Беглянка
Шрифт:
Уэйкфилды улыбнулись и еще немного постояли, обнявшись. Потом Джессика обратилась к водителю:
– Извините, сэр, но ни один из нас не поедет в Сан-Франциско, могу ли я забрать свой багаж?
Водитель закатил глаза и направился к двери.
– Почему бы и нет, – бормотал он себе под нос. – Мы вообще можем все здесь выйти и устроить пикник! Кого волнует мое расписание?!
Основательно покопавшись в багажном отделении, водитель наконец выудил оттуда чемоданы Джессики и протянул их ей. Джес поблагодарила его и проводила взглядом, пока он не скрылся в автобусе. Тут из здания вокзала выбежала старушка и удивленно посмотрела на Джессику.
– Что происходит,
– Да, – улыбнулась девушка. – Вы были правы насчет родных! Они действительно рады мне!
Джессика крепко обняла брата с сестрой. Старушка тоже улыбнулась своей бывшей спутнице и направилась к двери автобуса. Потом вдруг остановилась и добавила:
– Я много в чем права, милая! Только, ты думаешь, меня кто-нибудь слушает? – Старушка помахала Джессике рукой и произнесла напоследок: – Удачи тебе, милая!
– Вам тоже! – ответила Джессика. Стивен, Элизабет и Джессика стояли и смотрели вслед удаляющемуся автобусу, пока он не скрылся за поворотом. Затем Стивен поднял чемоданы Джессики и вместе с сестрами направился к машине.
– Наверное, стоит позвонить маме с папой, – озабоченно произнесла Элизабет, при этом крепко держа Джессику за руку.
Джессика остановилась как вкопанная.
– От меня действительно одни неприятности, верно? – нахмурилась она.
– Нет, конечно, нет, – ответил Стивен. – Поверь, Джес, мы очень рады, что вернули тебя. Это единственное, что сейчас имеет хоть какое-то значение!
– Я так забеспокоилась, когда вы не появились на автовокзале, – улыбнулась Джессика. – Я подумала, что после того, как вы прочтете мое письмо, сразу примчитесь.
– Какое письмо?! – одновременно спросили Стивен и Элизабет.
Джессика снова замерла как вкопанная.
– Вы что, хотите сказать, что не нашли письмо?!
– Нет, лично я не видела никакого письма, – ответила озадаченная Элизабет.
– Но как же вы меня тогда нашли? – спросила не менее озадаченная Джессика.
– Все было довольно не просто, но это долгая история, и я расскажу ее тебе по дороге домой, – устало ответила Элизабет.
Стивен положил вещи Джессики в багажник своей маленькой машины и сел за руль. Элизабет села на заднее сиденье, а Джессика устроилась рядом с братом.
– Знаешь, Лиз, – лукаво заметила Джессика, – я даже рада, что ты не нашла письмо...
– Почему?
– Я там написала кое-какие глупости...
Элизабет нежно улыбнулась сестре и ласково сказала:
– Не волнуйся об этом, Джес, теперь я уже не собираюсь читать это письмо!
– Отлично! – радостно сказала Джессика. – Я точно была сумасшедшая! Только теперь я поняла, что эти джинсы мне идут больше, чем тебе!
Родители так тепло встретили свою блудную дочь, что Джессика очень долго не могла уснуть этой ночью, перебирая в памяти события сегодняшнего дня. После обсуждения того, что произошло, незамедлительно последовали объятия и рыдания.
Теперь Джессика спокойно могла поведать своей семье обо всем, что ее беспокоит. В этой беседе участвовали все, и под конец вечера между Джессикой и ее семьей установилось такое взаимопонимание, которого раньше еще никогда не было.
– Пусть каждый из пас пообещает одно, – решил Нед Уэйкфилд, – неважно, что мы будем делать в этой жизни, неважно, чем мы будем заняты, Я считаю нужным сказать, что ничто не может быть для каждого из нас важнее нашей семьи. Я думаю, что с этим согласятся все!
И все, естественно, согласились.
Теперь Джессике оставалось позаботиться только об одном.
Она поднялась к себе, села за стол, достала бумагу и ручку и, немного подумав, начала писать:
«Дорогой
Как ты уже, вероятно, догадался, я не приеду к тебе в Сан-Франциско. Я не могу. Мне очень жаль, что у тебя так получилось с твоей семьей. И я надеюсь, что смогу тебе чем-нибудь помочь. Однако я думаю (это мое личное мнение), что побег – это не выход из создавшейся ситуации. Я надеюсь, ты не будешь меня ненавидеть за то, что я не смогла приехать к тебе. Я уверена, что ты поймешь. Ты очень хороший человек, Ники. Действительно очень хороший. Я надеюсь, что ты всегда будешь таким. Пожалуйста, напиши мне, дай мне знать о себе. Я очень надеюсь, что у тебя все будет хорошо.
С любовью, Джессика».
Она откинулась на спинку стула и несколько раз перечитала письмо перед тем, как запечатать его и написать на конверте адрес Ники в Сан-Франциско.
– Джес, – позвал снизу папа, – ты можешь спуститься?
– Конечно, – ответила Джессика. Убрав конверт, она спустилась вниз.
Мама и папа вместе со Стивом и Элизабет сидели в гостиной.
– Ты все распаковала? – спросила мама.
– Да, спасибо, – ответила Джессика, садясь в кресло.
– В том, что случилось, есть один большой плюс, – сказала с улыбкой Элизабет, – наконец-то ты убралась в своей комнате.
– Она будет чистой недолго, – рассмеялась Джес.
– Мы только что обнаружили, что никто из нас еще не обедал. – Нед Уэйкфилд подошел к Джессике и обнял ее.
– Хорошо, послушайте. Для того чтобы показать вам, как я счастлива вернуться домой, я пойду приготовлю для всех особенный обед.
Уэйкфилды обеспокоенно переглянулись.
– У меня есть идея получше, – осторожно заметил мистер Уэйкфилд. – Почему бы мне не дать денег на то, чтобы ты нас всех сводила куда-нибудь на по-настоящему особенный обед.
Джессика хитро улыбнулась.
– У меня есть идея еще лучше. Почему бы тебе не дать мне денег на «по-настоящему особенный обед», а я вместо него куплю пиццу. А на оставшиеся деньги я куплю себе тот потрясающий свитер, о котором мечтаю всю свою сознательную жизнь! Здорово я придумала?
Нед Уэйкфилд засмеялся и обнял дочь.
– Придумала ты здорово, Джес! Просто великолепно!
14
– Я никак не могу поверить, – говорила Инид Роллинз, отложив свой бутерброд и слушая с широко раскрытыми от удивления глазами рассказ Элизабет о том, как они со Стивом догнали Джессику в самый последний момент.