Белый лебедь

Крикунов Виктор

Это, уважаемые, всего лишь поверхностный взгляд на аномалию человеческой жизни. А если заглянуть глубже, то, вспомнив парадокс Нильса Бора: «Если верны положительные понятия, то так же верны и им противоположные», – мы можем прийти к другому выводу. А для примера вот несколько положительных противоположностей: бедность – богатство, счастье – горе, жизнь – смерть, материя – дух, прилив – отлив, дружба – вражда, ночь – день и т. д. Следовательно, для того чтобы что-либо ощутить как реальность, нужно иметь её противоположность. Бедность не будет осознаваться, если мы не будем видеть богатство. Равно как и всё остальное. Разумеется, таким простым примером я подвёл вас к сложному пониманию,

касающемуся нашей темы.

Преступность – это явление не случайное, а один из законов космического (вселенского) развития. И если искоренится один вид преступности, то его обязательно будет замещать видоизменённый другой. Также будет существовать, как и борьба с болезнями: только нашли противоядие, лекарство и вакцину против одного заболевания – тут же появилось другое, ещё более сложное. Выходит, по моей логике, бессмысленна война с преступностью? Нет, конечно, её существование несёт в себе, скорее всего, какой-то высший смысл, пока ещё неосознанный человеческим разумом. Может быть, сохранение души?! Тут не мне, конечно, давать ответ на этот философский и сакраментальный вопрос.

А теперь после короткого вступления я постараюсь «разбомбить» очерк Виталия с позиции своих взглядов и убеждений. Статья, естественно, не могла бесследно раствориться в космической дали подсознания. Она для меня оказалась, как красный плащ в руках тореадора для быка. Я разъярённый, с кровью налитыми глазами, прыгал по камере, исторгая злобные рыки, но, слава Богу, не было никого из противников. Но я Виталию не пожелал бы в тот миг находиться со мной в опасной близости. Разряды молний могли его поразить. Конечно, в физическом плане я его, без сомнения, не тронул бы. Я уважаю личность, и если человек заблуждается, то нужно тактично найти веские доводы и это ему объяснить. Просто мои слова могли быть очень агрессивными, и они, как вы видите, даже с течением времени не потеряли той окраски. Но насколько были бы доходчивыми мои объяснения – вот об этом я не берусь судить. И сейчас перед вами будет изложение инакомыслящего, но вы, представители свободного мира, не спешите бросать в меня камни упрёков и гнева, а также не торопитесь выселять куда подальше, как делали в нашем государстве в известные времена с диссидентами.

Я, уважаемые сотрудники редакции, хочу показать картину о «Белом лебеде» более объективно, чем сделал её автор статьи.

И мне очень жаль, поверьте моей искренности, что Виталий Аркадин в период «гласности» (пока ещё до настоящей, без кавычек, очень далеко), а также во времена начавшейся в сознании миллионов сограждан переоценки социалистической системы не сумел разглядеть сущность отвратительного явления и написал целую оду в защиту нестандартных методов перевоспитания (обратите самое пристальное внимание!) неисправимых преступников. Однако я допускаю мысль, что генералу начальнику управления «Усольеспецлес», садисту и преступнику, захотелось известности и славы. В нашем обществе это стремление не ново и совсем не удивительно.

Но досадно, что ваш журнал стал рупором и рекламой бесчеловечности и беззакония.

Мне хотелось бы вас спросить вот о чем: почему вы доверили командировку такому неопытному корреспонденту?

Ведь вопрос о методах воспитания, а тем более перевоспитания – это очень сложный вопрос, многогранный и противоречивый.

Возможно, Виталий Аркадин – честный и беспристрастный человек? Мне совсем не хочется думать о его профессиональных качествах и, естественно, человеческих очень плохо, но, извините меня, его статья получилась совершенно чудовищной по своей идее и содержанию.

Конечно, вам будет трудно понять мои обвинения в предвзятости и субъективности этого тенденциозного

материала. Разве можно понять сущность явления, окинув всё поверхностным, обывательским взглядом? И с такой позиции я Виталия понимаю. Конечно, ему было трудно объективно разобраться во всём, так как фасад «Белого лебедя» и прилегающей к пересылке зоны № 6 выглядит вполне респектабельно: кругом чистота, уют, тишина, цветочки, интерьер, выполненный руками осужденных, – все это выглядит просто замечательно, великолепно и оригинально.

Красочный слой лакировки ослепляет и ошеломляет несведущих и попавших туда в виде праздношатающихся туристов.

Пусть Виталий воспримет мои слова не как попытку оскорбить его, а как желание задеть его сознание, честолюбие и профессиональную гордость. И, конечно же, уважаемые сотрудники, разжечь у него стремление к глубине анализа, к познанию действительности не только с парадного входа, к объективности и справедливости. И ещё, что я чуть было не упустил, – к Истине, к этой благородной, но, к огромному сожалению, пока недоступной ему даме. Виталий, бесспорно, не сумел понять главного. Можно горько сожалеть по этому поводу, так как ваш журнал читает народ. И, вероятно, принимает эту публикацию за правду.

Что говорить о народе, когда моя родная сестра, зная о моей склонности говорить искренне, слушая мои клятвы самыми дорогими мне людьми – покойной матерью и ныне здравствующей любимой племянницей – о творимых там беззакониях, мне не верила. «Не может такого быть, просто невероятно в наше время», – безапелляционно твердила она. А что тогда говорить о народе? Поэтому помолчим за народ. Однако я не теряю надежды донести до вас незначительную, крохотную частицу своего понимания действительности. Несомненно, в моей исповеди будет больше обвинительного уклона, и поэтому я хочу заранее предупредить: я отлично знаю и понимаю положительные и отрицательные стороны пенитенциарной системы, но у меня сегодня не философский трактат, а всего лишь анализ статьи Виталия Аркадина. У него не было оппонента перед написанием этого опуса, теперь появился, но, увы, с большим опозданием. Но, может быть, в будущем Виталий будет осторожнее и бережнее в своих оценках очень сложных вопросов.

Виталий, как мне кажется, сумел закрутить сюжет. Почти детектив получился в стиле Чандлера. И к тому же он проявил себя детективом. Это, конечно, очень тонкая мысль, но вы постарайтесь ухватить её в своём сознании. А чтобы вам было понятно, я разъясню свою аналогию. Виталий выглядит суперменом-детективом, который в одиночку проник на поле сражения двух противоборствующих систем. Был на самом острие, в самом центре кровавой баталии, сметающей и уничтожающей людей (пусть они и заслуживают клейма преступников). Оказался в эпицентре этого тайфуна и вышел, как вы видите, целым и невредимым, да ещё стал известным. А для вас он действительно супермен. Вы, наверное, между делом интересовались положением в «Белом лебеде» для себя, и он вам рассказал много историй. Это, конечно, моё предположение чисто интуитивное и основанное на знании психологии. В этом я могу и ошибаться, но в том, что финал статьи – хеппи-энд, в этом со мной согласитесь и вы.

Я, однако, его прилично разочарую, и пусть переосмыслит хотя бы свой взгляд.

Виталий, без сомнения, создал красивый воздушный замок в своём художественном воображении и запечатлел его выразительными словами, но этот замок развалится, как карточный домик, от жестокой действительности.

Так вот, уважаемые сотрудники редакции, начну, пожалуй, разбор статьи по конкретным фактам.

Виталий написал, что некоторые осуждённые, возможно, считают «Белый лебедь» «чуть ли не застенком». Без всяких «чуть ли»!