Беглый в Варшаве

АЗК

Машина резво выехала со двора госпиталя. Двигатель работал ровно и тянул очень легко. Все мои переделки работали так, как мной и задумывалось. Особенно радовала подвеcка, полностью поглощая намерзшие ледовые неровности. Пауза тянулась минуты две, пока не решено было начать разговор.

— Сегодня был у начальника госпиталя, — мой голос прозвучал спокойно.

Инна повернулась, не меняя выражения своего лица, тем не менее в голосе звучала тревога.

— Дубинский? Зачем он тебя вызывал?

Что-то серьёзное Костя?

— Предложение от него поступило. Его переводят на новое место, предлагал служить вместе с ним.

— Куда, кем, когда?

— Начальником ВМУ в Главкомате Западного направления. Штаб в Легнице, это в Польше. Он уезжает туда в ближайший месяц и сейчас формирует свою команду. Хотел бы видеть среди гражданских специалистов кого-то надёжного. И в списке оказался один знакомый персонаж, — последнее прозвучало с усмешкой.

Инна немного помолчала, затем отозвалась спокойно:

— Неожиданно… Но в духе Дубинского. Он никогда не делает ставки просто так. А ты… — согласился?

— Сказал, что подумаю. Ответ нужно дать до конца недели. Но это ещё не всё. Он интересовался личной жизнью. Не из любопытства, а потому что неженатых за границу выпускают неохотно. Прямо намекнул — если хочешь со мной, то нужно определяться.

Инна не ответила сразу. Кисти ее рук сжали ремешки сумки, взгляд скользнул в окно, где за снежной вуалью мелькали огни проспекта.

— А у нас всё серьёзно? — прозвучало чуть тише, чем обычно.

— Ты знаешь ответ лучше меня, — мой ответ прозвучал спокойно и уверенно.

Инна выдохнула, кивнула, как будто сказала себе самой: «Конечно знаю, но хочу услышать снова, и это не последний раз».

— А в Польше можно продолжить обучение? — Вопрос прозвучал почти буднично, но с той нотой, что выдает скрытую тревогу.

— Ты таки хочешь вернуться к учёбе?

— Очень. Всё ещё помню анатомию, терапию, фармакологию…

Машина мягко свернула во двор. Фары осветили сугробы, чью-то детскую лопатку и следы сапог. Двигатель заглушен, но разговор не прерывался.

— Если поедем в Польшу — то уверен, можно будет что-то придумать по линии ВМУ Главкомата. Если остаёмся — найдём вариант здесь. Есть накопления, плюс кое-что можно достать через знакомых. Разберёмся. Главное — не откладывать решение.

Инна обернулась, посмотрела прямо, глаза были серьёзными и светлыми.

— Знаешь… Иногда так страшно верить в перемены. Но всё внутри говорит — надо. Потому что иначе — застой. Как в организме без движения.

Ответ мой был кратким:

— Движение — это жизнь. Особенно если вместе.

Инна улыбнулась. Нежно, почти застенчиво. Потом взяла за руку, словно для того, чтобы зафиксировать: решение принято.

* * *

На

следующее утро, после короткого завтрака и дежурного взгляда на заснеженный двор, ноги сами понесли в знакомый кабинет, где за массивным столом, как всегда, сидел полковник медицинской службы Дубинский. Комнату наполнял устойчивый запах крепкого табака и присущий только военным запах от формы. Даже менты и флотские пахнут совершенно по другому. Полковник поднял глаза от бумаг и жестом пригласил сесть.

— Значит, всё обдумали, Константин Витальевич? — голос прозвучал мягче, чем обычно, но уверенности в нём от этого меньше не стало. — Каков ваш ответ?

Взгляд мой встретился с его спокойно выжидающим лицом. Ответ прозвучал сдержанно, но ясно:

— Поездку в Польшу считаю возможной. Однако есть одно обязательное условие: служба должна роходить там, где Инна Игоревна сможет продолжить своё медицинское образование. Без этого — смысла нет.

Дубинский молча покивал, будто такой ответ предвидел. Потянулся за другим листом, изучил его бегло и снова посмотрел мне в глаза.

— Предусмотрительно. И, надо сказать, вполне разумно. Учитывая, что она — человек способный, и таких специалистов лучше не терять ни в жизни, ни в профессии. Вариант есть. Варшава. Там и гарнизонный госпиталь серьёзный — второй по уровню в группе войск, и медицинский институт достойный, даже с отделением на русском языке. Учеба — вечерняя или по индивидуальному графику, можно решить. Главное — пройти переоформление здесь и получить направление через министерство высшего образования.

И снова мой ответ прозвучал спокойно:

— Вариант устраивает. Варшава — столица страны, необходимая инфраструктура есть. Условия для работы — однозначно лучше, чем в глубинке.

Полковник слегка усмехнулся, глядя поверх очков.

— Разумеется. Уже отдано распоряжение оформить вас как гражданского медицинского техника со специальными функциями при штабе. А по Инне — направим ходатайство в министерство здравоохранения ПНР. Там, по линии обмена, таких студентов принимают охотно. Главное — документы, характеристики, и… жениться не забудьте. Пока есть время.

В голосе прозвучало не насмешка, а скорее отеческая забота.

— Мы с Инной это уже обсудили.

Полковник откинулся на спинку кресла и закурил. Пауза тянулась несколько секунд.

— Тогда скажу следующее: у вас есть неделя. За это время — оформляем все документы, решаем с жильём, получаем визы. К концу месяца вы уже должны быть в Варшаве. Служба будет интересной. Там и наука, и задачи особого порядка. Работа нескучная.

Пожатие руки было крепким, как и положено человеку, умеющему отличать настоящую инициативу от пустой болтовни.