Белая чума

Герберт Фрэнк Патрик

Херити взглянул на отца Майкла.

– Он ни с кем не сотрудничает, этот Бранн Маккрей.

От взрыва у Джона звенело в ушах. Он прижал к ним ладони и помотал головой. О'Нейл-Внутри зашевелился и почти проснулся. Взрывы он воспринимал только как бомбы, а не ракеты. Бомбы, которые убили твоих близких.

– У тебя не осталось близких, – пробормотал Джон.

– Что ты сказал? – спросил Херити.

Джон опустил руки.

– Ничего. – Он чувствовал, как О'Нейл-Внутри возвращается в состояние неподвижности, но облегчения от этой передышки у него не было. Что, если

О'Нейл-Внутри полностью выйдет наружу в присутствии Херити? Это было бы катастрофой.

– Мы должны убираться отсюда, – сказал отец Майкл.

Херити поднял руку, требуя тишины. Он смотрел на сосновые заросли на севере, где хрустнул сучок, и было слышно, как что-то большое продирается сквозь ветви. Херити показал на карман Джона и одними губами произнес слово: «Пистолет». Приставив палец к губам и держа автомат на груди, Херити, крадучись и подныривая под ветви, двинулся в ту сторону, откуда доносился звук. Через несколько мгновений он исчез из виду.

Джон достал пистолет из кармана и посмотрел вслед Херити. Он чувствовал себя в глупом положении. Какая польза от этого пугача против ракетной установки? Звук чего-то крупного, продирающегося через сосновые заросли, смолк.

Отец Майкл нашел четки и перебирал их, шевеля губами. Мальчик почти полностью втянул голову в куртку.

Тишина продолжалась – гнетущая и тяжелая. Джон прополз мимо священника, повернулся и сел, прислонившись спиной к теплой скале. Низкие сосенки были в нескольких шагах, перед ними – высокая бурая трава, сзади – толстые зеленые ветви.

Сверху, с находящегося справа склона, донесся мужской голос. Слова были неразборчивы, но Джон почувствовал себя незащищенным, поставленным как мишень для любого, кто прячется в деревьях. Он поднял пистолет и взвел курок. Среди сосен послышалось движение – Херити?

– Эй, янки! – Это был голос Херити. – Это друзья. Мы выходим.

Джон опустил пистолет, отпустил курок и вернул пистолет в карман.

Херити вынырнул из-за деревьев в сопровождении двух высоких мужчин в зеленых униформах и темно-зеленых беретах со значком Эйра в виде арфы на погонах и беретах. Оба несли с собой автоматические винтовки. Херити небрежно держал свой автомат на груди.

Джон внимательно осмотрел двоих, пришедших с Херити. Они были довольно похожи друг на друга и могли бы быть близнецами, хотя тот, что шел впереди, выглядел старше, вокруг глаз его было больше морщин, а кожа была более обветренной. Из-под их беретов выглядывали пряди рыжеватых волос. Бледно-голубые глаза пришельцев глядели настороженно над впалыми щеками и короткими носами. У них были мягко очерченные подбородки и полные губы.

Трое мужчин подошли к скальному укрытию, Джон и отец Майкл встали навстречу. Мальчик остался сидеть, выглядывая из-под капюшона своей куртки.

Мужчины остановились перед Джоном.

Херити сказал:

– Это Джон Геррич О'Доннел, Лиам. Отца Майкла вы должны знать. А здесь, внизу… – он посмотрел на мальчика, сидящего на земле, – …мальчик.

Старший из новоприбывших кивнул.

Представляя их Джону, Херити продолжил:

– Это Лиам, – он указал на старшего из

мужчин, – и его двоюродный брат Джок. Они Каллены, оба. У Лиама и Джока здесь восемь полных отделений регулярных войск. Они охраняют прекрасное поместье мистера Маккрея, которое является лакомым кусочком для разных сомнительных типов.

– Хвала Богу, – сказал отец Майкл. – Ничто не должно принести вред этим молодым женщинам.

Лиам враждебно взглянул на отца Майкла из-под тяжелых век. Заметив это, Джон поразился этой демонстративной злобе. В этом чувствовалось что-то подспудное, что-то, что обеспокоило Джека. Херити знает этих двоих. Они знают отца Майкла. Недавний вопрос священника был очень уместен – зачем они пошли этой дорогой?

– Хвала армии, – сказал Джок, в голосе которого послышалась сильная картавость.

«Он говорит совсем не как ирландец», – подумал Джон.

Как будто прочитав его мысли, Херити сказал:

– Забавный у нашего Джока акцент, не правда ли? Он из шотландцев-католиков, Джон.

– Оставь это, – сказал Лиам. – Ты знал, что дорога закрыта, Джозеф. Зачем тебе надо было дразнить Маккрея с его ракетной установкой?

– Чтобы он расходовал боеприпасы, – сказал Херити со смешком.

– Ну и веселый ты человек! – сказал Лиам.

– Не такой веселый, как ты, и не такой острый на язык, – сказал Херити.

– У нас нечто вроде соглашения с Маккреем, и ты знаешь это, – сказал Лиам. – Этих девочек, там внизу, надо сохранить, несмотря на то, что они побывали в грязных лапах Маккрея.

Отец Майкл неожиданно подскочил и встал рядом с Джоном.

– О чем ты говоришь, Лиам Каллен?

– Не лезь в это, священник, – сказал Лиам. Он взглянул на своего брата.

– Возвращайся и скажи остальным, что здесь все спокойно. Они могут передать мистеру Маккрею, что это только безобидные прохожие.

Джок развернулся и зашагал прочь. Казалось, что его зеленая форма растворилась среди сосен. Вскоре затих даже звук его шагов.

Но от отца Майкла нелегко было отвязаться.

– Ты сказал, Лиам Каллен, грязные лапы. Что ты видел?

– Ну, там две девочки, которые постарше, беременны, и это наверняка, – сказал Лиам.

– Там, у Маккрея, есть священник? – задал вопрос отец Майкл.

– Что касается этого, – ответил Лиам, – то мистер Маккрей больше не признает вашу церковь.

Отец Майкл покачал головой.

Херити прислушивался к этому разговору с нескрываемой насмешкой. Он спросил у Лиама:

– Вы знаете, сколько их там?

– Не наверняка, но мы опознали девять старших женщин и еще около тридцати девочек.

– Откуда они все взялись? – спросил Джон.

– О, это мы знаем, – сказал Херити. – Наш мистер Бранн Маккрей сгреб тех, молоденьких, при первых признаках неприятностей. Ему еще чертовски повезло. Не было ни одной больной во всей группе. А что касается тех, что постарше… – Херити посмотрел на Лиама. – Они были с ним уже давно.

– Как это «сгреб», что вы имеете в виду? – спросил Джон.

– Он сказал родителям, что их надо спрятать в безопасном месте от чумы, – сказал Лиам. – И это, в общем-то, правда.