Белый рыцарь
Шрифт:
— Не надо напрашиваться на комплимент. Да, вы весьма симпатичны, но это ни о чем не говорит. Во всяком случае, не дает вам право заигрывать со мной.
— А я и не заигрываю. Это довольно трудно делать, сидя связанным на полу с затекшими руками и разбитой головой.
— Извините, если произошла ошибка. Ладно, давайте, я вас все-таки развяжу. — Она наклонилась над пострадавшим и перерезала оставшиеся веревки ножом. — Так вас устроит, надеюсь? Это в качестве компенсации за ваши раны. Но, интересно, как бы вы поступили на моем месте, если бы обнаружили ночью, у себя в квартире, причем
— Да, Кэтрин, я вас прекрасно понимаю. Спасибо за освобождение от оков. — Винсент, слегка морщась, начал растирать кисти рук, восстанавливая кровообращение. — Так кто такой этот мистер Сборовски? И чем он вас так обидел, что вы теперь презираете весь род мужской?
— Это мой бывший друг. Но я не хочу говорить о нем.
— Тогда давайте поговорим о вас. Вы такая симпатичная и смелая.
— Я же предупредила, что не надо со мной заигрывать. А то придётся опять вас связать. И вообще, я решила больше не поддаваться на мужское обаяние. Я буду отныне тверда как скала.
Винсент непроизвольно усмехнулся.
— Хорошо, не буду. Хотя мне нравятся женщины, твердые как скалы. Кстати, не могли бы принести мне стакан воды, раз уж запретили уходить сотого места. А то во рту все пересохло.
Однако с утолением жажды не получилось. На лестнице послышались тяжелые шаги. Кэтрин буквально подпрыгнула и сделала несколько шагов в сторону, машинально стремясь установить как можно большую дистанцию между собой и «пленником». К несчастью для нее, весьма приятной наружности и деликатным в обращении. И как раз того типа, который ей больше всего нравился. И выглядел он намного лучше, чем все ее предыдущие знакомые. А еще от него весьма приятно пахло каким-то изысканным одеколоном.
Она не успела сформулировать должный вывод из этой цепочки впечатлений, ибо в квартиру буквально ворвались двое полицейских с револьверами наизготовку. С ходу оценив обстановку, они тут же принялись за дело. Один из полицейских, помладше и покрепче фигурой, буркнул:
— Этот, что ли? — И, не дожидаясь подтверждения, приступил к обработке подозреваемого, уложив его лицом вниз на пол и надевая наручники на вывернутые за спину руки.
Второй галопом промчался по квартире, проверив на всякий случай спальню и ванную комнату. Затем вернулся на помощь коллеге. Вдвоем они подняли Винсента на ноги, поставили у стенки и еще раз тщательно обыскали под взглядом Кэтрин, молча сидевшей на диване и смущенно наблюдавшей за процедурой.
Только после этого они соизволили начать допрос мнимого преступника и опрос потерпевшей. Первым приступил к трудной словесной работе старший и, несомненно, более опытный страж порядка.
— Послушайте, мистер, может быть, объясните, что вам понадобилось в такое позднее время в этой квартире? И как вы проникли в нее?
— Я шел по улице мимо дома и увидел, как подозрительно выглядевший мужчина вошел в подъезд. Я последовал за ним, решив понаблюдать и, в случае необходимости, помешать ему совершить...
— Да, конечно, — перебил его старший полицейский и, ухмыльнувшись, продолжил с явной иронией: — Решили помешать совершить злодеяние. Как это благородно с вашей
— Я не замужем, — тут же вставила реплику Кэтрин, обратив на себя внимание обоих полицейских. И не только служебное.
— Извините, мисс, — спросил тот, что был помладше и поулыбчивее, — а вы никогда раньше не встречали этого мужчину? Вы его знаете?
— Нет. Мы совершенно незнакомы. Их было двое в квартире. Но второй сбежал после того, как я оглушила вот этого.
— Ну что ж, леди. Он вполне заслужил такое обращение, — вновь перехватил инициативу старший полицейский. — К тому же вы успели оказать ему первую медицинскую помощь, как я вижу.
— Да, вы же задерживались с прибытием, каким-то извиняющимся голосом, как будто оправдываясь, объяснила Кэтрин. — Он мог истечь кровью. И я не совсем уверена, что он бандит. Ну он не очень похож на преступника, — смущенно пояснила она, заливаясь румянцем. — Он вел себя вполне прилично. Может быть, действительно хотел спасти меня. К тому же он не знал того, второго, который сбежал.
— Да если бы все преступники были похожи на преступников, это значительно облегчило бы нам работу, — философски заметил ветеран охранных служб и вновь повернулся к допрашиваемому. — Так я жду от вас объяснений, мистер. Как вы определили, что этот человек представляет опасность?
— У него была лыжная маска на лице.
— Он что, шел в ней по улице? Странно. А может быть, он просто защищался от холода? Знаете, есть люди с очень чувствительной кожей. А на улице сейчас совсем не жарко. С океана сильно задувает, — рассудительно пояснил старший патруля.
— Да, возможно и такое. Но я заподозрил неладное, и оказался прав. В прошлом, в армии, я служил в ВП — военной полиции. Так что у меня есть некоторый опыт выявления преступников.
— А, бывший военный полицейский! Это становится интересным, — оживился старший. Его голос заметно смягчился. — Мой молодой напарник тоже из бывших ВП. Ну раз вы профессионал, то тем более должны знать, как надо действовать в подобных случаях. Надо было просто позвонить 9-1-1 и продолжать вести наблюдение снаружи, до нашего прибытия. А не лезть в чужую квартиру и не пугать женщину. Тогда и настоящий преступник никуда бы не делся. Но это ваша версия, — тут же поправился он, вновь напуская на себя строгость. — Ладно, сейчас проедем к нам, в полицейский участок, и там во всем разберемся. — Затем старший патруля добавил слегка извиняющимся тоном: — Вам придется пока все же побыть в наручниках. Напарник отведет вас к машине. Потом он обратился к даме:
— Ну а нам придется заполнить кое-какие документы. В том числе ваше заявление. Надеюсь, это не займет много времени.
— Да, конечно. Только вот... — немного засмущалась она. — Надеюсь, вы окажете ему необходимую медицинскую помощь. У него рассечена кожа на голове. Возможно, придется накладывать швы.
— Безусловно, мисс. Можете не беспокоиться. Все будет сделано в лучшем виде. Кстати, вы проверяли, не пропало ли что-нибудь?
— Думаю, что вряд ли: У меня здесь нет ничего ценного. Но я посмотрю на всякий случай.