персидский-то тот ковер оказался ковром-самолетомколокольчики звенят привязаны к бахрометканые райские птицы оживают внезапнопроснулись в танце священные письменамузыка не слышна но рисунок понятенколокольчики звенят привязаны к бахромепадшие ангелы оступаются в попытках поднятьсяпроснулись в танце священные письменасолнечные лучи щекочут решетку гаремаколокольчики звенят привязаны к бахромекривые мечи высекают из туч имя зятя пророкамечутся в пыли бесноватые «шахсей-вахсей»нефтяные потоки удерживают ковер в свободном пареньевоздушные потоки удерживают ковер в свободном пареньедыхания пери удерживают ковер в свободном
паренье«не пей вина ибо первая же капля тебя погубит»делаем так первую каплю отпустим обратно на землювторую с третьей делим с первым встречным Аллаh всемогущрахат-лукум кишмиш суджук ачматам внизу паранджа под нею сама Фатьмаклянуся райскими кущами1998.19.I
«мы сидели в «Венеции…»
мы сидели в «Венеции» / с видом на Альма-матери рассуждали какие специи / придали бы сушеным мухоморам аромата просвечивали сзади колонны / направо Белого дома палаты / каналом плыли понтоны / и мы были слегка поддаты ибо воздух что мы пригубливали / и кагор дурили нашего брата / ладья преисполненная публики / гуднула нам от деканата и сумрак нежный как суфле / уже предлагал шоколада питье в своем роде хмельное / для ацтекских аристократов с утра конечно шампанское / тартинки канапе адекватно полиция муниципальная / настроена была непредвзято ладья прогудела резко / швартуясь к своим канатам мы сидели в «Венеции» / кагор был континуален и грата ладья гуднула в последний / были столы богаты Епископскими воротами сумрак / по Вецриге прыснул куда-то джинсовые тинейджеры / облепленные пивной ватой / визжали и хрюкали бешено / поминая мать мухоморы и аттестаты закончим мы нотой отрадной / «Венеция» и наша столица / противовес эфирному саду / достойных Тебя Соколица1998.20.I
«“Ты сбежал?” такой вот вопрос…»
«Ты сбежал?» такой вот вопросчто ж я польщенмог бы сбежать откуда угодно дажес острова Алькатрастолько от себя нельзя убежатьтени не поймать и еще«Ты сбежал?» лучший вопрос из всех что мне задавалипомнится фильм Микеланджело Антониониспрашиваемый девушкой без имени Дж. Ни- колсон «от чего он бежит?»говорит «повернись спиной»а там Андалусия шоссе тенистая аллеяодно из самых лучших небес что я сумел пережить«Ты сбежал?» балконсолеа!1998.24.I
«итак до полной ясности полчаса…»
МНОГО ЧЕСТИМНОГО ЛЕСТИМНОГО МЕСТИТЕПЕРЬМОЖНО ПРИСЕСТИПЕРЕД ДАЛЬНЕЙ ДОРОГОЙС БОГОМ!итак до полной ясности полчасаи так эти вороньи и воробьиные небеса нет не неоновый сполох в море дымов Nevermore! заполошный крик в чердачном окневорохтается на глубине где запечных дел мастер печет в золе (подовик по-русски попросту хлеб)черти любят когда трещат сучьяиначе их жажда мучитдо полной ясности полчаса(только побудки не различаю, стоп, различил) на другом конце города перекликаются каланчи Шампетер Плескодале БебербекиМНОГО РЕЧИlet it be!да эти вороньи и воробьиные небеса (когда хочу того голубиные)1998.6.II
Стихотворения при свете свечи
1
«Саунд Матвеевской улицы ночью…»
Саунд Матвеевской улицы ночью:электроны гудят в проводах, капля вечности стонет в кране,автомобильные
чик да чирик, кроит брусчатку фура,одинокое жужужужжанье троллейбуса,двортерьер томно брешет, ему отзываются в конце концов.Орден стопки не спит; сестер порицают братья.(Любой проезжающий автомобиль заставляет свечу трепетать.)Русские народные от фонаряи до Любочки-Юбочки,а на улице Ключевой все точки закрыты, исключая одну.Пара сантим в кармане нервничает, ожидая приплода.Клав! Я теперь живу на улице Твоего сына.
2
«Ежели Алтона – Латинский квартал…»
Ежели Алтона – Латинский квартал,то здесь подножье Монмартра.Гей, старина! Анатоль, гей!Ежели Монмартр – это Агенскалнс,то здесь Монпарнас.Не 19, конечно, но 89-6.Шут с ним, псевдомансарды, сухие сортиры.Может быть, ты поступил в Академию в 89-м?Может быть, ты в ней отучился шесть лет?
3
«Тут хорошая аура…»
Тут хорошая аура.На подоконнике разведу летучих мышей.На Луговой (а то Полевой) улице наплету веночков.Скрипку сверчка я настрою так,как ты захочешь.И, была не была, отправлюсь в поход за искоркой рододендрона.
4
«Вентиляционная дырка на кухне…»
Вентиляционная дырка на кухне:виден дымоходи, если напрячься, серебряный отвислый ус месяца(другой, невидимый, полощется в реке Ушуайя или же в реке Мары,речка Мары коричневеет от просыпанного табака «добельман»),зато зеленеет&зеленеет парк Аркадии.
5
«Тут хорошая аура…»
Тут хорошая аура.Хотя и залистана книга.Вот она, от кончиков ногтей и до мозга костей настоящая Рига.Сквозь сон бредут коровы, поет лосось, блестит чешуя.Надсадно оса гудит, и другаядуэтом, как гитара и бас.Выстраиваются в очередь стихотворения (где взять столько свечей?), и цимес их на вес вполне ощутим.Рабиндранат Тагорян, индийский факир из Лимбажей, шпагоглотатели, бродячие кукольники, Карабас Барабас.Час призраков определенно минул.Жаль, мимо касс.
6
«Чует, чует мой нос…»
Чует, чует мой нос.Мощеная улица с каноническим текстом про яйца.Цыганский переросток Рингла глядит в окно.В полуподвале коммерц-парикмахерская «Данас». О, бойся данайцев!
7
«Светлая кровь с фитиля свечи…»
Светлая кровь с фитиля свечискатывается мне на левую руку,густея.Пламя и свернувшийся воск.Кельтский меч в моей правой руке помнит все.Золотая яблоня.
8
«Инга приснилась. Не Яблонька…»
Инга приснилась. Не Яблонька.Кацапочка из 9-го «Б» нашей школы.Смех сквозь слезы, балетные ножки в разношенных чоботах.Глаза же сверкают, как месяц май (длякого?) Портовый ветер в косе. Возбуждает.Что ж, выпьем, на хальяву – таков мой тост.Лирический мовизм.
9
«Лирический мовизм…»
Лирический мовизм.По совместительству сценический реквизит.Или, изволите видеть, картина без автора.Все на продажу. Вольера с нетопырями, роскошнейшее небытие,или заурядное присутствие в завтра.