Белая полоса

Шагин Игорь Игоревич

— Откуда эти показания, Лазаренко? — спросила Лясковская.

— Нас с Маркуном завели в одну комнату, чтобы мы оговорили до мелочей, что говорить, то есть подтверждать перед следователями.

— Цирк продолжается, да, Лазаренко?

— Театр, Ваша честь.

— А автомобиль?

— Автомобиль я купил у Маркуна для себя, но деньги ещё не отдал.

— Маркун…

— Деньги я должен был отдать Макарову как благодарность.

— От кого?

— За решённый вопрос.

Из показаний Ружина в суде следовало, что он не принимал участия в убийстве Князева. Суть его первичных показаний («вторичных» в данном случае, в первичных он вину не признавал) была такой:

он купил автомат на рынке у незнакомого человека, показал Рудько, как пользоваться и как менять магазины, сказал, что, по требованию заказчика, в Князева должно быть выпущено два магазина, привёз Рудько на место преступления — к больнице, — рассказал, как выглядит Князев, и, когда Рудько находился перед входом в здание горбольницы, увидев, как подъехал Князев и вышел с охранником из своей машины, сделал ему рукой знак. Он слышал выстрелы, видел, куда Рудько выкинул автомат, и на воспроизведении показал это место. Рудько объяснил всё это тем, что эти показания он давал «по истории», оговорённой с Опанасенко, который впоследствии принёс на указанное место привязанный на верёвке автомат.

После этого был допрошен Рудько. На вопрос, что он может пояснить по эпизоду убийства Князева, замотал головой.

— Ничего? — сказала Лясковская.

— Ничего, — повторил Рудько, продолжая мотать головой.

Были оглашены его показания: что на место преступления его привез Ружин, дал автомат, до этого научив, как им пользоваться. Он увидел знак, который Ружин сделал ему рукой. И когда Князев с охранником стояли перед входом в больницу к нему спиной, сказал Князеву: «Добрый вечер». И после того, как тот повернулся, выпустил в него два магазина.

— Вы давали такие показания? — спросила Лясковская.

Рудько замотал головой.

— У Вас был адвокат? — спросила адвокат Рудько.

— Нет, — также ответил он.

Был объявлен перерыв до пятницы. В пятницу суд приступил к допросу последнего обвиняемого в убийстве Князева по последнему эпизоду дела.

Утром в зале кинотеатра появилась адвокат Трофимова — Марина, — со слов Маркуна, предоставленная ему МВД и к тому же любовница Опанасенко. Она была одета в лайковый коричневый плащ, который, казалось, должен скрыть недостатки её объёмной фигуры. Бант платка прятал её двойной подбородок. Искусственный румянец на её пухлых щеках уводил взгляд от непомерно маленького носа к непропорционально большим губам. А большие очки с прозрачной оправой, казалось, присутствовали на её лице только для того, чтобы придать ему форму.

— Лёнечка, привет! — сказала она, помахав ему рукой в клетку, и села за стол.

— Все в сборе? — спросила Лясковская. — Так, встаньте, Трофимов, слушаем Вас.

Трофимов через начальника конвоя передал Лясковской несколько листов.

— Это мои показания, — сказал он. — Ваша честь, огласите их, пожалуйста, и приобщите к протоколу.

Из оглашённых показаний Трофимова следовало, что в конце 1999 года он освободился из лагеря и стал поддерживать отношения с Князевым, который помогал ему, когда Трофимов находился в заключении. Но через некоторое время их отношения с Князевым стали натянутыми. Стал накаляться конфликт. Князев стал требовать от Трофимова «собачьей исполнительности и преданности», намекая и прямо указывая ему на то, что содержал его в заключении.

Он перестал общаться с Князевым. Когда Трофимов ему перезвонил, спросив разрешения забрать некоторые вещи, тот ответил: «Я с пустым телефоном не разговариваю».

— Ты что, угрожаешь меня убить? — переспросил он Князева.

— Понимай, как хочешь, — ответил тот. — Я с пустым телефоном не разговариваю.

Помимо

этого, Новиков не раз рассказывал ему о грубых высказываниях в его адрес, в которых Князев указывал на то, что Трофимов — пустое место. О чём тот рассказал Маркуну, которого в то время считал серьёзным человеком, имевшим отношение к Славику Фашисту. Маркун ездил на дорогих машинах, держал при себе крупные суммы наличных денег.

Маркун сказал, что уладит этот вопрос за денежное вознаграждение, и предложил Трофимову уехать из города. Через некоторое время позвонил и сказал, что Трофимов может возвращаться. В Киеве он узнал, что Князев убит.

Несколько дней спустя его арестовали и путём пыток и избиений, справки и медзаключения о которых он прилагает к показаниям, стали требовать от него признания в убийстве Князева, которое он якобы совершил.

Он отрицал свою причастность. Его неделю продержали в РОВД, потом перевели в ИВС, где у него была очная ставка с Шандраком, телохранителем Князева. И Шандрак опознал его как стрелявшего в Князева. Он слышал, как Трофимов сказал: «Добрый вечер». Князев повернулся с ним поздороваться. И Трофимов расстрелял его из автомата. Шандраку в это время удалось скрыться. Он опознал Трофимова по голосу, внешнему виду и большой комплекции. Сказал, что ошибиться не мог.

После чего сотрудниками МВД Трофимову была предложена сделка. В обмен на нужные показания, которые сейчас находились в деле и которые он сейчас не подтверждал, его освобождают.

Находясь на свободе, он по поручению сотрудников МВД (Марука и других) завозил деньги родственникам подозреваемых. В частности, жёнам Лазаренко и Ружина, о чём получил с обеих расписки, которые передавал этим сотрудникам МВД.

Кроме того, выполнял другие поручения, связанные с розыском и доставкой свидетелей в прокуратуру.

В это время он стал находиться в розыске как подозреваемый в убийстве Князева. В случае задержания он должен был давать телефонный номер генерала Опанасенко, который у него всегда находился при себе. А через год после окончания следствия его задержали и посадили в следственный изолятор.

Адвокат Трофимова сидела за столом, листая журнал.

После этого были оглашены показания Трофимова на предварительном следствии, которые, по своей сути, отличались только тем, что в них было указано, что Трофимов слышал от Маркуна, что тот занимается заказными убийствами для фирмы «Топ-Сервис». И что недавно им было организовано покушение на врача, который остался жив после двух пулевых ранений в голову.

— Вы подтверждаете эти показания, Трофимов? — спросила Лясковская.

— Я подтверждаю только те показания, которые совпадают с моими показаниями в суде. Я уже объяснил, откуда эти показания, — сказал Леонид.

— Маркун, Вы подтверждаете данные в суде показания Трофимова?

— Да, Ваша честь, за исключением того, что я имел отношение к Фашисту. Трофимов меня с кем-то путает. Я работал водителем у Макарова.

Адвокат Марина продолжала листать журнал, не проявляя никакого интереса к свидетельству подзащитного.

Суд приступил к оглашению показаний свидетелей, не явившихся или не вызванных в суд, которые рассказывали о конфликте Князева и Трофимова и, когда следователь спрашивал: «Как найти Трофимова?», ответ был: «Он внизу, под прокуратурой, в машине; он меня привёз; сказал, что Вы хотели меня видеть; ждёт, когда я выйду».

— Цирк продолжается, — негромко позволил себе реплику Маркун. А Лазаренко добавил:

— Театр.

Лясковская посмотрела на Маркуна и сморщила лицо, будто что-то хотела сказать. А потом продолжила оглашать показания свидетелей.