Белый джаз
Шрифт:
В центр. За столом – Эксли.
Я пододвинул стул, вручил ему пленку. «Он снимает свою кандидатуру, так что в „Строго секретно" обращаться не пришлось».
– Понравилась работенка?
– А вам понравилось мочить тех негров?
– Неискушенные не знают, во что порой обходится правосудие тем, кто его вершит.
– То есть?
– То есть – спасибо.
– То есть я могу рассчитывать на одолжение?
– Вам уже его сделали, но ладно – просите.
– Ограбление склада. Может, это из-за страховки, а может, нет. Все равно – я хочу расследовать преступления.
– Нет.
– Ага, а вы с Дадом – старые кореша, так ведь? А что за одолжение вы мне «уже» сделали?
– Не стали объявлять выговор и проводить внутреннее расследование по делу Сандерлина Джонсона.
– Ну же, шеф.
– Я уничтожил протокол вскрытия тела Джонсона. Коронер заметил у него на лбу синяк неизвестного происхождения, с вкраплениями краски – как будто бы перед тем как прыгнуть, он хорошенько приложился лбом о подоконник. Лично я вас не виню, но другие – в особенности Уэллс Нунан – вполне могут. Так что отчет я уничтожил. И у меня есть для вас дело. Я снимаю вас с руководства вашим отделом специально для того, чтобы им заняться.
Слабость в коленках: «К-какое дело?»
– Ограбление дома Кафесьяна. Я читал отчет ребят из Уилшира и решил, что необходимо провести тщательное расследование. Мне прекрасно известно о связях семейства с Полицейским управлением Лос-Анджелеса, и мне все равно, что скажет капитан Уилхайт. С этого момента делом занимаетесь вы и Стеммонс. Расспросите членов семьи и приближенных к ним людей. На Джея-Си давно работает некий Эйб Уолдридж – на него можно поднажать. Мне нужно полное заключение экспертов и похожие дела о кражах со взломом. Начинайте завтра – разрешаю применять силу.
Я так и подскочил:
– Это же чистой воды сумасбродство! Копать под барыгу, которого пасет полиция Лос-Анджелеса, когда атторней намерен проводить расследование именно в этой области. И все из-за того, что какой-то извращенец убил собачек и подрочил на…
Эксли – встает – нависает:
– Займитесь этим. Возьмите ребят из участка Уилшир, привлеките криминалистическую лабораторию. У Стеммонса мало опыта работы на месте преступления, но тем не менее. Примените силу. И не заставляйте меня сожалеть о тех одолжениях, что я вам сделал.
ГЛАВА ШЕСТАЯ
Применение силы:
8:00 утра, 1684, Саут-Тремэйн. Со мной: ребята из лаборатории, спец по снятию отпечатков и четверо полицейских в форме.
Коих я тут же припахал: опросить свидетелей, осмотреть мусорные баки. Транспортная полиция – гонять журналистов.
Применение силы: треклятый Эксли.
Применение силы: приговор приведен в исполнение.
Компромисс с Дэном Уилхайтом – телефонный разговор двух раздраженных людей. Я сказал, что Эксли поимел меня; он назвал дело «полнейшим безумием» – Джей-Си и полиция Лос-Анджелеса – двадцать лет взаимовыгодного сотрудничества. Я был должен Дэну, он – мне – долги накапливались. Уилхайт, до смерти перепуганный: «Через три месяца я ухожу в отставку. Moи взаимоотношения
Я ответил: «Сперва моя задница, потом твоя».
Он сказал: «Позвоню Джею-Си и посажу его на строгач».
8:04 – представление начинается.
Черно-белые полицейские машины, лабораторный фургончик. Патрульные, спецы из лаборатории. Зеваки, детишки.
Подъезд к дому – я отвожу ребят из лаборатории в сторонку. Рэй Пинкер: «Я навел справки – никаких сведений о мертвых собаках отсюда не поступало. Думаете, их похоронили на каком-нибудь кладбище домашних любимцев?»
День вывоза мусора – в проходе между домами выстроились рядком мусорные баки. «Может быть, но я бы проверил вон те баки, за забором. Не думаю, что старик Кафесьян станет так миндальничать».
– Слыхал, он – милейший человек. Ну, найдем мы собак, и что?
– Возьмите образцы тканей, чтобы определить, чем именно их отравили. Если в пастях у них все еще те тряпки, определите, чем они пропитаны – по запаху походило на хлороформ. Мне нужно десять минут, чтобы уломать Джея-Си, а потом вы войдете внутрь и соберете волокна – на кухне, в гостиной и столовой. После чего приведите того, кто будет снимать отпечатки – только в комнатах на первом этаже, ибо я не думаю, что наш грабитель стал подниматься наверх. Он тут кончил на несколько пар женских штанишек – если папочка их не выбросил, можно попытаться определить группу крови по сперме.
– О господи.
– Вот именно, о господи. Слушай, если даже он их и выбросил, они наверняка в этих баках. Обтягивающие штанишки пастельных тонов, разодранные в промежности, не каждый день выбрасывают. И… Рэй? Мне нужен толстый подробный отчет обо всем этом.
– Не учи ученого. Хочешь, чтобы я налил воды?
– Налей воды. Не знаю, что на уме у Эксли, но пусть пожует хоть это.
У задней двери – Мадж, выглядывает наружу. На ней тонна штукатурки – синяки замазать.
Рэй толкнул меня локтем: «На армянку не похожа».
– Так она и не армянка. И дети, кстати, тоже не похожи. Рэй…
– Хорошо, хорошо, налью воды для Эксли.
На улице – толпа любопытных. Джуниор и Томми К. – играют в гляделки.
Томми, небрежно стоя на крыльце: гавайка, широкие штаны, саксофон.
У Джуниора – новый вид: побитый пес со злобным блеском в глазах.
Оттаскиваю его в сторону – отеческим тоном: «Не позволяй этому парню тебя беспокоить».
– У него такой вид, будто он знает что-то такое, чего не знаю я.
– Забей.
– И что мне ему теперь – задницу целовать?
– Лично я всегда слушался командира.
– Дейв…
– Что – «Дейв»? Твой папочка – инспектор, он хочет, чтобы ты работал в Бюро, и мое повышение – часть сделки. Это – игра. Ты должен своему отцу, я должен твоему отцу. Я должен Дэну Уилхайту. Мы оба должны Управлению, и это задание Эксли – тоже часть сделки, так что веди себя соответственно. Понимаешь, о чем я?
– Понимаю. Но это твоя игра, так что не говори мне, что играешь по правилам.