Бегство из рая
Шрифт:
Тот не остался безучастным. Рита поняла, что еще пара минут — и разговор о делах будет забыт.
— Что мы делаем? — произнесла она, стараясь вновь сосредоточиться на обсуждаемой проблеме.
— Ведем расследование, — хрипло ответил он. — Реализуем разработанный в Нью-Йорке план. Ищем место, где можно без помех обменяться информацией. Нужно найти еще какой-нибудь уголок, кроме этого проклятого душа, потому что здесь...
Фраза осталась незаконченной. Винс с мучительной медлительностью потерся о Риту всем телом. Она почувствовала, как твердая
Она из последних сил ухватилась за остатки здравомыслия, однако они улетучились, стоило ему вновь стиснуть ее ягодицы. Вероятно, перед этим он успел взять мыло, находившееся за спиной Риты, потому что его ладони были скользкими. Они двигались по коже Риты с легкостью языков пламени, лижущих гладкое стекло. Он ласкал Риту точно так же, как это делал актер в фильме, который они видели в самолете.
— Боже ты мой!.. — только и смогла выговорить Рита, когда скользкая рука проникла между ее ног.
А когда он немного отклонил корпус Риты назад, чтобы удобнее было наносить пену на ее упругую грудь, то в ответ услыхал полный страсти стон.
Желание близости с Винсом возникло у Риты еще в штаб-квартире Стейнхарта, почти сразу же, как он покинул постель. Позже оно отошло на задний план, но осталось с ней. Сегодняшняя ночь всколыхнула его с небывалой силой.
Сейчас страсть пульсировала в ее жилах бесконечным ритмом туземных барабанов, словно разносясь с током крови и достигая не только мозга, но и каждой клеточки тела.
Тем временем Винс принялся играть с ее отвердевшими сосками. Сочетание мыльного скольжения и действий умелых пальцев привело ее в почти исступленное состояние.
Он плавно и легко поглаживал ладонями каждую грудь, время от времени дразня уплотнившиеся соски большими пальцами, и на—
Столько распалил Риту своими действиями, что ей почудилось, будто вода, в которой они стояли, начинает закипать.
Задыхаясь, она нашарила мыльницу, схватила остававшийся там брусок и потерла в руках. Затем храбро потянулась к выступающему вперед мужскому органу и легонько провела пальцами по всей его длине. Винс судорожно втянул воздух. Затем с его губ сорвался стон, потому что она сомкнула вокруг твердой плоти ладонь и принялась медленно скользить намыленными пальцами взад-вперед. Одновременно она потихоньку сжимала и отпускала пульсирующий ствол точно такими же, почти невесомыми, движениями, с помощью которых он ранее едва не лишил ее рассудка.
Рита опустила взгляд, чтобы полюбоваться своей работой. Когда она начала, он уже был сильно возбужден, но сейчас его разбухший, напряженно выпрямившийся член раскраснелся. Казалось, под бархатистой кожей скрывается горячая сталь.
— О-о-о! — простонал он. Затем произнес задыхаясь:
— Довольно, иначе я взорвусь. Меня распирает все, что во мне накопилось, но я хочу излить это в тебя, а не в твою ладонь.
Она опустила руку, потому что ей хотелось того же. Ее собственное желание было безмерно. Винс отстранился, и она едва не застонала от разочарования,
Тогда Рита тоже сполоснулась, смывая с себя пену. Винс проследил горячим взглядом за радужными пузырьками, бегущими вниз, к треугольнику светлых волосков между ее бедер.
Прежде она не обратила внимания на внутреннее устройство душевой кабины, но, когда он уложил ее спиной на находившуюся в одном углу скамью, поняла, что интерьер был задуман не только для омовения, но и для своего рода спортивных упражнений.
— Раздвинь ноги, — велел он, что Рита и сделала, упершись ступнями в небольшие выступы, расположенные очень удобно, именно на таком уровне, чтобы женщина могла свободно раскрыться перед мужчиной.
Когда она устроилась, то оказалась в таком положении, что он просто не мог не скользнуть жаждущим взглядом прямо на ее открывшееся лоно. Никогда еще она не чувствовала себя столь обнаженной, беспомощной и вместе с тем изнывающей от желания.
— Прошу тебя... — умоляюще выдохнула Рита. — Пожалуйста, не заставляй меня ждать.
Водяные брызги падали на них со всех сторон, словно тоже желая приласкать. Едва Рита успела отметить это краешком сознания, как горячий твердый ствол, который она поглаживала и дразнила минуту назад, мощно вошел в нее.
Первый раз она вскрикнула, когда они слились, второй, — когда Винс отыскал пальцами чувствительный бугорок между слегка припухших, покрытых волосками створок и принялся массировать, двигаясь внутри нее в быстром жестком ритме.
Обоюдный накал страсти был так высок, что любовное соитие не могло продолжаться долго. Винс искусно подвел Риту к взрыву острого, всепоглощающего наслаждения, которое молниеносно распространилось по всему ее телу. И пока она нежилась в волнах удовольствия, Винс следом за ней нырнул в пучину блаженства.
Когда утихла сотрясавшая его тело судорога, он без сил склонился над Ритой, прижавшись лбом к плечу. Она вплела пальцы в его мокрые волосы, повернула лицом к себе и прильнула губами к щеке, с упоением ощутив смешанный вкус воды и разгоряченной мужской кожи.
Винс отстранился от Риты, в момент нарушения физического контакта сразу испытав ощущение потери. Если бы от него сейчас что-то зависело, то он все тут же начал бы сначала. Вернее, не с самого начала, а с того момента, пока их тела еще были соединены.
Он закрыл глаза, потому что одна лишь мысль об этом вновь заставила отвердеть его интимную плоть. Боже, если бы он находился сейчас в Рите, продолжая ласкать и целовать ее, то смог бы ощутить сокращения ее внутренних мышц вокруг его собственного органа.
Ведь она такая отзывчивая. Горячая. Податливая.
Винс вновь желал ее с той же силой, что и несколько минут назад.
Он заранее знал, чем закончится секретный разговор в ванной. Ни один из них не смог бы устоять перед волшебным ощущением, возникающим в момент соединения двух обнаженных мокрых тел.