БЕЛЫЙ РАБ

ХИЛЬДРЕТ РИЧАРД

Сделав большой крюк, я обходным путем добрался до покинутой плантации. Когда я вернулся, уже светало. Касси выбежала мне навстречу. Впервые со времени нашего бегства из Спринг-Медоу мы были так долго в разлуке. Я так радовался встрече, словно отсутствие мое длилось годы, а порыв нежности, с которым она бросилась в мои объятия и прижалась к моей груди, свидетельствовал о том, как сильно я любим.

Последующие три дня были заполнены дорожными приготовлениями. Мы старались найти способы избежать всех могущих нам встретиться затруднений. Минутами мы безмятежно наслаждались, предвкушая грядущее

счастье.

В назначенный день я направился к мистеру Гордону. На этот раз я приближался к его дому уже без трепета, быстрым, твердым шагом человека, уверенного, что его ожидает друг.

Я постучал. Мистер Гордон распахнул дверь и, подхватив под локоть, попытался втащить меня в комнату, но в это самое мгновение я сквозь полуоткрытую дверь заметил, что он не один.

Высвободив руку, я отступил назад.

–  Господи, мистер Гордон, - проговорил я шопотом, - кто это у вас?

Он ничего не ответил; но едва я успел произнести эти слова, как из соседней комнаты донесся грубый голос мистера Стаббса.

–  Хватайте его!
– заорал он.

Мне сразу стало ясно, что меня предали.

Я бросился бежать и уже на бегу почувствовал, что чья-то рука опустилась мне на плечо. К счастью, в руках у меня была толстая палка. Быстро обернувшись, я одним ударом сбил моего преследователя с ног. Это был предатель Гордон. Я почувствовал искушение остановиться и вторично ударить его. Но мимо уха моего просвистела пуля, и в нескольких шагах от себя я увидел мистера Стаббса и еще какого-то человека. Оба были вооружены пистолетами и целились в меня. Нельзя было терять ни минуты. Я снова пустился бежать, спасаясь от неминуемой смерти.

Раздалось еще несколько выстрелов, но пули не задели меня. Наконец мне удалось достигнуть густого кустарника. Здесь опасность была не столь велика.

Надо полагать, что я был более ловок, чем мои преследователи, и вскоре я оказался вне поля их зрения. Еще с полчаса я все же продолжал бежать. Наконец, совершенно обессиленный, я опустился на землю и постарался перевести дух и хоть сколько-нибудь собраться с мыслями.

Ночь была безлунной, легкий туман застилал небо, звезд не было видно. Я не мог отдать себе отчета в том, где нахожусь, но постарался все же угадать направление и двинулся к заброшенной плантации. Только сейчас я заметил, что раньше на бегу сильно повредил ногу. Я не мог бы даже сказать, когда это случилось, но боль была очень сильна, и мне было трудно итти. Я напряг все силы в надежде до наступления рассвета добраться до нашего убежища.

Долго я кружил по совершенно неведомым мне полям и рощам. В конце концов я достиг ручья, вид которого показался мне знакомым.

Утолив жажду, я побежал дальше уже значительно быстрее. До заброшенной плантации оставалось еще миль пять или шесть, и мне приходилось следовать по извилистой дороге. Преодолевая боль, я собрал все свои силы в надежде вскоре оказаться подле Касси. Солнце давно уже взошло, когда я, наконец, добрался до источника. Касси ожидала меня в томительной тревоге. Мое опоздание очень напугало ее, а мое изодранное платье, усталость и волнение, отражавшиеся на моем лице, отнюдь не могли ее успокоить.

Бросившись к источнику, я склонился над ним, чтобы напиться.

В это мгновение Касси громко вскрикнула. Я поднял голову и увидел нескольких мужчин, спускавшихся вниз по склону обрыва. Не успел я выпрямиться, как двое каких-то людей сзади навалились на меня. Двое других скатились вслед за ними по склону, и в то самое время, как я собирался вступить в бой с теми, кто схватил меня, и раньше даже, чем я успел отдать себе отчет в степени грозившей мне опасности, я оказался во власти этих новых противников.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

Позже я узнал, что мистер Стаббс и его спутники, промахнувшись при стрельбе по мне и оказавшись не в силах состязаться со мной в беге, вернулись обратно в лавку Гордона. Они немедленно же послали за подкреплением, и вскоре к ним присоединились два помощника и - что было для них самым ценным - Джовлер, пес, прославившийся по всей округе своим необыкновенным чутьем и ловкостью при охоте за беглыми неграми.

К ошейнику Джовлера привязали веревку и пустили его по следу, придерживая другой конец веревки. Собака медленно двинулась вперед, не отрывая носа от земли. Стаббс и его банда не отставали от нее. Так как последнюю часть пути я поневоле шел медленно, Джовлер и те, кто следовал за ним, выгадали довольно много времени и достигли источника почти одновременно со мной. Открыв наше убежище, они решили действовать наверняка. Разделившись на две группы и почти одновременно спустившись на дно обрыва, они захватили меня врасплох, как я уже рассказывал выше.

Бедняжку Касси схватили почти одновременно со мной, и не успели мы опомниться, как руки наши были связаны и мы оказались скованными вместе цепью, концы которой плотно охватывали наши шеи.

Для Касси это было нестерпимо. Несчастная женщина, почувствовав прикосновение холодных железных звеньев к своей шее, горько заплакала.

Мне показалось, что петля на моей шее готова меня задушить. Я не мог видеть слез моей жены. Грубые шутки наших палачей еще усиливали мои страдания и гнев. Но руки мои были связаны… Будь они свободны, я нашел бы способ прикончить хоть одного из них!

Среди этой компании находился, и мистер Гордон. Голова его была повязана окровавленным платком. Должен признать, что он не только не делал попыток присоединить свой голос к хору наших истязателей, но даже старался как будто удержать их и оградить нас от оскорблений и насмешек.

–  Говорю вам, Стаббс, каналья вы этакая, оставьте несчастную Касси в покое!
– кричал Гордон.
– Этих ребят ведь изловил я? Может быть, по-вашему, не я имею право на награду? Говорю вам и повторяю, что они находятся под моей защитой!

–  Хороша защита, нечего сказать, - с грубым хохотом воскликнул Стаббс.
– Вы еще скажете, что они обязаны вам благодарностью! Убирайтесь вы к чорту со всеми вашими глупостями! Я и разговаривать и поступать с этой девкой буду так, как найду нужным! Слышите? Я здесь управляющий или не я?

И, не обращая больше внимания на Гордона, он продолжал осыпать Касси самыми грубыми и непристойными ругательствами.

Только обещание Гордона угостить Стаббса и всю компанию доброй четвертью виски могло принудить их оставить нас в покое.