Беременная для Палача
Шрифт:
Некоторое время Амиран молчал и его взгляд казался невыносимо тяжелым, но в итоге он ответил:
— Хорошо. Ты будешь воспитывать нашу дочь, так как хочешь, но, если будет мальчик, его буду воспитывать я.
— Какой мальчик? — я приподняла бровь, не понимая, о чем он говорил. На это Палач ничего не ответил. Вместо этого он сказал:
— Но фамилия у Сони должна быть моя.
— Я этого не хочу, — я сразу напряглась, но, качнув головой, попыталась вернуть спокойствие. — У Сони будет моя фамилия.
— Это мы позже обсудим, — Амиран
— Я не думаю, что изменю свою позицию.
На это Амиран тоже ничего не ответил, а я, увидев, что вода в кастрюле выкипала, вернулась к приготовлению пюре. Как только оно было готово и остыло до нужной температуры, я накормила Соню. Малышка задорно играла погремушками и смеялась, но ела с удовольствием. При этом, Амиран остался на кухне и я чувствовала, что он неотрывно смотрел на нас.
Мне это не нравилось. Было бы лучше, если бы Палач отнесся к нам с безразличием. Мне хотелось, чтобы он просто исчез из нашей жизни.
Я дала Соне новую погремушку и сама пошла мыть посуду. Когда закончила и обернулась, увидела, что Амиран сидел рядом с дочерью и подавал ей игрушку, которая, судя по всему, упала на столик.
Странное и непривычное зрелище. Огромный и массивный бритоголовый мужик в татуировках, который ужасал одним своим видом, сейчас игрался погремушкой с ребенком. Соня смеялась и Амиран улыбнулся. Так тепло, как никогда раньше. Так, как, казалось, не способен на это.
— Можно я возьму ее на руки? — спросил он, обернувшись ко мне.
«Нет» — чуть не сорвалось с моих губ. Я не хотела, чтобы Амиран прикасался к моей дочери. Я не желала, чтобы он вообще находился рядом с ней.
Но ведь Соня и его дочь.
Насколько бы сильно я ненавидела Палача и как бы я не отвергала его, как человека, но, наверное, будет неправильно проецировать это на ребенка. Наши с Амираном отношения уже ничем не исправить. Их уже даже не вывести на уровень нормального общения, но все же у нас общий ребенок и Соня не должна страдать из-за того, что происходило между мной и ее отцом.
Тем более, Амиран спрашивал разрешения, хотя мог этого не делать. У него вообще была власть и влияние просто выбросить меня отсюда и забрать Соню себе.
— Хорошо, — я кивнула. — Только осторожно.
Амиран взял Соню на руки. Насколько же бережно он это делал. Так, будто у него в руках было настоящее и очень хрупкое сокровище, а я смотрела на Палача, который сейчас держал нашу дочь и улыбался ей и, чувствовала, как сердце дрогнуло. В груди как-то непривычно затрепетало.
Я мгновенно мысленно дала себе подзатыльник. По отношению к Палачу я не должна ничего чувствовать. Он был недостоин даже злости. Только полную пустоту.
Амиран долго держал Соню на руках. Что-то говорил ей, а малышка улыбалась и смеялась.
За это время я успела поесть и выпить чая. Наверное, это впервые за последние месяцы я завтракала.
Немного позже я с дочерью вышла на прогулку. Незадолго до этого Палачу
Соня ползала по постилке, которую я расстелила на ровной траве, а я легла, и, смотря на дочь, думала над тем, что делать дальше.
Больше всего мне хотелось, чтобы Палач пошел к черту.
Мне вообще было странным, что он проявил интерес к Соне. Раз узнал, что не бесплоден, нашел бы ту, которая родила бы ему детей. Но, может, все было не так просто, как я думала и он решил участвовать в жизни дочери, а не отказываться от нее.
Я вообще понятия не имела, что творилось в голове Амирана. Мне казалось, что он и семья просто не совместимы, но раз такое происходило, следовало что-то думать.
На вечерней прогулке, к моему удивлению, к нам присоединился Амиран. Он опять носил дочь на руках и игрался с ней, а я сидела на скамейке и, раз появилось время, в телефоне просматривала варианты съемного жилья. Но время от времени чувствовала на себе взгляд Амирана. Проверять действительно ли он смотрел на меня или нет, я не стала. Мне было плевать.
Неделя подходила к концу и, наверное, во всей моей жизни это были самые странные дни. Хотя, чего я только не пережила за последние годы.
Я привыкла к тому, что Палач почти все время проводил на работе, но за последние дни он слишком много был дома. Утром приходил на кухню, когда я кормила Соню, а пока я мыла посуду, он вновь носил ее на руках. Очень бережно и осторожно.
Мне не хотелось этого признавать, но мне так было намного легче, ведь, после завтрака Соня часто начинала капризничать, из-за чего я ничего не успевала, но на руках у Амирана она почему-то успокаивалась.
На работу Палач уезжал лишь, когда мы с Соней выходили на прогулку в сад, но приезжал в пять вечера. Иногда даже раньше.
Амиран часто заходил ко мне в спальню и иногда был с нами на вечерней прогулке.
Как же странно было видеть настолько жуткого человека, как Палач, улыбающегося своей крошечной дочери, которую он брал на руки, как только получалось это сделать.
Я немного успокоилась. Не стала относиться к Амирану менее критично, но уже сейчас хотя бы начинала надеяться на то, что мы сможем спокойно взаимодействовать в воспитании Сони.
Но я так же не покидала надежды уехать из этого особняка и отдалиться от Палача.
Было ранее субботнее утро. Я знала, что Амирану нужно на работу, но он, как обычно, был с нами на кухне.
Готовя новое пюре, я обернулась и посмотрела на Палача. Он сидел рядом с Соней и подавал ей новые игрушки. Она перебирала их и смеялась.
— Я хочу поговорить с тобой, — сказала, выключив газ под кастрюлей. На этот раз я отваривала мясо.
Амиран поднял голову и посмотрел на меня, а я, не торопясь пошла мыть руки.