорил он, — монах старый, он мог что-то и знать, а откуда об этом могут знать в Лионе? Откуда у них может быть такая информация?
Ниард усмехнулся с горечью:
— Даже если и так, нам это уже не поможет. А барон Дарл всё удивлялся, почему они выбрали именно этот участок куртины?
— Милорд, если завтра они уже будут тут, вы останетесь в этой башне?
Маркграф задумался, потом ответил:
— Наверное.
— На мой взгляд, милорд, Западная башня укреплена лучше, она выше, и вам лучше бы перебраться туда.
— Я подумаю. Подождём до утра.
— Если
Что мог ответить ему Ниард, он и сам не знал.
— Будем ждать графа Вольдейна. Когда-нибудь же он соизволит придти к нам на помощь.
На этот раз вздохнул уже сержант. Ниард отвернулся, ища глазами место, где можно было бы расположиться на ночь. Ничего. Самое главное — донжон уже закрыли. Значит, она будет в безопасности, пока не подоспеет её отец. Не сообразят же они брать ещё и донжон?
* * * * *
Алдор с восторгом наблюдал, как люди графа Доранна входят в пролом Бергской стены, она рухнула только что, и войска начали наступление.
Свершилось! Это свершилось! Берг рухнет! Это будет сегодня — исторический момент, когда падёт неприступный замок. Берг! Его Берг…
К обеду вошедшие в замок войска отбили ворота и сумели их открыть, и уже в распахнутые створы ринулись в Берг конные рыцари, круша всё на полном ходу. Чуть позже сумели поджечь и деревянный временный палисад напротив пролома. Он и так уже был частично разрушен, а теперь дым пожарища поднимался вверх, и те, кто засели на башнях видели его, но продолжали сопротивление.
Это отчаянное мужество защищающихся злило графа Доранна, он не понимал смысла этих действий. Зачем? Кому сейчас это нужно?
От пленных воинов узнали, что все последние дни маркграф Берг находился на башне святого Вита. Именно с неё граф Доранн приказал начать штурм башен Берга. Это было труднее, чем ломать стену, в которой заведомо было известно слабое место. Стены башен сложены из огромных камней, а двери располагались на уровне второго этажа. Все навесные мосты, связывающие башни с крепостными стенами, были защитниками башен разрушены. Каждая башня превратилась в обособленную крепость. Защитники бросали камни через машикули наверху и вели огонь из луков и арбалетов.
Это злило графа Лион. Какой смысл защищать каждую башню, если замок уже взят? Может, они до сих пор надеются на помощь графа Вольдейна? Только, если сейчас он подойдёт, пусть теперь сам штурмует Бергские стены. Пролом будет заложен, как только будут взяты соседние башни, и теперь в Берге будут войска Лиона. Теперь Берг будет служить другому хозяину.
К вечеру этого дня военные действия прекратились. Граф Доранн приказал выгнать из замка всех беженцев, остались только женщины с маленькими детьми в госпитале — за них заступился отец Валериан, а идти против святого отца никто не решился. Кормить лишние рты граф не собирался, замок и его запасы нужны были ему самому и его армии. Благодаря жёстким приказам удалось избежать грабежей и насилия, правда, скот к вечеру покололи на мясо. Уставших и голодных солдат граф приказал накормить получше. Ужин готовили прямо на улице на кострах. В погребах нашли запас вина, всё начинало приобретать черты нелепого праздника.