Беременна от врага
Шрифт:
В шкафу раздалось шуршание и фырканье, я добавила громкость на стареньком магнитофоне, затем обошла кровать и остановилась в полуметре от вошедшего. Протянула ладонь, пытаясь кончиками пальцев коснуться плеча парня напротив, но мою руку тут же перехватили:
— Какого чёрта, Вика?
Попыталась высвободить руку, но Денис удерживал запястье слишком крепко.
— Что ты задумала, Карамзина? Отвечай, или я ухожу.
Шагнула ближе, привстала на цыпочки и коснулась его шеи свободной рукой. В ту же секунду второе запястье постигла та же участь — теперь
Ситуация тупее не придумаешь. В его прикосновениях, в том, как он удерживает мои руки, ни грамма нежности, но отчего-то меня это раззадоривает ещё больше. Я вовсе не планировала делать этого, но как-то надо было выбираться из глупой ловушки. Да, только поэтому, не потому, что мне захотелось самой, конечно, нет!
Шагнула ближе, чувствуя, как моя выступающая под тонким топом грудь касается его груди под тканью рубашки. Привстала на цыпочки и неуклюже наощупь ткнулась губами в его губы.
В ту же секунду парень оттолкнул меня:
— Ты рехнулась, Карамзина? Чё происходит, я тебя спрашиваю?
Я стояла и сердито сопела, злясь на него за то, что посмел оттолкнуть, и одновременно с этим чувствуя полнейшую растерянность. Отшвырнул меня, как надоедливую собачонку. Совсем берега попутал! Кто он и кто я! В ноги мне должен кланяться за то, что снизошла до него, а он…
— Молчишь? Всё, мне надоело.
Услышала удаляющиеся шаги и звук того, как кто-то шарит по двери в поисках ручки. Ну, подожди у меня!
— А разве не понятно? — сказала тихо, опускаясь на свою кровать.
Денис замер. Наверное, оглянулся и раздумывает — уйти или послушать.
— Нет, — голос хриплый и с ноткой сомнения.
— Подойди, я хочу кое-что сказать, — похлопала по кровати рядом с собой. — Пожалуйста.
Повисла пауза, а затем я с облегчением поняла, что силуэт приближается. Кровать рядом прогнулась под чужим весом. Я нашла в темноте горячую ладонь парня и сжала:
— Разве не понятно по моему поведению?
— Оно очень странное, да, — хмыкнул этот засранец.
Так, ну всё, это уже слишком! Придвинулась ближе, медленно расстегнула пару пуговиц на его рубашке и осторожно коснулась губами ключицы.
— Закрой глаза и обещай не подсматривать! — прошептала ему на ухо. — Я сейчас.
Надеясь, что закрыл, скользнула к магнитофону и добавила ещё громкости, подавая тем самым условленный сигнал. Затем быстро открыла дверцу шкафа, дрожа от брезгливости, подхватила фыркающего слюнявого пса, пытаясь не уронить его на пол.
— Я здесь, Денис, поцелуй меня!
Распахнулась дверь, зажегся яркий свет, щёлкнула вспышка полароида, раздался гогот и свист. Пёс громко залаял и вырвался у меня из рук, оставляя позади себя брызги слюны. Орлов, парочка его дружков, Баландина и Козлова громко ржали, размахивая снимком.
— Что же, Кратер, твой новый дружок так быстро сбежал? Аха-ха!
— Не познакомишь нас?
— Хорошо, что сфоткать успели, завтра вся школа увидит! Так что лучше не приходи!
Глеб сгибался пополам от хохота.
Парень вскочил на ноги, в два шага оказался рядом с Орловым и пихнул того в плечо. Глеб огрызнулся. Денис ударил первым, и началась самая настоящая драка. Они безжалостно колотили друг друга, катались по полу, будто одичавшие. Наконец, с большим трудом другим парням удалось их растащить. У Дениса намечался синяк на скуле. У Глеба из носа шла кровь.
Выйдя из ступора, я бросилась в зал искать аптечку. Когда вернулась, Дениса уже не было.
Спустя час мы с Люськой домывали на кухне посуду. Я споласкивала, подруга протирала полотенцем и уносила в сервант. Закончив с этим, я набрала ведро воды с мыльной пеной, разорвала напополам тряпку и половину отдала Люське.
— Придурок Орлов, опять придумал какую-то хрень, — проворчала, оттирая с линолеума сладкую газировку и липкую собачью слюну. — Вечно всё из-за него!
— Ты, вроде, тоже не просто в стороне стояла, — справедливо заметила Люська.
— Он сказал, будет весело!
— Ну и? Было тебе весело?
— Нет, — со вздохом ответила я, вспоминая полный разочарования взгляд Дениса, который тот бросил на меня, когда их с Глебом растаскивали.
Люська вздохнула:
— Знаешь, Вик, после того, как ты стала общаться с их компанией… не знаю, как сказать, чтобы не обидеть тебя…
— Уж говори как-нибудь!
— Они плохо на тебя влияют.
Я зло задвигала тряпкой, пытаясь протереть дыру в полу. Хотелось спорить до усрачки и орать, что Люська просто завидует! Завидует моей популярности и новым крутым друзьям! Но где-то в глубине души я знала, что она права.
Люська вздохнула:
— Чёрт бы с ним с Орловым, у него и мозгов как у пернатого, что с него взять? Денис единственный из парней в классе, кто класть на него хотел, вот Глеб и бесится. Баландина и Козлова всегда были злобными тварями. Но ты… ты не такая. По-хорошему, тебе бы извиниться перед Денисом, потому что твой поступок, он очень подлый и гадкий, Вика!
— Ой, всё! — рявкнула обиженно, и швырнула тряпку в ведро, расплескав воду по полу. — Нашлась тут мне, правильная! Раз я такая, подлая и гадкая, чего ты тут забыла, а? Проваливай, давай! Бесишь!
Люська молча поднялась, накинула куртку и только на пороге сказала:
— Злишься, потому что знаешь, что я права.
Хлопнула дверью, прислонилась к ней спиной и долго стояла так, глядя в одну точку. Всю ночь не могла уснуть, ворочалась.
Наутро со страхом входила в класс, но Денис не пришёл ни в этот день, ни в следующий. Как мы потом узнали, его родители забрали документы. С Люськой не разговаривала. Слушала своих новых друзей и убедила себя саму, что не сделала ничего такого! Подумаешь! А этому Кратеру так и надо! Пусть не думает, что он нам ровня! Правильно Глеб говорит — каждый должен знать своё место!