Бендер
Шрифт:
— Что мы будем делать? Я позвонила в полицию, и они сказали, что пошлют несколько офицеров в наш район, но что делать, если мы её не найдём?
Я вскинула руку. Я была на пределе. Моя кровь вскипела, и прямо сейчас я не испытывала к своей маме ничего, кроме чистейшей ненависти.
— Что будем делать, если не найдём её? Этого не произойдёт. Она найдётся, и, когда это случится, ты должна будешь кое-что запомнить и пообещать. Больше никаких уходов из дома, никаких вечеринок, случайных парней и алкоголя, ты будешь сидеть дома со своим восьмилетним ребёнком, как настоящий ответственный родитель, каким ты и должна быть! Я устала закрывать глаза
— Ты действительно считаешь, что, ругаясь со мной, решаешь проблему?
Я склонилась к ней, приблизив своё лицо к её:
— Ты потеряла дочь! Слезь уже со своей высокой башни и продемонстрируй хоть каплю смирения. — Я услышала, что парадная дверь открылась, и в гостиную вошла Мейси. — Я ухожу искать Сару. Оставайся здесь, пока не получишь вестей от меня или полиции.
Её рот открылся и закрылся, как у рыбы. Клянусь, если бы она сказала мне ещё что-нибудь, я захотела бы ударить её.
Мейси сочувственно посмотрела на меня, и мы пошли к выходу.
— Давай, мы можем съездить к школе и посмотреть, вдруг она тусит там.
— Как думаешь, нам следует разделиться, чтобы обследовать как можно больше территории? — Мой подбородок задрожал, на глаза навернулись слёзы. Страх волнами накатывал на меня, опустошая.
— Нет, не думаю, что прямо сейчас ты способна вести машину. Поедем на моей, и мы её найдём. Я уверена, она в порядке, — утешающе произнесла Мейс.
В машине она опять пыталась успокоить меня, убеждая, что Сара – типичный восьмилетний ребёнок, и они все в этом возрасте периодически заигрываются на улице, сбегая от родителей. Так-то так, но большинство делают это из неповиновения. Сара же сбежала, скорее всего, потому, что устала оттого, что её игнорируют. Ничто не могло заглушить во мне чувства вины.
— Я рассказала обо всём Доджеру, он проверит дорогу от твоей квартиры до дома вашей матери.
— Хорошо.
Я обшаривала глазами тротуары и дворы, мимо которых мы проезжали, молясь всем высшим силам, чтобы сестрёнка была невредима. Стало темнеть, и с каждой минутой тьма становилась всё гуще. Я чувствовала себя на грани истерики. Мы искали уже более часа, когда я попросила Мейси остановиться у моей квартиры, чтобы задействовать в поисках Камдена и проверить, была ли Сара в этом районе. Мейс припарковалась, и я понеслась ко входу, перепрыгивая через две ступеньки. Дёрнув дверь на себя, я сразу же наткнулась взглядом на глаза Сары, полные слёз, и Камдена, сидящего рядом и разговаривающего с ней. Мои ноги подкосились, и я почти потеряла сознание от облегчения. Она увидела меня и вскочила с дивана. Побежала ко мне, и я упала на колени, в то время как она врезалась в меня, рыдая. Я кричала и плакала. Единственной моей мыслью в тот момент было – она в безопасности. Я крепко сжала Сару в объятиях, поглаживая её, торчащие в разные стороны, кудри. Камден встал и теперь смотрел на нас, прислонившись к барной стойке.
— Где ты была? Ты хоть представляешь, как я испугалась? Как волновалась мама?
— Мама не волновалась.
Я слегка отстранилась, держа её за плечи:
— Конечно, она волновалась, Сара! Я знаю, она не может, как следует показать это, но мама, действительно, заботится о тебе. Мы обе очень переживали за тебя. Почему ты просто ушла, ничего никому не
Она пожала плечами:
— Приехала на велике.
— Ты что?! — аж взвизгнула я.
— На мне был шлем, это было безопасно.
— Нет, Сара, не безопасно. Начиная с момента, как ты одна ушла из дома, никого не предупредив. Не говоря уже о том, чтобы проехать на велосипеде несколько километров, неважно, в шлеме или без.
— Прости… — от обвинительного тона моего голоса она всё больше расстраивалась, но это меня не волновало. Я хотела, чтобы она расстроилась, чтобы испытала хотя бы малую долю того страха, который чувствовала я в течение последних двух часов. Глубоко дыша, я пыталась успокоить свои измотанные нервы.
— Слушай, прямо сейчас мы не будем это обсуждать, но, когда вернёмся домой, мы все: мама, ты и я – сядем и поговорим. Я думаю, нам необходимо начать жить по-новому.
Она кивнула и вытерла нос тыльной стороной ладони:
— Ладно.
Я отпустила её и взглянула в лицо Камдену. Прищурив глаза, спросила сквозь зубы:
— Как долго она здесь?
Он склонил голову, как будто смущённый вызовом в моём голосе:
— Примерно пятнадцать минут. Она постучала в дверь, я впустил ее и попытался разобраться в том, что случилось, прежде чем позвонить тебе.
Я сжала руки, и мои ногти впились в ладони:
— А разве это не первое, что ты должен был сделать? Можешь считать меня сумасшедшей, но мы изъездили всё вокруг, пытаясь найти её, в то время как ты мог избавить меня от страданий пятнадцать минут назад!
— Киган, мне кажется, ты должна успокоиться и передохнуть. Сара в порядке, она в безопасности, всё хорошо.
— Нет, Камден! Ничего не в порядке! — закричала я. Из глаз хлынули слёзы, и я хотела свернуть ему шею. — Разве ты не понимаешь? Все искали её: я, Мейси, Доджер… полиция! Ты должен был сразу же позвонить мне!
Его глаза сузились, а поза стала жёсткой:
— Ты расстроена, и если хочешь всё свалить на меня, то пусть. Я поступил так, как посчитал нужным, поэтому советую тебе угомониться и не накручивать себя ещё больше.
Краем глаза я видела, как Сара наблюдает за нами. Если бы её здесь не было, я точно стала бы искать в кухонных ящиках какое-нибудь орудие для убийства. Вместо этого я решилась на кардинальные меры. Рванув вверх по лестнице, я ворвалась в свою комнату. Из шкафа я вытащила сумку для вещей и стала беспорядочно бросать туда свою одежду, не заботясь о том, что валю всё в одну кучу.
— Что ты собираешься делать? — спросил Камден, встав в проёме двери.
— Уйти отсюда.
Он вошёл в комнату, и остановился позади меня:
— Почему? — его голос звучал смущённо.
— Потому что мне это нужно. Я должна уйти, чтобы отдохнуть от тебя, — я вернулась к шкафу, доставая очередную партию вещей.
Он вскинул руку, схватив меня за запястье:
— Ты можешь остановиться на минутку, чтобы мы могли поговорить?
Я взглянула на него:
— О чём ты хочешь поговорить, а? Наверное, о том, что ты опять не подумал обо мне, не сообщая очень важные новости? Или о том, как удобно тебе было не рассказывать мне о Бри, догадываясь, что эта информация крайне мне небезразлична? Или, может быть, даже о том, что я первая сказала тебе, что люблю, а у тебя не оказалось ни слова в ответ? — я с трудом вздохнула, как будто воздух не поступал в мои лёгкие, и разразилась рыданиями.