Белый пиар
Шрифт:
– Вы вчера с ним вечером, после работы, случайно не виделись? – Хилый Босс уставился на нее маленькими глазками.
Женя почувствовала, что ее лицо заливает краска. И, досадуя на себя, быстро проговорила:
– Нет.
– И он вам не звонил? Ни вчера вечером, ни сегодня? – настаивал начальник.
– Нет. А что, должен был?
Хилый Босс оставил вопрос без ответа, махнул рукой:
– Ладно, идите пока, Марченко. Работайте.
Женя вернулась на свое место. Лицо у нее горело. Она сняла трубку, сама позвонила на мобильный Бритвину. «Абонент не отвечает
Набрала, чтобы развлечься, номер Миши Боброва – поблагодарить за письмо. Его телефон тоже не отвечал.
Вокруг нее в закутах большого зала шла повседневная работа. Стучали клавиатуры компьютеров, названивали телефоны.
Появилась группка заказчиков – их Юлечка проводила в переговорную комнату. Обыкновенные приличные люди, хорошо одетые, с кожаными щегольскими портфелями, в ослепительных ботинках. Кажется, избирательная команда какого-то провинциального губернатора.
Юлечка выдернула с мест тех сотрудников, что занимались губернатором. Народ с пачками бумаг потащился в «переговорку». Затем Юля, скислив рожицу, приготовила кофе и чай – и оттащила поднос переговорщикам.
Волей-неволей Женя сегодня прислушивалась к разговорам, что велись вокруг нее. В закутах названивали телефоны, сотрудники «Глобуса» привычно-небрежно «прогибались» перед заказчиками.
– Расценки в «Комсомолке» с первого марта повышаются, так что давайте мы с вами постараемся успеть до весны, о'кей?..
– Да, мы занимаемся нэймингом [8] … И проверкой на чистоту, и патентовкой имени, естественно, тоже… Расценки?.. Я попрошу секретаря – она скинет вам прайс по факсу или по е-мэйлу… Да, в течение пяти минут – а потом мы с вами обсудим цены…
8
Разработка названия нового продукта или торговой марки.
– Сейчас снимается продолжение «Осколков великой мечты». Мы можем устроить для вас продакт-плэйсмент. Что это такое?.. Ну, грубо говоря, это означает, что герои картины станут в фильме пить соки вашей компании. Ну, конечно же, это будет вам стоить денег…
Все привычно. Ничего необыкновенного. Ничего странного.
И она может спокойно читать сценарий – обыкновенный screenplay [9] обычного российского movie [10] . Фильм, естественно, хочет тягаться с «Криминальным чтивом» и «Настоящей любовью»… Потому в нем и чемодан с порошком появился.
9
Сценарий (англ.).
10
Фильма (англ.).
Вдруг до Жени донесся взволнованный голос Юлечки:
– Да, он у нас работает… А что
Женя, предчувствуя нехорошее, сама не помня себя, поднялась со стула и сделала несколько шагов к конторке, к Юлечке. Та встала за своим «прилавком», слушала телефон – и бледнела на глазах. Наконец растерянно произнесла:
– Да, передам… Спасибо… Вам перезвонят… – И выскочила из-за конторки, опрометью кинулась к кабинету босса.
Женя остановила ее:
– Что случилось?
– Димку Бритвина убили!
…Женя отошла в свой закуток. Все плыло перед глазами. Ее мутило. Она вцепилась пальцами в столешницу. Ей хотелось убежать, скрыться – где угодно. Лучше в туалете.
Запереться и вытошнить все, что произошло с ней прошлой ночью. И то известие, что она только что услышала. И то, что рассказал ночью Бритвин. И вчерашнее мартини. И утренний кофе на пустой желудок.
…Надо дождаться Юльку. И узнать, что произошло. Что случилось с Бритвиным.
Так, значит, он оказался прав?
И они его за это убили?
Противный холодок поднимался снизу, замораживал низ живота.
Женя смотрела на экран компьютера и ничего не понимала.
Наконец вернулась из кабинета босса Юлечка. Заплаканная. Села, сгорбилась. Принялась утирать слезы. Сморкаться в бумажный платочек.
К ней подлетело несколько сотрудниц. В глазах жадное любопытство и сострадание: «Что там? Что случилось?»
В фирме слухи распространялись мгновенно.
Женя не стала подходить к Юлечкиной конторке. Боялась выдать себя. Хлопнуться в обморок.
Она и без того все слышала.
– Его уби-или, – жалобно проговорила Юлечка.
– Кто?.. Как?.. Где?.. – Вопросы к секретарше посыпались со всех сторон.
– Нашли Диму сегодня… В семь утра… Когда стало светать… – утирая слезы, проговорила Юлечка. – На насыпи… На Рязанском проспекте… У Кольцевой дороги…
– Что он там делал-то? – громогласно спросил подошедший на сплетню инкассатор Жора.
Женя в своем закутке сжалась в комок…
– Не зна-аю, – кривя рот и всхлипывая, ответила Юля. – Лежа-ал… Без денег, без часов, без дубленки… Пять ножевых ранений… Следователь говорит, его часов в пять утра убили. И ограбили… Наверно, выкинули из его машины…
Тут Женя не выдержала. Вскочила и опрометью бросилась вниз, на первый этаж, к туалету. Комок, разраставшийся в горле, становился больше, поднимался выше…
Запершись в туалете, она зажала рот рукой. Согнулась, уперлась лбом в ледяную раковину.
Ее вывернуло наизнанку. Она закашлялась. Потом омыла раковину. Смочила лицо ледяной водой. Затем уселась на унитаз – и беззвучно заплакала.
Господи, ведь это она его убила! Она, она! Она вчера выгнала его. Из своего дома – в ночь!.. И он, пьяненький, сел в случайную машину, и…
Если бы она вчера не отобрала у него ключи от машины… Если бы он поехал домой на своем «Фольксвагене»… Или – если бы она оставила его ночевать… Ведь он же просился остаться! Значит, что-то предчувствовал?!