Белое Пламя

Тьма Анна

– Сам идиот! Ты мне не говорил, что может быть так!

Алина корчилась от дикой боли.

– Пламя нужно любить, дура! Только тогда оно ответит взаимностью!

Она лишь раскрыла рот в беззвучном крике. Альтис, понимая, что Алина не справится сама, прижал ее к своей груди, вбирая жгущий огонь в себя, и тихо попросил:

– Огонь мой… Огонь всемогущий… Пламя негасимое… Отпусти печаль мою… Нет ее в том вины, что не знала она твоей любви, Пламя великое… Тесс… фиор… тесс… лиолэр… фиор…

Огонь

упругой волной ударил Альтиса, отталкивая, но демон не отступил. Ледок, понаблюдав за борьбой демона с его же родной стихией, подошел, поднялся на задние лапы и дунул девушке в лицо. Пламя метнулось, полыхнуло в обратную сторону и втянулось обратно в тела Альтиса и Алины. Волк лизнул беззвучно стонущей девушке обожженные руки, и раны начали заживать с бешеной скоростью. Демон что-то шепнул на ухо Жульке, и волк остался сидеть рядом с девушкой, заставив ее вцепиться в ледяную шкуру. Алина сидела на полу в полубессознательном состоянии, а снежный вожак видел, как тесна связь юного демона и девушки, когда-то бывшей человеком.

– Лэйдок… – позвал Альтис, и волк поднял взгляд. – Спасибо.

Некоторые говорят, что волки не умеют улыбаться. Они просто не видели настоящих волков…

Люди шли по снегу среди лета, и волки спокойно смотрели на них.

– О Купол!.. – воскликнул Дартург, в ладонь которого доверчиво ткнулась ледяным носом белая волчица. – Снежные волки в разгар лета!..

– А чего вы ожидали, магистр? – Демон с любопытством взглянул на старого мага. – Арох же бог, Великий Волк.

– Да, бог, но пленный!..

– Я тоже невольник. Это не меняет моей сути.

Магистр невольно залюбовался истинным обликом Белого Пламенного.

Ледок, видя, что великий вожак несколько утомился от ласк волков, поднялся и протяжно взвыл, собирая и призывая стаю. Снежные волки подобрались, пришли в движение и устремилась за вожаком. Через минуту о них напоминал только слой снега на полу.

Боги, демон, люди и некроманты постепенно собрались вокруг выжженного кислотой пятна в полу.

– Двойник? – предположил Стримбор.

– Да, Дайран это умеет, – кивнул Аллодис. – Еще и с сюрпризами вроде этой кислоты.

– Этот ловец – полудемон? – Альтис взглянул на союзников.

Некроманты переглянулись, и за всех ответил Нангерат:

– Мы не знаем.

– Ал, а когда?.. – Траэллита не закончил, выразительно взглянув на демона.

– Не в этот раз, – ответил Альтис.

– Командор Альтис, – обратился к нему Лиртог, – а наши дети?..

– Вы связали их, как я приказал?

Некроманты одновременно кивнули и тяжело переглянулись. Они знали, что вернуть к жизни зараженного человека невозможно, его следовало убить. Но они не могли убить своих родных детей…

– Положите их в одну комнату

и следите, чтобы дети не покалечились, – приказал Пламенный. – Нужно дождаться рассвета. Только при солнечных лучах я смогу вернуть их к жизни. – Он взглянул на свою правую ладонь, сжал кулак, улыбнулся. – Идите и успокойте своих жен, рыцари.

Некроманты поклонились, прижав к сердцам кулаки, и скорым шагом покинули зал.

– Ал… – Стримбор с укором поглядел на друга.

– Я помню, Стрим, что ты самый умный, – негромко сказал демон. – Но я – самый талантливый!

Бог-ветер вздохнул, подняв к небу глаза и всем своим видом показывая, что он снимает с себя ответственность за безумства друга.

Альтис подошел к Алине, покачал головой, глядя на ее бесплодные попытки вернуться в сознательное состояние, подхватил на руки и приказал волку следовать за ним.

– Советник!

Дантэ обернулся к Пламенному и вновь поразился его истинному облику.

– Принцесса в безопасности?

– Да, – кивнул мужчина. – С ней охрана и ваш ученик, командор.

Непривычно звучало «командор» в обращении к демону. Но Альтис по праву носил звание, и никто не мог лишить его этого.

– Лисенок? – приподнял он тонкую бровь. – И Марья тоже с ними? Я бы просил вас проводить меня к ним, советник. В вашем замке я боюсь заблудиться.

Дантэ кивнул и повел Пламенного по коридору. На прозрачных крыльях демона серебрились морозные узоры.

У небольшого зала с камином толпилось человек десять стражи, каждый из охранников являлся боевым магом.

– Учитель! – окликнули Пламенного.

В этом возгласе смешалось так много, что Альтис, сбившись с шага, покачнулся, объятый горячей волной красного огня. На миг показалось, что это Литис, брат, снова рядом…

На глаза навернулись слезы, сжалось в груди сердце. Лисенок, человеческий мальчик… Альтис сдержался, запрятав нестерпимую боль поглубже.

– Учитель, ты прямо как бог!

– С чего это «как бог»? – возмутился Альтис. – Я лучше богов! – И весело улыбнулся, глядя на смущенного ученика.

А взгляд Марьи… О, он просто утонул в этом океане нежности, обожания и света!..

Алина дернулась, и Альтис положил ее прямо на ворсистый ковер. Марья и Лисенок тут же подскочили ближе.

– Что с ней? – спросила Марья, положив ладонь на ледяной и мокрый лоб девушки.

– Она не справилась с огнем, – ответил демон. – Посмотри, Лисенок, и хорошенько запомни, что бывает с теми, кто не может совладать с огнем. Запомни на всю жизнь, что огонь – не оружие, не слуга и не вещь. Он дарит себя лишь тем, кого любит. И если ты не отвечаешь на эту любовь взаимностью, если ты не готов сгореть заживо, лучше никогда не зови его.