Белый
Шрифт:
Однако Фрида решила сначала поговорить с бывшей супругой доктора, а потом вернуться к администратору еще раз.
Берта Палистрем была не просто взвинчена, она ответила Фриде довольно резко:
— Я готова встретиться с вами и рассказать все, что только знаю об этом, но только один раз, и после оставьте меня в покое!
Понимая, что любое неосторожное слово может спугнуть женщину и разговор не продолжится, Фрида быстро согласилась:
— Где и когда вам удобно поговорить?
— Мне неудобно нигде
— Пока нигде, я только что прибыла.
— Тогда в кондитерской «Ведемаркс», это совсем рядом с площадью, на противоположной от «Макдоналдса» стороне Престгатан. Увидите. Мне так удобно.
— Да, конечно, как я вас узнаю?
— Я вас узнаю сама, там чужие бывают редко. В семь вечера!
И все — гудок отбоя. Берта Палистрем не слишком любезна, но, возможно, у нее есть на то причины.
Фрида поняла для себя две вещи: во‑первых, Берте Палистрем есть что сказать по поводу бывшего мужа, во‑вторых, нужно немедленно расспросить о задании Вангера, пусть подробно расскажет, что там такое.
Немного посидев в машине, чтобы настроиться и постараться забыть, чем занималась в предыдущие дни, Фрида набрала номер Дага.
— Даг, я узнала половину из того, что ты просил, но перед второй половиной хочу узнать у тебя, что именно произошло. Я чувствую себя дурой, не понимая, почему должна расспрашивать об этих людях. Кто такая Эмма Грюттен и почему должна разыскивать доктора, который уже уехал из Эстерсунда в Стокгольм?
— Что ты узнала? — вопросом на вопрос ответил Вангер. Его голос совсем не понравился Фриде, но она сдержалась и подробно пересказала все, что услышала от администратора.
— Прежде чем беседовать с бывшей женой доктора Оберга, я должна знать, кто такая эта Эмма и в чем дело.
— А ты никогда не слышала этого имени?
Фрида на мгновение задумалась, но потом пожала плечами:
— Нет, не слышала. Так что случилось?
Теперь на мгновение задумался Даг…
— Эмма Грюттен убита. И у нас есть подозрение, что это сделал доктор, которого она разыскивала в Стокгольме. Тебе верно сказали, она уехала вслед за хирургом, на столе у которого погиб ее сын, если нашла, то, возможно, пострадала от его рук. Сымитировано ограбление, но ничего не похищено, да и что можно взять у скромной медсестры, вернее, младшего администратора госпиталя?
Он намеренно не стал ничего говорить о воздухе в сонной артерии, о вторых документах Эммы, о часах и даже смерти Маргит Стринберг. Ждал вопроса от Фриды, но та не спросила. Почему, уже знала все сама?
— Фрида, постарайся узнать у супруги…
— Бывшей супруги, — поправила Дага девушка.
— …бывшей супруги, как можно больше об этом докторе. Может, она знает, где он сейчас, или сможет дать координаты тех, с кем сейчас связан. Ты еще не встречалась с Софией Хантер, которая лежала вместе с Эммой в госпитале?
— Пока не нашла, но все данные у меня есть, а
— Не ищи… Уже не нужно…
Почему‑то Фрида не поверила бодрому тону Дага. Хотелось просто закричать в трубку:
— Да что там у вас случилось?!
Но девушка вспомнила, что придется давать отчет о том, что случилось у нее самой, и промолчала. Ладно, вернется, все узнает. Что‑то не так с Эммой Грюттен и хирургом Ноелем Обергом. И теперь она твердо знала, что разыщет Софию Хантер, которая живет в Эстерсунде, об этом Фрида уже знала, доброжелательная администратор нашла ей и такие данные, подтвердив, что Эмма Грюттен из Брекке, а ее соседка по палате местная.
Фрида оставила машину на площадке перед госпиталем и отправилась разыскивать Хантер.
София Хантер жила в одном из очаровательных двухэтажных домиков на Библиотексгатан. Такая улица есть в каждом городе? — умилилась Фрида, тем более, больше похожая на деревенскую, чем на городскую. Местная Библиотексгатан разительно отличалась от своей столичной «сестры» отсутствием не только красной ковровой дорожки, но и роскошных витрин. И к лучшему, мысленно заметила девушка, уютно и по‑домашнему.
Хантер дома не оказалось, но соседка уверила Фриду, что София на работе и непременно придет в семь вечера.
— Она ездила в Стокгольм. Это из‑за той женщины, у которой убили ребенка в госпитале, — поделилась «секретом» с приезжей разговорчивая дама.
— Вы уверены, что убили? Бывает, когда операции заканчиваются смертью больного. Не всегда виноват врач, бывает и болезнь…
— Может быть, — смутилась соседка. — Я не знаю.
Хотелось крикнуть, что если не знает, то не стоит и обвинять. Фрида представила, как тяжело было хирургу жить в небольшом городке после случившегося. Понятно, почему он уехал.
Администратор сказала, что внутреннее расследование, которое проводится в случае смерти пациента во время операции, как и вскрытие, никаких неправильных действий хирурга не обнаружило, он все делал верно, у ребенка был один шанс из тысячи, и мать перед операцией об этом предупредили, она рыдала и была готова на все, а когда этот шанс не выпал, обвинила врача.
— К сожалению, так бывает.
Фрида знала, что бывает, ее младший братик умер именно так, родители тоже решили использовать единственный шанс, но спасти мальчика не удалось…
На вопрос, где работает София Хантер, соседка изумленно ответила, что в библиотеке, словно все, кто живет на Библиотексгатан, имеют право работать только там.
Фрида еще не решила для себя, будет ли искать Хантер в библиотеке, но с соседкой поспешила распрощаться и отправилась по Библиотексгатан. Красная ковровая дорожка все же нашлась, но не посреди улицы, поскольку та не была пешеходной, а на тротуаре от Компансгатан до Сторгатан, основательно притоптанная при том, что пешеходы инстинктивно переходили на другую сторону улицы.