Бенни

Рабе Петер

Вместо этого он произнес:

— Может, подождете еще секунду, я позвоню и проверю еще разок? Ну не пожар же!

Пэт удивленно посмотрела на Бенни и, казалось, не могла подобрать нужных слов, чтобы выразить свои чувства.

— Тейпкоу, — сказала она наконец, — это будет стоить тебе работы. — И она решительно направилась к телефонной кабине.

Он не стал ее останавливать, просто вышел на улицу. Желтый автомобиль с откидным верхом стоял на противоположной стороне улицы и ждал Бенни. В нем и было спасение. Он оглянулся

на магазин — Пэт все еще стояла в телефонной кабине. Бенни от души надеялся, что звонит она в бюро по вызову такси, и никуда более. В любом случае он был готов действовать.

Бенни встретил Пэт у выхода из магазина.

— Машина здесь, — сказал он, — механик пригнал — вон она, через дорогу.

— Да-а?

— Можете позвонить в бюро и отменить вызов такси.

— Да к черту таксистов! Поехали! — Она двинулась за ним через перекресток к автомобилю. — А когда папуля прикупил эту тачку?

— Представления не имею. — Бенни завел мотор.

— Знаешь что, Тейпкоу, у меня кончилось терпение, и я не намерена больше выносить твои хамские манеры. Я позабочусь о том, чтобы это было твое последнее поручение.

Бенни не стал отвечать. Он сосредоточился на дорожной обстановке и вел машину из центра небольшими улочками, которые не были так забиты.

— Ты меня слышишь, Тейпкоу? Я с тобой разговариваю! — Голос у нее стал вовсе омерзительным.

— В сложившейся ситуации, детка, можешь больше не называть меня Тейпкоу. Или Бенни, или мистер Тейпкоу, если тебе так больше понравится. Выбирай.

— Да как ты смеешь, наглая сволочь! Ты что, считаешь, что твое увольнение с работы — это самое страшное, что мой отец может с тобой сделать?! Да я лично займусь «устройством» твоей судьбы!..

— Почему бы тебе просто не заткнуться, хотя бы на время?

Она задохнулась от негодования, лицо ее налилось кровью. Краснота щек неприятно оттеняла серые глаза, выглядевшие совсем блекло, по-рыбьи.

— Останови машину, ты, наглый сукин сын! Останови сию же секунду, или я буду звать на помощь!

Бенни продолжал сжимать руль, костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Я сказала, стой!

Он остановился, не глуша мотор, рванув ручник, распахнул свою дверь, сорвал с головы шоферскую фуражку и бросил ее в дорожную пыль.

Повернувшись к Пэт, он сказал:

— Теперь ты меня послушай.

Кровь отхлынула от ее лица. Она наклонилась к нему и закричала:

— Вон из машины! Вон, или я…

Бенни зажал ей рот рукой и придавил затылком к спинке сиденья. Она попыталась было вырваться, но он схватил ее за локоть и притянул к себе:

— Еще один звук, и ты сильно пожалеешь. Слушай внимательно, Пэт, потому что я от тебя уже наслушался больше чем достаточно. Как только ты заорешь, сестренка, я тебе вышибу зубы. Те милые белые зубки, которые ты изредка показываешь при улыбке. И уверяю тебя, мне за это ничего не будет, так что

лучше сиди тихо, закрой рот и не пытайся вставлять мне палки в колеса. Все ясно? — Он дернул ей руку так, что у Пэт перехватило дыхание.

Она сидела не двигаясь. Бенни тронул машину с места и направил ее по шоссе к югу.

Через несколько минут он взглянул на нее, ожидая очередных неприятностей. Она не относилась к типу людей, которые забивались в угол и сдавались без боя. В любую секунду папочкин характер мог вылезти наружу.

— Скажи-ка, Тейпкоу, ой, прошу прощения, мистер Тейпкоу! У тебя жена есть?

Бенни не мог сразу сообразить, как лучше отреагировать. Голос ее звучал вроде бы нормально, лишь едва уловимые интонации отдавали металлом.

— Нет, — ответил он.

— Понятно.

Она подождала, рассчитывая, что он спросит, с какой стати ее это интересует. Но он молча вел машину на юг, к местечку Пендлтонов, чтобы не вызывать у нее подозрений и выиграть время на размышление. И еще ему нужно было время, чтобы связаться с Нью-Йорком, — у Бенни оставалась надежда, что таким образом удастся выйти на Альверато.

— Я спросила потому, что в случае наличия жены ты наверняка бил бы ее смертным боем.

Бенни не реагировал.

— Скажи мне, мистер Тейпкоу, ты всегда бьешь своих женщин? — Она придвинулась поближе, во взгляде мелькнула тень интереса. — Тебе что, нравится бить женщин?

— Нет, — ответил он.

— Ну тогда зачем ты это делаешь?

Он повернул голову в ее сторону и размеренным голосом сказал:

— Я тебя не бил. Я предложил тебе заткнуться, что ты в результате и сделала. Так что все нормально.

— Ах вот как! «Все нормально». И ты собираешься это повторить, если что?

— Нет. В следующий раз я сделаю то, о чем тебя предупредил.

Повисла минутная пауза, которую прервала Пэт:

— Знаешь что, Тейпкоу? Ой, да, Бенни! Ты, оказывается, не такой уж и одноклеточный холуй, каким представлялся мне раньше… Ну, ты доволен?

Он ее не слушал.

— Я кажусь тебе очень противной, да?

На этот раз он повернулся и посмотрел на нее. А вот об этом он даже не задумывался — как часть его плана она была для него всем, как женщина она просто для него не существовала.

— По-моему, ты сама с собой разговариваешь, — ответил Бенни и вновь сосредоточился на дороге.

— Вообще-то, один из моих талантов — это заставлять людей обращать на меня внимание. Не веришь?

— Влезь на гору и прокукарекай.

Ее левая рука была теперь закинута назад, за сиденье, и Бенни чувствовал, как его рукав то и дело касается блузки Пэт.

— Такие наглые мерзавцы, как ты, обычно недолго сопротивляются. Потому что они всего лишь играют роль. Ну, например, что бы ты стал делать, если б я выпрыгнула из машины?

Бенни напрягся, подумав, что она, вероятно, могла бы.