Бегущая с демоном
Шрифт:
Он тихо лежал в кровати, глядя в потолок. Он знал, что снова уснуть не удастся. Никогда ему не уснуть сразу после возвращения из сна: адреналин приливает, нервы напряжены до предела. И сейчас — так же. Он пытался вообще больше не спать или спать понемножку, чтобы уменьшить влияние сна. Но так не прожить. Иногда такое просто не вынести.
Он отпустил свои мысли. Память о временах и местах, где был мир и где он хоть немного ощущал комфорт, давно канула в Лету. Детские годы превратились в расплывчатое пятно. Юность представляла собой разрозненную череду лиц и событий. Даже взрослые годы, до того, как он встретил
Но это было давно. Больше не осталось уверенности, что он сделал правильный выбор. Теперь он в себе не уверен.
Он вызвал в памяти образ Джози Джексон, пытаясь отделаться от тяжелых мыслей. Она материализовалась перед ним — длинные волосы, загорелая кожа, морщинки и яркая улыбка. Мысли о ней успокаивали. Она улыбалась ему, и они разговаривали. Он ничего о ней не знал. Он не мог осмелиться думать о ней более серьезно. Через три дня он будет уже далеко. Разве важно, какие чувства она в нем вызывает?
Но если неважно, тогда почему бы не доставить себе удовольствие на минутку?
Он уставился в потолок, разглядывая трещины в штукатурке, и среди теней видел миры, столь далекие, что казались сном.
Или кошмаром.
Джози Джексон исчезла. Джон Росс заморгал. В уголках глаз стали набухать слезы, и он поспешил вытереть их.
Глава 11
Нест Фримарк провела субботнее утро, убирая в доме вместе с Ба. Не имело значения, что наступил уик-энд Четвертого июля, и что Нест было очень нужно выйти наружу. Неважно и то, что она очень поздно легла накануне. Субботние утра всегда предназначались для уборки — извечный порядок. Ба встала в семь, завтрак был на столе в восемь, а в девять они уже приступили. Дела в разгаре. Тут уж не поспишь. Старина Боб уже ушел из дома к тому моменту, когда Нест и бабушка взялись за работу. Между ними существовало четкое разделение обязанностей: прежде всего это касалось разделения на дела внешние и внутренние. За внутренние отвечала Ба. Подстригать газоны, убирать листья, разгребать снег, рубить дрова, копать и рыхлить грядки в огороде, добывать деньги и перевозить все необходимое — все это входило в компетенцию дедушки (кроме цветочных клумб). Если он следил за порядком во дворе, Ба была к нему благосклонна, освобождая от работ по дому.
Нест, в свою очередь, помогала как внутри, так и снаружи, начиная с субботних уборок. Она встала вместе с Ба в семь, принимала душ и одевалась, потом завтракала яичницей, тостом и соком. Чем раньше начнешь, понимала она, тем скорее все будет готово. Ба уже дымила, как паровоз, и пила водку с соком, завтрак стоял перед ней нетронутым. Старина Боб с неудовольствием на нее поглядывал. Нест съела яичницу с тостом, выпила сок в полном молчании, стараясь не смотреть ни на кого из них, погрузившись в мысли про Два Медведя и события прошлой ночи.
— Откуда он узнал, что я здесь? — раздосадованно спрашивал Пик, когда они возвращались парком, и жаркая июльская темнота окутала их, словно черный бархат. — Я ведь был невидим! Он не должен был увидеть меня! Между прочим, что он за индеец?
Нест
Она обдумывала эту встречу, пока убиралась вместе с Ба, вытирая пыль и полируя мебель, протирая жалюзи и ставни, моя унитазы и раковины, ванную и душ. В обычный день уборки они ограничились бы вытиранием пыли и пылесосом, но в первую субботу месяца делали все по полной программе. Кроме того, девочка помогла бабушке со стиркой и мытьем посуды, и около полудня они уже со всем покончили. Когда Ба отпустила ее, Нест жадно проглотила сандвич с арахисовым маслом и желе, запила его большим стаканом молока и выскочила в заднюю дверь, так что дверь снова с шумом захлопнулась за спиной. Скверно, но уже ничего не поделаешь.
— Он назвал себя шаманом, — сообщила Нест Пику прошлой ночью. — Может быть, поэтому он видит то, чего не видят остальные люди. Разве индейские шаманы и знахари не обладают особой силой?
— Откуда же мне знать, чем обладают знахари и чем — нет? — ворчливо пробубнил Пик. — Разве я похож на эксперта по индейцам? Я живу в этом парке, и у меня не бывает отпусков, чтобы ездить по стране и изучать жизнь индейцев. Почему ты сама не знаешь, чем занимаются индейцы? Разве вас не обучали этому в школе? Кстати, что у вас за образование? Будь я на твоем месте, я бы уж знал все из истории, что может быть полезно…
И так далее, и так далее. Она едва успела вставить словечко, чтобы попрощаться, когда они добрались до дома. Иногда Пик просто несносен. Почти всегда, если по правде сказать. Но все равно — он ее лучший друг.
Нест повстречала Пика на шестом году жизни, в начале лета. Она сидела у песочницы вечером после ужина, поглядывая в сторону парка, замечая вспышки там, где в изгороди были прорехи, теперь заполнявшиеся свежей растительностью. Девочка мурлыкала себе под нос, бесцельно перебирая песок и наблюдая за парком, когда вдруг увидела пожирателя. Он крался в тени заднего двора Петерсонов, согнувшись и прячась от света. Она внимательно следила за ним: интересно, куда и зачем он идет.
— Жуть, правда? — раздался чей-то голос.
Она быстро огляделась по сторонам. Никого.
— Здесь, здесь, — проговорил голос.
Она посмотрела вниз: там, на другой стороне песочницы, сидело нечто, напоминающее деревянного человечка, сделанного из палочек и листочков, с маленьким стареньким личиком, вырезанном из дерева, и с бородой из мха. Он был настолько мал и неподвижен, что вначале она приняла его за куклу. Потом он немножко пошевелился, и она догадалась: перед ней живое существо.
— Я ведь не напугал тебя, а? — спросил с ухмылкой, протягивая к ней ручки-палочки.
Она отрицательно покачала головой.
— Вряд ли. Не думаю, что тебя можно напугать. Если ты не боишься пожирателей и этой здоровой собаки. Нетушки. Лесовика она точно не испугается, сказал я себе.
Она уставилась на него.
— Что еще за лесовик такой?
— Это я. Он самый и есть. Лесовик. И был им всю жизнь. — Он усмехнулся шутке, потом откашлялся с официальным видом. — Мое имя — Пик. А твое?