Берег удачи
Шрифт:
— Надеюсь, теперь все в порядке. Мне, право, очень жаль…
Эдела взяла чек. Несформировавшимся детским почерком на розовом бланке было написано: «Миссис Марчмонт. Пятьсот фунтов (500). Розалин Клоуд».
— Очень мило с вашей стороны, Розалин. Благодарю вас.
— О, пожалуйста. Мне следовало самой подумать…
— Очень любезно с вашей стороны, дорогая.
Теперь, с чеком в сумочке, Эдела Марчмонт чувствовала себя другим человеком. Розалин повела себя очень мило. Было бы неловко затягивать
Глава 6
— Что здесь делала эта Марчмонт? — спросил Дэвид, как только вошел.
— О Дэвид! Ей были ужасно нужны деньги. Я никогда не думала…
— И ты их ей, по-видимому, дала. — Он смотрел на нее с отчаянием, смешанным с иронией. — Тебя нельзя оставлять одну, Розалин.
— О Дэвид, я не могла отказать. В конце концов…
— Что — в конце концов? И сколько ты дала ей?
Совсем тихо Розалин прошептала:
— Пятьсот фунтов…
К ее облегчению, Дэвид рассмеялся:
— Легкий блошиный укус!
— О Дэвид, это уйма денег!..
— В данный момент для нас это пустяк… Ты все еще не можешь понять, что стала очень богатой женщиной. Но все равно: раз она просила пятьсот фунтов, она была бы вполне довольна, получив двести пятьдесят. Ты должна научиться языку займов.
Она пробормотала:
— Мне очень жаль, Дэвид…
— Милая моя девочка! В конце концов, это твои деньги.
— Вовсе нет, то есть не совсем…
— Ну не начинай все сначала. Гордон Клоуд умер прежде, чем успел составить завещание. Это называется удачей в игре. Мы выиграли — ты и я. Остальные проиграли.
— Но это не кажется мне… справедливым.
— Послушай, дорогая моя сестрица Розалин! Разве тебе не нравится все это? Большой дом, слуги, драгоценности? Разве тебе это не кажется сном наяву? Благодарение Богу, мы так живем, что иногда мне кажется, будто я проснусь и увижу, что все это мне приснилось…
Она рассмеялась вместе с ним, и, пристально наблюдая за ней, он остался доволен. Он умеет обращаться со своей Розалин. Очень неудобно, что у нее такая чувствительная совесть, но ничего не поделаешь…
— Да, правда, Дэвид, это похоже на сон или на кино. Мне это очень нравится. Правда, очень нравится.
— Но то, что мы имеем, надо уметь хранить, — предостерег он. — Больше никаких подачек Клоудам, Розалин. У каждого из них гораздо больше денег, чем было раньше у тебя или у меня.
— Да, наверно, ты прав…
«Интересно, — думал Дэвид, — где была Лин, когда ее мамаша клянчила здесь деньги? Наверное, ходила на ферму Лонг Уиллоуз. На ферму… Повидаться с этим олухом, с этим деревенщиной Роули! Видно, Лин твердо решила выйти за Роули замуж».
Мрачный, он вышел из дому, прошел мимо
Стоя здесь, он увидел Лин Марчмонт. Она поднималась вверх с фермы. С минуту он колебался, затем стиснул зубы и пошел вниз, ей навстречу. Они встретились у перелаза, как раз на полдороге.
— Доброе утро, — сказал Дэвид. — Когда свадьба?
— Вы уже спрашивали об этом, — отрезала она. — Вы отлично знаете. В июне.
— Вы собираетесь довести это дело до конца?
— Не знаю, что вы хотите этим сказать, Дэвид.
— О нет! Отлично знаете. — Он презрительно засмеялся. — Роули. Кто такой Роули?
— Человек, который лучше вас. Попробуйте задеть его, если осмелитесь, — сказала она с легкостью.
— Не сомневаюсь, что он лучше меня, но все-таки осмелюсь. Я бы осмелился на что угодно ради вас, Лин…
Минуты две она молчала. Наконец сказала:
— Вы просто не понимаете, что я люблю Роули.
— Сомневаюсь.
— Говорю вам, что люблю, люблю, — повторила она с силой.
Дэвид испытующе посмотрел на нее.
— Все мы видим себя такими, какими хотели бы быть. Вы видите себя влюбленной в Роули, живущей спокойно и не помышляющей об отъезде. Но ведь это не вы, не настоящая Лин.
— А что такое настоящая Лин? Что такое настоящий вы, если уж на то пошло? Вы-то чего хотите?
— Я мог бы сказать, что хочу безопасности, спокойствия после бури, штиля после волнения на море. Но я в сомнении. Иногда мне кажется, Лин, что мы оба хотим бури. — И он добавил мрачно:
— Лучше бы я вас не встречал. Я был здесь вполне счастлив, пока не приехали вы.
— Разве сейчас вы не счастливы?
Он взглянул на нее. Она почувствовала, как в ней подымается волнение.
Дыхание ее участилось. Никогда еще она не ощущала так сильно странную и мрачную притягательную силу Дэвида. Он поднял руку, схватил ее за плечо, повернул к себе… Затем так же внезапно она почувствовала, что он отпустил ее. Он пристально глядел через ее плечо на вершину холма. Она повернула голову, чтобы посмотреть, что привлекло его внимание.
Какая-то женщина входила в верхнюю калитку Фэрроубэнка. Дэвид резко спросил:
— Кто это?
— Похоже, что это Фрэнсис.
— Фрэнсис? — Он нахмурился. — Что нужно Фрэнсис?
— Может быть, она просто зашла к Розалин.
— Милая Лин! Только те, кому что-нибудь нужно, заходят к Розалин. Ваша матушка уже побывала у нее утром.
— Мама? — Лин отпрянула нахмурясь. — Что ей было нужно?
— Вы не знаете? Деньги.
— Деньги? — Лин будто окаменела.
— Она их благополучно получила, — сказал Дэвид. Теперь он улыбнулся холодной, жесткой улыбкой, которая так шла ему.