Бегство в ад
Шрифт:
– Что-нибудь пропало? – спросила она.
– Ничего ценного здесь нет. Кто это сделал?
– Рамон, – вздохнула она.
– Ваш друг?
– Он мне не друг. Пожалуйста, взгляните, не пропало ли что. Нужно быть уверенным.
Пожав плечами, Кул прошелся по квартире, больше чтобы убедиться, что если кто-то сюда и вломился, то разве для составления описи того, что можно украсть. Он понимал, что Рамон не обычный вор, но не представлял, что здесь можно искать. Еще меньше он понимал связь и смысл ночных событий.
Его квартира состояла из гостиной, спальни, маленькой
Квартиру с мебелью оно снял, едва начав работать в агентстве Джордана, и ничего тут не менял, только повесил несколько своих картин и этюдов. На кухне Кул нашел два стакана и бутылку бренди. Напиток теплой лужицей растекся по желудке, но внезапно его охватила дрожь. Отопление на ночь было выключено, и квартире выстыла. Он вновь наполнил свой стакан, другой – для девушки и отправился к ней.
Гостья наблюдала за улицей, приподняв край шторы. Она все еще была в пальто, и Питер отметил, что пальто добротное, изящное и, видимо, дорогое. У девушки были длинные стройные ноги. Несмотря на испанский акцент, она не походила на латиноамериканку. Когда он протянул стакан, она мило улыбнулась, и напряженность как рукой сняло.
– Выпейте, – сказал Кул. – Вы явно не привыкли к нашей северной погоде.
– Да, не привыкла, – она с легкой гримаской пригубила ликер, взглянула на картины на стене и снова улыбнулась. – Вы любите яркие краски, как я вижу. Вам бы понравились горы Гватемалы.
– А, так вот откуда вы!
– Да, из Антигуа, вблизи столицы. У меня еще дом в Сан-Хосе, на тихоокеанском побережье. Страна у нас очень разноликая, и любая ее часть по-своему хороша – все везде насыщенно светом и цветом.
– Но почему вы мне все это говорите? – поинтересовался Кул.
Она пожала плечами.
– Я расскажу, но вы должны мне доверять, или мы оба проиграем. А дело очень срочное. То, что вы должны сделать, нужно делать тут же, не откладывая. Поверьте, я не преувеличиваю. Мне очень трудно находиться здесь. Поверьте, я к такому не привыкла, – она отчаянно жестикулировала, избегая смотреть в сторону открытой двери в спальню, и даже покраснела. – Я здесь лишь потому, что это абсолютно необходимо.
– Я слушаю, – согласился Кул.
– Да, вот... – она поставила стакан на стол. – Я пришла из-за вашего брата.
– Брата?
– Да, Гидеона.
И опять он почему-то не удивился. Иначе и быть не могло. Человек с ножом, девушка из Латинской Америки, волнение, которое им овладело, когда он впервые ощутил, что за ним следят...
С Гидеоном вечно так, – подумал он с улыбкой, чуть тронувшей губы, – вечные приключения, опасности и прочие романтические ситуации. Гидеон был анахронизмом, по ошибке угодившим в двадцатый век, хотя всем своим существом он принадлежал эпохе конкистадоров и авантюристов-флибустьеров. Питер воздержался от комментария вслух, зная, как это рассмешило бы брата. Однако другого способа воспринимать Гидеона просто
– Садитесь, мисс Дельгадо, – предложил он.
Двигалась она быстро и грациозно. Под пальто тонкого драпа на ней оказалась коричневая юбка с широким мягким кожаным поясом, плотно затягивавшим тонкую талию и подчеркивающим выпуклость бедер. Пряжка пояса явно была из старинного серебра майя. Грудь обтягивал желтый кашемировый свитер, а шею украшал серебряный обруч замысловатой работы. Положив руки на колени, девушка задумчиво уставилась на них.
– Так что там с моим братом?
– Мне нелегко начать.
– А ждать еще труднее.
– Гидеон попал в беду. Дело очень серьезное, – ее плечи печально поникли, карие глаза смотрели на Кула спокойно и внимательно. – Вы его брат, но вы совсем другой. Может, я ошибаюсь. Гидеон родился с неистовой душой, а вы, по-моему, на него не похожи.
– Так что за беда? – перебил ее Кул.
– Он в тюрьме в городе Гватемале.
– Что он натворил?
Она опять заколебалась. Ледяная крупа застучала в окно, и девушка вздрогнула. Кул заметил, как вздымалась под свитером ее полная грудь.
– Рассказывайте, – потребовал он.
– Гидеона упрятали за решетку по сфабрикованному обвинению. Я в этом уверена. Он там уже неделю. И это серьезнее, чем вы можете себе представить. Сначала мы не знали, где он, но потом нашли его и попытались чем-нибудь помочь. Но ничего не вышло.
– Кто – мы?
– Друзья Гидеона. Я.
– Кто-нибудь обращался в американское посольство?
– Конечно. Ваши чиновники ничего не станут делать. Гидеон встревал в международные дела, и это могло вызвать неодобрение мистера Тиссона. Так зовут вашего посла. Милый человек, но слабый. И ему очень не нравятся тропики. Он к ним так и не приспособился, – девушка улыбнулась и оперлась длинными пальцами на округлые бедра. – Ждать от Тиссона помощи не приходится.
– Ладно, – буркнул Кул, – когда будет суд?
– Суда не будет.
– Но его арестовали...
– Никакого суда, сеньор.
– Тогда что с ним случилось?
– Он в тюрьме.
– Без приговора?
– В нашей стране это не столь важно, сеньор.
У него мороз пробежал по коже.
– И Гидеон может там остаться навсегда?
– Мне очень жаль, сеньор...
Кул уставился на девушку. Их глаза встретились. И странное ощущение он испытал: смущение из-за ее присутствия было сильнее, чем то негодование, в которое поверг его ее рассказ. Он полез в карман за сигаретами, но тут же забыл о них и снова обратился к ней.
– Что я могу сделать? Чем помочь?
– Об этом нужно подумать вместе.
– Вы хотите, чтобы я отправился с вами туда?
– Сомневаюсь, что это поможет.
– Но что тогда?
Она не ответила. Казалось, она не ожидала от него подобной реакции. Девушка озадаченно хмурилась, и между тонкими бровями пролегла едва заметная складка.
– Скажите, вы впервые слышите о неприятностях Гидеона?
– Почему вы спрашиваете?
– Вы ничего о нем не слышали последнее время?
– Вы имеете в виду, не писал ли он мне?