Бердичев
Шрифт:
Злота (обиженно).Почему я бабушка? Я тетя. Что ты мне говоришь «бабушка»! Я тебе дала коржики, а ты мне говоришь «бабушка».
Рахиль (Виле).Вот ты имеешь… Ой, от нее невозможно выдержать… Мальчик, идем, я у соседей узнаю… Если они подписали, так и я подпишу… Идем… (Уходят.)
Злота (смотрит фотографию на своем
Виля. Когда она тебе покупает, как и раньше, берет лишнее?
Злота. Сколько она там берет?.. Пятнадцать-двадцать копеек… (Смеется.)Она иначе не может… Иногда она мне одалживает деньги и хочет заработать на своих собственных деньгах… Колбаса стоит два пятьдесят, она говорит: два шестьдесят… Или за маргарин берет с меня лишние пять-шесть копеек… Она должна выгадать, это ей нравится… Но это же моя единственная сестра, пусть она получает удовольствие, на здоровье… (Смеется.)Она думает, что я не понимаю, сколько стоит колбаса…
Возвращается Рахиль.
Рахиль. Я таки не подписала… Пусть Дуня подписывает, пусть все подписывают… Откуда я знаю, что это за патриоты Испании? Пусть с этой бумагой придет кто-нибудь из исполкома, тогда я подпишу… Что ты смеешься, Виля?
Виля. Я не смеюсь. (Смеется.)
Рахиль. Смейся, смейся надо мной… Ты хойзекмахер… Насмешник… Над всеми он смеется… Смеется над Рузей, смеется над Люсей, над Петей, над Мариком, над Гариком, над Аллой, над Ладой…
Злота. Боже мой, боже мой, она уже опять хочет крики…
Рахиль. Ша, Злота, какие крики… Кроме тебя, здесь никто не кричит… Виля, что ж ты не пьешь чай? Покушай что-нибудь…
Виля. Я не голоден…
Рахиль. Не хочешь, так не надо…
Злота. Он устал. Иди спать, Виля… Сделать тебе на утро котлеты из куриного бейлека?
Рахиль. Разве он знает, что такое бейлек?
Виля. Знаю. Я ведь еврей. Бейлек — это белое мясо курицы.
Рахиль. Ой, он таки знает… Ты иногда берешь в столовой котлеты? Ой, я люблю котлеты из столовой.
Злота. Фэ, они же делаются из свиной…
Рахиль. Ну, я не
Злота. Я тоже не религиозная, но свиное мне воняет в нос…
Рахиль. Виля, а про что ты говорил с этим Овечкисом? Что-то я не поняла.
Злота. Что ты вспомнила, он хочет спать… Идут они все к черту.
Виля. Про что я говорил? Я говорил, что вы свой бердичевский дом сами себе сложили из обломков библейских камней и плит, как бродяги складывают себе лачуги из некогда роскошных обломков автомобилей и старых вывесок… А Овечкис живет в чужих меблированных комнатах… Но скоро весь Бердичев переедет тоже в меблированные комнаты, а библейские обломки снесут бульдозерами…
Рахиль. Так вы про квартирный вопрос с ним говорили?
Виля. Что-то в этом роде… По сути, про квартирный вопрос.
Рахиль. Ты таки прав. Я таки хочу переехать. У меня нет сил таскать ведро с помоями по лестнице… Так Злота рвет от меня куски… Она говорит, что она хочет здесь умереть…
Злота. Ай, вечно она хочет меня плохо поставить перед людьми…
Рахиль. Ша, Злота, закрой пасть… Ты же видишь, Виля спать хочет…
Злота (вздыхает).Ой, вэй з мир…
Рахиль (вздыхает).Ой, вэй з мир… Каждый день имеет свою историю… Я тебе скажу, Виля, что год для меня прожить не трудно. Год пролетает, и его нет… А день прожить очень тяжело. День так тянется, ой как он тянется… И после каждого дня я мертвая… Спасибо моей кровати, она стоит миллионы… Я мою кровать никому не отдам… Ой, дыс бет…
Злота. Что ты ему говоришь, ты видишь, у него слипаются глаза. Виля, иди спать.
Виля уходит.
Рахиль (выключает телевизор).Давай, Злота, подсчитаем, сколько я тебе денег потратила… Что ты вздыхаешь? Что тебе плохо? На улицу ты не ходишь. Тебе даже коробочку спичек в дом заносят…
Злота. Рухл, перестань меня грызть…
Рахиль. Ша, Злота, голос, как у грузчика… Виля ведь лег спать… Чтоб ты онемела…
Злота. Она делает меня с болотом наравне…
Рахиль. На рынке все так дорого, и вообще все так дорого, так я виновата. Вот сейчас я начну подсчитывать, ты опять начнешь кричать: гвалт.
Злота. Говорит, и говорит, и говорит… Цепляется и цепляется…