Беременна от мажора

Мельникова Надежда Сергеевна

А мы все так же обнимаемся.

— Конечно, я за тебя выйду, Красинский, куда я от тебя денусь.

Эпилог

Пять лет спустя

Потянувшись в постели, открываю глаза. Чуть вдалеке слышен детский зов. Кира не плачет, а просто тарабанит одно и то же, привлекая внимание. Нашей дочери год и три месяца, она настоящая куколка: курчавая шатенка с темными, как у отца, глазами, улыбашка и умничка. Но если ей что-то приперло, Кира добьется

своего, и вот сейчас она речитативом повторяет одно и то же, требуя покормить ее:

— Мама, мама, мама!

— Она тебя зовет.

Не открывая глаз и улыбаясь, мой красавец-муж, лежа звездой на постели, обнимает двумя руками подушку. Не могу не смотреть на него. Сильный, красивый, горячий — пальчики оближешь.

— А Василий небось даже не слышит, — смеется Димка, не спеша просыпаться.

— Ага, дрыхнуть будет, даже если атомный взрыв.

— Как же лень вставать, — сладко зевнув, поглядываю на супруга.

— А не надо было до двух часов с мужем в прятки играть, тогда бы выспалась.

— А кто меня соблазнил, обцеловал, потом умаял до полуобморочного состояния?

— Даже не знаю, — открывает Димка один глаз.

Не могу сдержаться и, хихикнув, льну к его большому сильному телу. Глажу загорелую рельефную спину, пробегаю пальчиками по позвоночнику и ниже, к пояснице.

— Может, папочка сходит? — уговариваю мужа заняться дочерью.

Димка трет глаза. А я поджимаю губы.

— Это я виновата, отпустила на выходные няню.

— И правильно сделала, а то ребенок забудет, кто его мама и папа. Справимся. Я тоже виноват: купил жене «Бюро переводов», и теперь она днями в офисе пропадает.

— Я люблю работать, Дмитрий Егорович, ты же знаешь.

— Знаю, потому и купил. Только я думал, ты будешь там всеми командовать, а ты: заверение, апостиль, письменный перевод, редактирование, технический перевод, медицинский и так до девяти вечера.

— Я должна все сама проверить! А вдруг они там абы что понапишут, и я опозорю честное имя Красинских.

Подлизываюсь и ласкаю кожу на Димкином плече. Он не выдерживает и переворачивается, мы тут же сливаемся в горячем поцелуе. Кира увеличивает звук и теперь зовет не только маму, но и Васю, и папу. Она без ума от старшего брата, у них просто замечательные отношения.

— Не могу, когда она так нудит. — Сползает с кровати муж, а я завороженно за ним наблюдаю.

Мы с Красинским поженились на Фиджи, с первой минуты покорившем нас первозданной, практически девственной красотой. Я чуть с ума не сошла, попав на остров, расположенный на древнем коралловом рифе — неописуемое сокровище. Никогда не видела курорта, окруженного пышными кокосовыми рощами. Ошеломительно до заходящегося от восторга сердца. Мы угодили в уголок, где часами наслаждались общением друг с другом. Эти чудесные минуты мы разделили втроем. Нашей, тогда еще маленькой, но уже крепкой семьей. Обнаружили совершенно идеальное место для свадьбы на пляже. И в назначенный день, обвешанные гирляндами из гибискуса, мы наслаждались нежным солнцем и балдели от теплого океана, омывающего ноги. Лучшей свадьбы и придумать нельзя. Дима и Васька были босиком, в белых рубашках и легких брюках, а в мои распущенные волосы воткнули яркий фиолетовый цветок. Ведущая зачитывала поздравления, а в это время на ветру развевался мой

длинный шелковый сарафан цвета алебастра. Чарующе, романтично и сказочно.

И вот, женатые и все еще влюбленные друг в друга, мы живем в двухэтажном доме за городом вместе с нашими сыном и дочуркой. Димка неплохо раскрутился в своем тепличном бизнесе, а я занимаюсь переводами.

Почти добравшись до двери, муж оборачивается и игриво приподнимает правую бровь. Если бы не Кира, проснувшаяся сегодня рано, мы бы наверняка занялись любовью.

Про его папу мы не забыли, но теперь это все не так болезненно. И перешло в какую-то семейную легенду и даже шутку. Егору Валентиновичу дали приличный тюремный срок, и иногда сын ездит навестить его. Отец предсказуемо от встреч отказывается, и Дима оставляет передачи.

Мать Красинских меня так и не приняла, она ни разу не видела внуков, полностью углубившись в творчество. Димка за нее очень переживает, но тем не менее злится, ибо мать не желает продолжить жить дальше, нормальной жизнью, и днями не спускается с чердака их пустого особняка в элитном районе. Димина сестра с нами так же не общается. Это печально, но я надеюсь, что время сможет залечить эту рану и они поймут: Дима поступил правильно. Впрочем, к нам часто приезжает дед Красинских, привозит подарки правнукам и интересуется успехами внука, он приятный и очень интеллигентный человек. Мы с ним нашли общий язык.

А вот мои родители, напротив, проявляют бешеную активность. Они очень любят наших детей, лишь иногда пробуя лезть со своими советами. Как только Димка женился на мне, они почти успокоились и стали очень стараться. Теперь, когда я замужняя дама с двумя детьми, у мамы только одна любимая фишка — она никак не может смириться с тем, что я работаю, имея на руках маленького ребенка. По ее словам, это ужасно плохо для воспитания юной Кирочки.

Мой муж направляется к двери, на ходу подтягивая резинку боксеров и портя чудесный вид. Я печалюсь, трусы так красиво сползли минуту назад, я аж залюбовалась верхом его упругих половинок, а теперь все более чем прилично.

Он исчезает в коридоре нашего дома и уже через мгновение дочкино бурчание сменяется звонким смехом.

На тумбе звонит телефон.

— Привет, Машка, — улыбаюсь, услышав голос любимой подружки. — Как там Каролинка?

— Обмазалась красками и пытается обмазать меня. Ничего, что я так рано позвонила? Ни от чего вас с Красинским не оторвала?

— Нет, — смеюсь и снова тянусь в постели, — он пошел Кирочку кормить.

— У тебя идеальный муж. А у меня очередная трагедия.

— Рассказывай, — укладываясь поудобнее, собираюсь выслушать очередной душещипательный рассказ про Машку и ее приключения с мужчинами.

— В общем, мы с Кириллом разбежались.

— Он не понравился Каролинке и она прилепила слайм к его дизайнерским брюкам? — слышу смех Машкиной дочери в трубку.

— Это полбеды. Этот крашеный павлин отличается жутким самомнением. Представляешь, вчера вечером он сказал мне, что, если бы у него было больше свободного времени и больше денег, он написал бы более интересное произведение, чем роман «Братья Карамазовы». Так как от природы он талантливее, чем Федор Михайлович Достоевский.

Не могу сдержать смешок, а Машка продолжает тараторить в трубку: