Белые ночи
Шрифт:
Я тихо охнула и замерла, с леденящим душу ужасом, наконец-то, сообразив, на кого натолкнулась в непроглядной темноте королевской сокровищницы. Кто мог так быстро двигаться, безжалостно расправляясь с нарушителями вроде меня. Имел непроницаемо черную кожу, наподобие той, что когда-то носили в противовес своим белокрылым противницам злобные исчадия Иира. Кто многие годы чутко сторожил разбросанные повсюду сокровища и так удачно поймал очередную воровку на выходе, едва заметив мое новое приобретение… сохрани Двуединый! Такого просто не может быть!! Не должно было быть!!
Я никогда не видела этих чудовищ наяву. Да и никто из живущих не видел — свои жертвы
Оберон тихо зарычал, обдав меня горячей волной воздуха, и нетерпеливо сжал острые когти.
Я мысленно взвыла.
Но ведь так не должно было быть! Они никогда не служили охранниками! Они — ищейки! Преследователи! Загонщики, нацеленные на поиск и поимку самых опасных преступников!! Их НИКОГДА не использовали в качестве сторожевых псов… господи, раньше не использовали! РАНЬШЕ!! Да, выходит, хотя бы одного все же научили покорности и смирению. Посадили на цепь, заперли в этом склепе и оставили ждать мягкого свежего мяса. На мое большое несчастье.
— Три-и-ис!!!! — неожиданно громко взвыл в голове знакомый голос. — Трис, прочь оттуда!! Беги!! БЕГИ сейчас же!!! Это же…
Оберон коротко рыкнул, обдав меня еще одной волной дикого ужаса, и истошный вопль насмерть перепуганного Рума как отрезало. У меня внутри все заледенело от жутковатой мысли, что этот монстр не только все слышал, но и каким-то образом сумел нарушить нашу невидимую связь. Да еще и жемчужина пугливо поблекла, похолодела испуганно, будто тоже говоря: он убьет вас обоих, если только захочет. И я верила. Проклятие, именно сейчас верила во все, что говорили про этих магических тварей, искусственно призванных ради чьего-то спокойствия, потому что моего маленького духа-хранителя просто вышвырнуло отсюда в Мир Теней, а меня буквально парализовало от ужаса.
Я беспомощно застыла, не в силах отвести взгляда от его страшных глаз. Не знаю, было ли у него настоящее лицо или это — просто пустая черная маска. Я не увидела. Зато глаза точно до самой смерти не забуду — крупные, страшные, неподвижные, слегка раскосые, но абсолютно черные и полностью лишенные белков. И сейчас они с яростью смотрели мне в лицо. Неотрывно буравили, проникая под все мои маски и наведенные личины, отбрасывая их в сторону, как ненужную шелуху. Прямо в душу смотрели и… ненавидели. Да, пожалуй, это верное слово. По-другому я не смогла бы описать чувство, которое там плескалось, грозя затопить с головой. Он ненавидел меня сейчас — за долгое ожидание, за украденную реликвию, за попытку вспороть его предплечье невесть откуда взявшимися когтями, за мое белое от ужаса лицо, на котором вдруг проступили совсем другие черты…
Мне никогда в жизни не было так страшно, как сейчас. Казалось, сама ночь смотрит на меня этими жуткими глазами. И в этот момент я неожиданно поняла, отчего оберонов считают самыми страшными творениями гильдии магов — с таким противником просто невозможно бороться. Накатывающие от него волны дикого
Я обреченно сглотнула.
Оберон в ответ довольно заурчал, наслаждаясь выражением дикого страха в моих глазах. А проклятая луна, словно издеваясь, выбрала именно этот момент, чтобы во всей красе показать нелицеприятное лицо моей быстро приближающейся смерти. Она игриво выглянула из-за туч, хитро подмигнула желтым зрачком, щедро пролила мертвенный свет внутрь разграбленной сокровищницы. Одновременно высветлила мои руки до состояния снежной белизны, наглядно показала острые когти, впившиеся чуть не до основания в могучие предплечья оберона… его массивную фигуру со сложенными за спиной угольно-черными крыльями… могучий торс с безупречно вылепленными мышцами… длинные, разметавшиеся по плечам черные волосы, укрывшие его непроницаемым капюшоном… играючи мазнула по скрытым неясными тенями лицам, насмешливо высветила в опасной близости друг от друга две пары непроницаемо черных глаз…
Демон, вдруг во всей красе рассмотрев мои странные радужки, оскорблено взревел и, будто обжегшись, шарахнулся прочь от лунного света. Я, задыхаясь, рухнула на колени и сдавленно закашлялась. А снаружи, услышав неясную возню, наконец, обеспокоенно зашевелились сонные стражи.
— Что это было?
— Иир знает… ты слышал?
— А ты?
— Д-да, — донеслись до меня, как из-под плотного слоя ваты, чужие голоса. — Там что-то есть. Открывай давай.
— С ума сошел?! Там же крысодлаков целая стая!..
Я сипло откашлялась и на дрожащих ногах поднялась, смутно дивясь, что король решился на такую дурость, как посадить в одну большую клетку настоящего оберона и живых крысодлаков. На ужин ему, что ли, оставил? Ха-ха, очень мудрое решение… то-то я до сих пор ни одного из них не заметила!
От дальней стены, отделенной от меня ровной полосой яркого света из потолочного окна, донеслось полное ненависти рычание, напомнившее о более насущной проблеме. Следом докатилось отчетливое шипение, но переступить невидимую границу оберон не посмел. Только сверлил меня жуткими глазами из темноты и люто царапал пол острыми когтями на ногах.
Странно, я всегда думала, что они, хоть и разумные, лишены каких бы то ни было эмоций, а этот просто переполнен дикой силой и такой же неудержимой яростью. Только тронь ненароком, и она тут же выплеснется наружу чем-то поистине страшным. Просто сплошной комок ненависти и злобы, а не магический сторож — настоящий, живой, будто демон Иира во плоти.
Я инстинктивно вжалась в стену, не замечая угрожающего бряцанья засовов снаружи, и, незаметно отращивая когти на обеих руках, упруго присела, одновременно напряженно следя за противником. Как ни парадоксально, вдалеке от него оцепенение мигом с меня слетело, мысли помчались четкие и ясные, ничуть не затуманенные страхом или паникой. Луна — вот мое спасение, и я это отлично понимала. Он отчего-то не рискует пересечь столь важный для меня круг света, почему-то боится его. А значит, луна и дальше его задержит, затормозит хоть на долю секунды, не даст ему возможности меня перехватить. Надо только правильно выбрать время и место для рывка.