Белый олень

Далтон Сара

– Хорошо. Где целитель? Выйди вперед, старый дурак, - сказал король, закатывая глаза.

Мужчина в темно-синих одеждах поспешил вперед. Его глаза расширились при виде моей раны.

– О, это плохо.

– Это не помощь, - прошипела я сквощь сжатые зубы.

– Нужн поскорее вытащить стрелу. Но она потеряет много крови, нужно наложить повязку, - мужчина был старым, его глаза окружали складки, а щеки покрывала белая щетина. Он щелкнул пальцами, и стража тут же возникла рядом с ним. – Принесите мои инструменты и носилки.

– Я не оставлю Анту, пока он здесь, - я уставилась на короля.

– Я

твой король, обращайся соответственно, - его глаза пылали яростью.

– Ваше Величество, - сказала я с насмешкой. Я была слишком зла, мне было слишком больно, чтобы его бояться. Какой трус стреляет в девушку?

– Отец, Мей спасала мне жизнь не раз в этом лесу. Пощадите ее и ее оленя, прошу, - он попытался встать между мной и королем, но Его Величество все еще смотрел на меня с суровым видом. Каз вытащил из кустов наши вещи. – Смотрите! Это седло оленя. Мей говорит правду. Она катается на Анте, как на лошади.

Король бегло взглянул на седло в руках Каза.

– Хорошо. Мы не можем тратить время на эту ерунду. Казимир, поедешь на олене, а рожденная с мастерством будет на твоей лошади. Целитель, заберешь раненую в карету и перевяжешь по дороге в Цину. Нам нужна служанка в Красном Дворце, хотя из нее еще нужно выбить грубость.

– Отец, я не думаю…

– Ваше Величество, - рявкнул король. – Я буду делать то, что захочу. Теперь двигайся, пока я не всадил в нее еще одну стрелу. В этот раз я попаду в сердце, - он усмехнулся, сверкнув зубами. Моя смелость рухнула. Страх побежал холодом по венам.

Целитель помог мне лечь на носилки, а я могла думать лишь о видении Водяного. Я стала еще на шаг ближе к его осуществлению.

Глава двадцать вторая: Путь в Цину

Целитель занимался моей раной, пока мы ехали в карете.

– Неглубокая, - сказал он. – Видимо, Его Величество не выпустил стрелу изо всех сил. Иначе возникли бы проблемы.

– Как хорошо, что я не испытала на себе весь его гнев, - фыркнула я.

– Счастливица, - ответил он, его голос напрягся, когда он вытаскивал металлический наконечник из меня. Я закричала. – Ты, может, не понимаешь, но то, как ты говорила с Его Величеством, - признак измены. Следи за языком, если не хочешь быть порезанной на куски, - он склонился ближе и двинул кустистыми бровями. – Или еще хуже. Вообще, я верю, что единственной причиной, по которой ты еще жива, это твоя служба Его Высочеству.

– Казимиру? – сказала я.

Целитель нанес на мою кожу что-то холодное.

– Да, Казимиру. Его Высочество, если вы и дальше хотите жить, - его голос смягчился. – Слушай, все мы время от времени получаем стрелу в бок от Его Величества, и если ты хочешь выжить в Красном Дворце, то должна слушать внимательно.

– Слушаю, - сказала я.

Целитель перевязывал мой живот. Это было слишком близко, мы подпрыгивали на кочках. Он понизил голос.

– Король – тиран. Мы все это знаем, думаю, ты тоже знаешь. Он держит Эгунлэнд в ежовых рукавицах, но он падок на лесть. А ты думаешь, как такой старик, как я, мог так долго продержаться при дворе? А? Уж точно не стоит отстаивать там свои убеждения, - он усмехнулся и закрепил повязку. Смех его был теплым, но с оттенком грусти. Смех того, кто предал свои принципы давным-давно.

– Я так не могу, - сказала я. – Я не

могу мириться с тем, что неправильно. Как вы можете оставаться рядом с человеком, что может всадить стрелу в девушку? Что вы за люди?

Лицо целителя окаменело, он затянул повязку, и я вскрикнула.

– Те, что беспокоятся о голове на их шеях.

Он закончил работать с моей раной. Дальше мы ехали в тишине.

Когда деревьев становилось все меньше, я поняла, как далеко мы забрались в лес Ваэрг. Лагерь Борганов был на северо-восточном крае леса, чтобы выйти из леса карете потребовалось около дня пути. Мои пальцы впивались в край сиденья, я следила, как деревья исчезают за нами. Мы поднялись на низкий холм, и лес превратился в зеленый ковер, раскинувшийся перед нами. Пока мы шли по каменистой дороге в Цину, равнина была почти незаселенной.

Пейзаж сменился лугами, где виднелись одинокие фермы, а потом и деревушками, где за каретой бегали грязные дети. Мы остановились в городке под названием Аберлок, что стоял на пересечении ручья из леса Ваэрг и Сверны. У воды стояла высокая мельница. Поток бежал по камням, над водой подпрыгивал лосось.

Когда карета короля вошла в город, многие побросали работу, убрали с дороги детей, другие отложили хлеб и сыр, чтобы поприветствовать короля. Они суетились вокруг лошадей, подносили им воду и сено. Владелец таверны открыл дверь, нервно скручивая тряпку в руках. Целитель помог мне выйти из кареты, я слышала, как он запинался в присутствии короля.

– Ваше Величество, - он низко поклонился. – Останетесь на ночь? Я приготовлю комнаты за час. Мы можем устроить в конюшне ваших лошадей и… - его глаза скользнули по Анте, - … оленя.

Король расправил мантию и снял перчатки, входя в таверну «Бегущий ручей». Люди разбегались, кланяясь. Я не хотела идти за ним, а потому решила заняться Антой. Каз спешился и передал мне его поводья.

– Нормально доехал? – спросила я. Мой голос звучал натянуто.

– Немного покачивало, - отметил он. – Как ты на нем катаешься, оставаясь с обоими глазами? – он покосился на рога Анты. Его лицо застыло, когда он взглянул на кровь на моей тунике. – А как?..

– Целитель меня подлатал, - я выдавила улыбку.

Каз уставился на ноги.

– Прости, - сказал он.

Я кивнула и собралась уходить, но он поймал меня за руку.

– Я думал, что ты бежишь прямо за нами. И только когда мы попали в лес, я понял, что тебя там нет. Это из-за Аллертона? Он пытался тебя поймать? – спросил Каз.

– Да, - соврала я. – Мне пришлось с ним сразиться.

Каз отпустил меня, его рука безвольно повисла.

– Мне жаль… я…

Он не мог сказать ничего, что улучшило бы ситуацию.

– Нужно было оглядываться.

Каз сглотнул и сжал край туники в кулак. Он не смог вернуться в лагерь Борганов. Он не смог остановить стрелу его отца.

– Я помогу Эллен спуститься с Гвен, - сказал он, когда тишина стала невыносимой. – Она не привыкла к езде.

– О, конечно, - я повела Анту в конюшни.

* * *

Пока король, его сын, его люди ужинали в «Бегущем ручье», я спала в конюшне. Пол был холодным и твердым, но Анта лег на солому и позволил устроиться у его бока. Я дремала, пока в конюшню не пришли три стража, что принесли ведро горячей воды, чистую одежду, тарелку еды и бокал теплого вина.