Бендер

Борел Стейси

И каким образом Камден вписывался во всё это? Я определённо расстроилась оттого, что он не рассказал мне о проделках парней из братства. Если он знал о таком, то должен был всё объяснить, а не просто требовать, чтобы я не общалась с Люком. Я-то думала, что причина этого предупреждения – ревность. Какая смешная мысль! Камден не мог ревновать… или мог? Я знала, что между нами что-то происходило, но было ли это тем, о чём я думала? Очевидно, мои навыки понимания мужчин далеки от совершенства. Но Камден целовал меня, он почти довёл меня до оргазма, и трогал меня так, будто сам дико хотел этого. Я не могла так сильно ошибиться.

Встав с кровати, я собрала свою одежду и направилась к двери. Дверь была приотворена, и я услышала, как в душе бежит вода. С какой стати он моется в два часа ночи? Ладно, беру свои слова обратно. Он ведь только вернулся из спортзала, когда я запрыгнула на него, так что, вероятно, у него не было шанса

привести себя в порядок, пока он собирал меня по кусочкам. Я вышла в коридор и бросила костюм медсестры, который я так ненавидела, в открытую дверь своей спальни. Надо бы не забыть выбросить его при первой возможности. Повернувшись и глядя на дверь в ванную, я сделала к ней несколько шагов, заметив, что она приоткрыта. У душа, который мы делили на двоих, не было занавески, только стеклянная перегородка. Вся ванная была в клубах пара. Стекло, за которым стоял Камден, запотело, но я увидела его фигуру. Я с трудом сглотнула, чувствуя, как сердце бьётся где-то в районе горла. ЧТО Я ДЕЛАЮ? Когда это я стала таким чрезмерно любопытным человеком? Я знала, что должна вернуться в свою комнату, как и планировала раньше, но что-то удерживало меня здесь. Я смотрела, как его мускулистые руки поднимались и мыли голову, а белая пена от шампуня каскадом скользила вниз по его телу. Меня как будто приковали. Страсть и желание неслись горячим потоком по моим венам. Он манил меня. Боль в глубине души подталкивала меня вперёд. Схватившись руками за дверь, я медленно открыла её и вошла внутрь.

Мой внутренний голос сходил с ума, крича на меня, чтобы я выметалась отсюда к чертям и притворилась, что не приходила сюда, как маленькая извращенка. Но я не могла уйти. Мне было необходимо кое-что, и это заставляло меня двигаться дальше. Я в восхищении смотрела на него, как будто каждое движение его тела было самой невероятной вещью, которую я когда-либо видела. Наблюдая, как его руки движутся по груди и вниз, к животу… намыливая те места, по которым я хотела бы пройтись языком.

Как только эта мысль пронеслась в моей голове, он поднял глаза, как будто почувствовал меня. Я ждала, что он начнёт кричать или выгонит меня, вместо этого он склонил голову к плечу. Потом поднял свою большую руку и вытер стекло, чтобы лучше меня видеть. Встретившись с его карими глазами, я была поражена его внутренней потребностью коснуться меня… обнять меня. Не принимая во внимание, захочу ли я сказать что-нибудь или нет, он открыл дверь, не прерывая зрительного контакта.

Он стоял передо мной абсолютно нагой и больше похожий на Адониса. Невозможно представить, как может смотреть на тебя сексуальный парень, пока не увидишь его перед собой влажного, в стекающих по нему каплях. Ничто на земле не сравнится с этим! По крайней мере, не в случае с Камденом. Моё сердце забилось с перебоями, пытаясь найти свой ритм. О, Боже, что же я делаю? Я почувствовала, как слёзы навернулись на глаза, и Камден уловил внезапное изменение в моём настроении.

Протянув ко мне руку, он сказал:

— Иди ко мне.

Получилось глубоко и хрипло.

Я шагнула вперёд и вложила свою руку в его. Лёгким рывком он затянул меня к себе в кабинку. Воздух здесь был густым и влажным, затрудняя дыхание. Или, может быть, это я подавилась своими собственными словами? Он закрыл от меня большую часть потока, льющегося из душа, но мелкие брызги всё же долетали до моей кожи. Я была только в его футболке и в нижнем белье, но пар в душе не давал замёрзнуть. Или, может, его присутствие так разогревало меня. Я всё ещё позволяла своему взгляду бродить по разным частям его, предоставленного моему вниманию, тела. Я уже ворвалась сюда, как какая-то неадекватная девочка-подросток, пытаясь увидеть кое-что запретное. Я не думала, что должна воспользоваться сложившейся ситуацией. Стоя перед ним, я никак не могла набраться храбрости и посмотреть ему в глаза. Я не понимала, что именно я чувствовала, что ДОЛЖНА была чувствовать. Смущение затмило все эмоции, бушевавшие до этого. Я вдохнула побольше воздуха, сколько могла, чтобы выдавить из себя извинение и уйти, когда он взял меня за подбородок, заставив мои глаза встретиться с его.

— Что происходит в твоей хорошенькой голове?

Его слова пронзили моё сердце. Мои губы задрожали:

— Ничего... всё…

— Хочешь поговорить об этом?

Ну, вот опять он со своими ласковыми, заботливыми словами! Я не знаю, как быть с этой стороной Камдена. Когда он ругался со мной, воевал со мной, раздражал меня, я знала, как с ним обращаться: я просто давала отпор. То, как он ведёт себя сейчас – необычно. Внезапно все мои эмоции всплыли на поверхность, взрываясь. Слезы полились из моих глаз, пока плечи сотрясались от рыданий. Я закрыла лицо руками и попыталась отвернуться от него.

