Белое танго
Шрифт:
Квасов, Николай Андреевич, 1954 г. р., референт, Комитет народного контроля.
Квасов, Николай Мефодиевич, 1938 г. р., директор, Центр техобслуживания ВАЗ.
— Не похоже, — сказала Таня, еще раз просмотрела карточки и все же отложила вторую. — Вот эту, пожалуй, посмотрим. Вот это что значит?
— Выпускник МГИМО 1976 года, — пояснил Шеров.
— Никиткин институт, Никиткин год. Тепло, тепло, — сказала Таня. — А вот тут что за закорючка?
— Склонен к нестандартным сексуальным проявлениям, — бесстрастно
— В яблочко! — воскликнула Таня. — Звоним.
— Знаю я этого Кольку Квасова, — сказал Шеров. — На побегушках у моего доброго приятеля Шитова. Шустрый парнишка.
— Рабочий или домашний? — спросила Таня.
— Рабочий, конечно. Это же трудовой чиновник, не то что Огнев.
Таня поспешно набрала указанный номер.
— Комитет народного контроля, приемная председателя, — ответил приятный молодой баритон.
— Будьте добры Николая Андреевича Квасова.
— Я у телефона. Чем могу быть полезен?
— Здравствуйте, Николай Андреевич. Я Татьяна, сестра Никиты Захаржевского.
Видите ли, мне сказали, что он в Москве, а он мне срочно нужен…
— Ах, вы та самая Танечка? Мне Никита много о вас рассказывал. Да, он здесь, утром заглянул ко мне, попросил взять кое-что… ну, в нашем буфете, вы понимаете. Обещал заехать в шесть часов. На всякий случай оставил номер, по которому его можно застать до шести. Вам дать?
— Да, будьте любезны.
— Записывайте…
Квасов продиктовал номер телефона и очень мило попрощался с Таней, взяв с нее слово непременно позвонить ему в конце недели. Судя по всему, отмеченная склонность Квасова к нестандартным сексуальным проявлениям не исключала, как и у родимого брательника, проявлений стандартных.
Не тратя времени даром, Таня тут же набрала записанный номер. Трубку снял Никита.
— Алло!
— Ну, здорово, братец милый! Узнал?
— Это ты, надо же… — Особой радости в голосе брата она не услышала — Как узнала? Впрочем, неудивительно…
— Да, я отличаюсь настойчивостью в достижении цели.
— Оттуда звонишь, или уже снова в седле?
— Оттуда — это, надо понимать, из «скворечника»? Нет, не оттуда. Из города от хорошего друга.
— Понятно.
— Я, конечно, очень рада слышать твой сладкий голосок, но звоню-то я по делу.
— Да?
— Видишь ли, после известных тебе событий я решила обосноваться в Москве.
— Это окончательно?
— Вполне.
— И что?
— И требуется некоторая помощь с твоей стороны. Мой друг может подыскать мне хорошую квартиру и помочь с пропиской. Только это требует определенных затрат. Понятное дело, я не собираюсь просить у тебя. Таких денег у тебя нет и никогда не будет. Речь идет о другом. Подмосковную дачку помнишь? Впрочем, глупый вопрос — такое не забывается. Так вот, теперь есть возможность ее хорошо продать. Если получится очень хорошо, то и тебе кое-что
Он гаденько хихикнул в трубку.
— А лысого промежду тут не хочешь ли? По всем документам она моя, и фига ты у меня ее получишь. Если жить негде, так и быть, я же не изверг какой, хоть завтра въезжай, только сегодня не смей. Но насчет продать и не думай.
Совсем распоясался, петух проколотый! Неужто запамятовал, как миксер работает? Напомнить?
— Ты не расслышал, наверное. Я продаю свою дачу и предлагаю тебе за оформление тысячу рублей. Соглашайся скорее, пока есть покупатели.
— Имел я в виду твоих покупателей!
Смелый, да? Совсем страх потерял за два последних года. Решил, видно, что сестренка теперь уже не та. Что политичнее будет — сразу поставить его на место или дать пожить в приятном заблуждении? Пожалуй, последнее.
— Не будь говном, — примирительно сказала Таня. — Если тебе вдруг так приспичило иметь дачу, так к лету я сумею выдать тебе двенадцать, а хочешь, пятнадцать тысяч и купи на них домик на лоне природы. Пусть поскромнее, но зато уж действительно твой. Да я бы тебе и эту дачу отдала, только мне деньги нужны.
Ты же знаешь, какой у меня облом получился…
— Ну и что?.. Да, наслышан. Покойный следователь докладывал. Немалые трудовые сбережения плюс энное количество дури с дрянью. Сочувствую. Кстати, саму-то как отмазали?
— Что значит «отмазали»? И не кажется ли тебе, что это вообще не твое дело?
— Ах, не мое дело? Конечно, не мое, слава Богу…
— Короче, так, — жестко заявила Таня. — Мне нужны деньги, и все тут.
— Ну знаешь, это твои проблемы, — столь же неприязненно отозвался Никита. — У тебя есть шикарная квартира с обстановкой…
— Возиться долго.
— Долго? Ну, нажми на дядю Коку, на Поля пусть почешутся. К тому же, как я понимаю, на сцену вновь вышел прежний благодетель с неограниченными возможностями…
— А вот это тебя не касается. Для твоей же пользы советую попридержать язык.
— Молчу, молчу, не дурак.
— Приятно слышать. Только имей в виду, какие бы у меня ни были друзья, богатые или бедные, я ни у кого не хочу быть в долгу.
— Ах, не хочешь быть в долгу? — Это он произнес уже совсем по-хамски. — Очень благородно, только я-то тут при чем?
— Напомнить тебе, что было при покупке? — не выдержала Таня. — А что ты потом обещал, когда Ваньку-идиота мне в кавалеры пристраивал?
— Ах, обещал? Да мало ли что я обещал?
— Вот как ты заговорил? Я должна это понимать так, что ты отказываешься от данного мне обещания? — ледяным тоном осведомилась Таня.
Давно надо было так, чем в объяснения с этим козлом вдаваться, к совести несуществующей взывать.
Он молча сопел в трубку.
— И это твое последнее слово, братец? Советую еще раз хорошенько подумать.