Беременность на сдачу

Черно Адалин

— Вот эти, — я тычу пальцем на картинку в каталоге, где изображены светло-салатовые шторы с небольшими бабочками и нарисованной травкой внизу. — Они очень даже ничего.

— Хорошо, сделаем. Размеры вы знаете? — интересуется продавец-консультант в детском мебельном магазине.

— Да, конечно.

Я достаю листок с замерами и тычу ему, ожидая, пока он перенесет цифры в свой журнал заказов. На днях Матвей сказал, что я могу обставлять детскую комнату по своему желанию, и я решила воспользоваться этой возможностью.

— Ваш

заказ принят, что-то еще нужно?

— Мне нужно все, но я пока осмотрюсь, — я улыбаюсь молодому парню, который все это время помогал мне с каталогом и иду вглубь магазина.

Подхожу к кроваткам и ищу двойную. Таких всего две, но мне не нравится ни одна из них. Как не нравятся тумбочки, детские кресла, манежи. Я хочу что-то особенное, хотя на самом деле, наверное, убегаю сама от себя, заваливаю себя хоть чем-то, чтобы быть занятой и не думать.

Я прохожу между рядами, когда на телефон поступает звонок. Я достаю айфон из сумочки и первые несколько секунд думаю отвечать или нет. На дисплее светится имя Матвея, но за прошедший месяц мы поговорили едва ли пару раз. И последний из них был вчера, когда он сказал, что комната по соседству освобождена для детской. Тем не менее, я таки отвечаю и подношу трубку к уху:

— Да.

— Ника, ты где?

— Выбираю и заказываю мебель для детской, — отвечаю, а сама провожу рукой по мягкому детскому креслу в виде милого котенка.

— Тебе еще долго?

— Я только начала, — пожимаю плечами, как если бы мужчина мог меня видеть. — Думаю, за пару часов справлюсь.

— Хорошо. Может, пообедаем вместе?

— Как скажешь, — сухо отвечаю я. — Во сколько?

— Как освободишься наберешь меня, ладно?

— Хорошо.

Он отключается первым, а я убираю телефон от уха и безжизненно смотрю на экран. Пообедаем? Вместе?

Я швыряю телефон обратно в сумку и нахожу того самого парнишку, прося показать мне каталог с кроватками и другими изделиями. Там я нахожу то, что хочу: красивую двойную кровать с шухлядами, несколько шкафчиков, пару тумбочек, двойной пеленальный столик. Подумываю над стульчиками для кормлений, но решаю, что в ближайшие полгода после рождения малышей они точно не понадобятся.

После мы с консультантом сверяем заказ, и я утвердительно киваю, протягиваю ему карту и диктую адрес для доставки.

— Всего доброго, — говорит парень, — приходите еще.

— Несомненно.

Я выхожу на улицу, достаю телефон и не хочу ему звонить. Не хочу говорить, что закончила и мы можем пообедать, потому что на самом деле не можем. Несмотря на свое нежелание, я все же набираю номер Матвея и говорю, что освободилась.

— Я за тобой заеду. Скажи где ты.

— Со мной Арсений, помнишь? Куда приехать? — я намеренно игнорирую его желание забрать меня из торгового центра, но он настаивает и я говорю ему адрес, а также сообщаю,

что подожду его в кафе.

Матвей приезжает через минут двадцать. Я сижу в углу кафе и смотрю на то, как мой муж заходит в дверь, как здоровается с официантом, обводит взглядом помещение и находит меня, а после направляется к столику. Взгляды многих женщин, сидящих за столиками, прикованы к нему. Он чертовски привлекательный и уверенный в себе, а еще он женат на мне, но штампы в наших паспортах не больше, чем фарс.

— Привет. Идем? — он возвышается надо мной, и я встаю. Беру свою сумочку, накидываю шубу и под завистливые взгляды многих мы покидаем помещение.

Мы покидаем кафе, подходим к той самой серебристой иномарке, Матвей открывает для меня дверь и помогает сесть, а я думаю о том, что где-то здесь точно есть журналисты, потому что за месяц мы не сказали друг другу даже слов приветствий, а тут такая вежливость.

Матвей садится на водительское сидение и заводит машину. Я отворачиваюсь к окну, когда слышу его вопрос:

— Выбрала то, что хотела?

— Да.

Я надеюсь, что это последнее, что он у меня спросит, пока мы находимся так близко друг к другу, но вскоре он задает вопрос снова:

— Как провела день?

— Хорошо.

— Понравилось все, что было в магазине?

— Я заказывала по каталогу.

— Когда привезут?

— Через пару недель.

Наш разговор едва ли дружелюбнее того, что у меня был с консультантом, но менять я ничего не собираюсь. Я держусь от Матвея подальше. Настолько, насколько это позволяют стены дома и осмотры, которые он проводит. Я холодная. Стала такой сразу после наше “первой брачной ночи”. Я усмехаюсь сама себе и не могу понять, как поверила в то, что у нас все еще может быть нормально.

Больше не верю, поэтому держусь холодно. Так же, как и Матвей до сегодняшнего дня. Что происходит сейчас я не знаю, да и едва ли хочу. Все, что меня волнует — мои дети. Через неделю Матвей сделает УЗИ и скажет пол нашего общего ребенока. Прошлый раз он мог сказать только о моей дочере, зачатой через ЭКО. Я обрадовалась, понимая, что у меня будет дочка. Маленькая, розовощекая принцесса, которой я буду покупать красивые платья, резиночки, заколочки, с которой мы будем разговаривать по душам.

Я надеюсь, что вторым будет мальчик. Я всегда хотела девочку и мальчика. Двух детишек.

Машина останавливается у ресторана и Матвей открывает дверь, помогая мне выйти. Предлагает свою руку и ставит автомобиль на сигнализацию, после чего ведет меня внутрь помещения, помогает снять верхнюю одежду и сообщает, что у нас заказан столик.

— Что ты будешь? — спрашивает, едва нас проводят к нашему месту и мы садимся.

— Что-то полезное и вкусное, — я пожимаю плечами и даже не смотрю в меню.