— Прости! Прости… — я начала икать.

— Эй, эй, ты что? — заволновался он, схватив меня и прижав к своей груди. Смятение

и боль обрушились на моё тело, как приливная волна. Они навалились на меня, когда я меньше всего была готова. Всё было неправильно, и только в его объятиях равновесие вернулось. Как будто в моих спутанных мыслях царила логическая несообразность. Как объяснить ему, что я испытываю отвращение от всего, что со мной сделали прошлым вечером? Как выразить, что чувствую себя настолько униженной и использованной, что даже не хочу выходить из дома? Мне было так стыдно, что я попалась в эту ловушку… отдалась парню, который просто меня использовал. Как рассказать Камдену, что во мне живёт чувство, что я заслужила это? Что это может быть божьим наказанием. Я задрожала ещё сильнее, и его руки сжали меня крепче. Как сказать ему, что я хочу быть с ним больше, чем что-либо другое на свете? Что, когда он боролся со мной, он не только сердил меня, он вызывал во мне безумную потребность в нём. И сейчас я жаждала прикосновения его кожи к своей. Желала узнать, на что это похоже, когда мои болезненно возбуждённые соски скользят по влажной коже его груди. Я хотела чувствовать его пальцы, массирующие мой клитор, и доводящие меня до оргазма. Мой истерзанный организм не мог решить, чего же он хочет, так что я заплакала ещё сильнее.

Я понятия не имела, как долго я стояла в его объятиях и плакала, но, наконец, слезы мои стали иссякать, и я смогла сделать несколько глубоких вдохов и выдохов. Я остро осознала, что Камден обнимает меня. Я была плотно прижата к его тёплому торсу, и не могла не заметить довольно внушительную эрекцию, упирающуюся в мой живот. Я пошевелилась в попытке скорректировать свою позу. Он зашипел от ощущений, вызванных моими действиями. Мои глаза взметнулись к его, и он понимал, что я знала. Я увидела, как в считанные секунды его взгляд из нежного и заботливого превратился в тёмный и опасный. Чернота зрачков полностью поглотила шоколадную радужку его глаз. Его кадык дёрнулся. Соскользнув вниз по моим рукам, кончики его пальцев двинулись под мою футболку, задевая поверхность моих бёдер. Я судорожно вздохнула. Он прищурил глаза, и я поняла в это мгновение, что не смогу его остановить. Я не хочу его останавливать. Он приподнял футболку на пару дюймов и замер, наблюдая за моей реакцией. Он ждал моего согласия и подтверждения, что я хочу этого. Я едва заметно кивнула, разрешая ему продолжить. Пока он тянул ткань вверх, в моей голове промелькнуло осознание того, что я была без лифчика. Камдену посчастливится увидеть большую часть меня. Я должна бы волноваться из-за того, что на мне только кружевные трусики, но на самом деле я была более обеспокоена объёмами своего тела. Я помнила, как выглядели последние несколько девушек, которых Камден приводил к себе. Я ещё не достигла своей цели в похудении, и ненавидела то, что боюсь его впечатления обо мне: вдруг я покажусь ему слишком крупной или непривлекательной? Он почувствовал мои опасения; футболка к тому времени была задрана уже выше пупка. Подавшись вперёд, он прижался своим лбом к моему:

— Выбрось все дурацкие мысли из своей головы, Киган. Ты безупречна.

— Я выгляжу не так, как другие девушки, Камден.

— Я знаю. Это и делает тебя совершенной.

И он просто растопил меня этими словами. Я подняла руки над головой. Как в замедленной съёмке ткань футболки проскользнула по моему животу, потом по груди, затем через голову и по рукам. От прикосновения влажного воздуха по коже побежали мурашки. Когда он бросил футболку на пол, мои руки вернулись в положение «по швам». Я наблюдала, как его взгляд карих глаз пропутешествовал от моих глаз до груди. Каждое из моих нервных окончаний горело огнём. Мои соски затвердели под его пристальным взглядом. Я подавила желание прикрыться.

— Сними свои трусики, — его голос был таким глубоким, что походил на низкий рокот в его груди.

Моё лицо стало краснеть, и я почувствовала себя очень смущённо.

— Ты… ты х-хочешь, чтобы я осталась без всего? — заикаясь, пробормотала я.

— Я хочу видеть тебя целиком. Я не хочу, чтобы на моём пути было хоть что-то, когда я буду касаться тебя. Сними их, Киган, сейчас, — потребовал он.

Мои руки дрожали от страшного волнения, никогда ранее я не испытывала такого, но послушалась. Зацепив пальцами чёрные шёлковые трусики, я потянула их вниз, позволив им упасть к моим ногам. Потом подняла ногу, перешагивая через них. Я стояла полностью обнажённая перед Камденом, как и он передо мной. Он протянул руку и дотронулся до моего оголённого бедра нежнейшим прикосновением. В то время, как он рассматривал моё обнажённое тело, я, наконец, позволила себе взглянуть на него. Мой рот приоткрылся от увиденного. Камден, определённо, был более одарён, чем я изначально предполагала. Несколько дюймов великолепной плоти с гладким венцом поднимались над бархатистой кожей, стоя по стойке «смирно». Ранее я чувствовала его прижатым ко мне, но не могла подумать, что, на самом деле, он такой большой.