Беглецы

Син Энн

Разбудил Чина дизельный грузовик, который с грохотом вкатился в тюремный двор, раскидывая из-под колес пыль и грязь, и. описал круг, объезжая заключенных. Чин сонно глядел, как грузовик проехал к дальней стене тюрьмы и остановился возле антрацитовой фабрики. Водитель заглушил мотор, вылез из кабины и ушел. Грузовик стоял под конвейерной лентой, выведенной наружу через проем в стене. Чин внимательно смотрел на квадратную дыру, осознавая, что это и есть желоб того самого конвейера, у которого они стоят изо дня в день. Он взволнованно

толкнул локтем съежившегося и сонного Хёка.

— Эй, Хёк, глянь-ка. Присмотрись вон к тому самосвалу.

— Отстань. Я устал.

— Серьезно, обрати внимание. — Чин потряс товарища.

Хёк перевернулся и протер глаза. Опершись на локоть, он оглядел двор и заметил машину.

— И чего с ним не так? — пробормотал он.

— Посмотри, где он, — не отставал Чин.

Хёк еще раз глянул на грузовик, а потом выпучил глаза, узнав здание.

— Это же наша фабрика! Он припаркован к ее стене.

— Ну да. Это наверняка происходит каждый раз, когда мы работаем. Эти грузовики приезжают сюда и стоят до тех пор, пока кузов не наполнится. А потом они уезжают.

— Чего вы там всё разглядываете? — недовольно поинтересовался Пэ, приложив руку козырьком к глазам и глядя на двор.

— Посмотри на тот грузовик, — сказал Чин, поворачивая голову в другую сторону, чтобы не привлекать внимания. — Парень только что припарковал его. Он будет стоять тут, пока мы не наполним кузов, так? А потом грузовик уедет.

— Хм. — Пэ таращился на машину, рассеянно почесывая спутанную бороду. — И ты подумываешь о том, чтобы прыгнуть в кузов.

— Ну да, — ответил Чин.

— Как?

— Не знаю. Может, сможем залезть на конвейерную ленту после работы.

— Но после работы грузовика тут может уже не быть.

— Давайте проверим. Если нам удастся попасть в одну из этих машин, мы сможем сделать отсюда ноги.

Пэ смотрел на грузовик со странным блеском в глазах.

— Хм. Может, ты и дело говоришь. — Он задержал взгляд на машине еще на некоторое время, а затем повернулся к Чину: — Ишь, шельмец! А ведь это может сработать!

— Не просто вам смазливый мальчик, а? — Хёк толкнул Чина в плечо.

— Разведаем это дело. Я думаю, тот бедолага так и вылез, — сказал Чин.

Двое его товарищей кивнули с серьезным видом и перевели взгляды с грузовика на пустой столб в середине двора.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Суджа! — позвала Кёнбок, глядя поверх голов толпящихся в коридоре студентов.

Она заметила, как подруга выбежала из аудитории. Вместе с Сунок и Миран, Кёнбок ждала в холле, пока соберется их группа на факультатив по истории.

Суджа, опустив голову, прошла мимо, притворившись, что не услышала. Она избегала факультативные группы и не оставалась с ними после занятий. Вместо этого девушка незаметно сбегала после окончания пар, исчезая за дверью прежде,

чем кто-нибудь успевал втянуть ее в беседу. В университете переговаривались о том, что Суджа сильно переживает случившееся.

— Аннён, здравствуй, — бросила она на ходу.

— Идем на факультатив! — крикнула Кёнбок.

— Извини, — ответила Суджа, почти не глядя в ее сторону.

Кёнбок протиснулась сквозь толпу студентов и побежала к Судже, ее волосы, стянутые в «конский хвост», раскачивались из стороны в сторону.

— Ты уже три недели не приходишь.

— Я дома занимаюсь.

— Ну правда.

— Не могу. Я так завалена работой. Столько всего надо сделать, — торопливо ответила Суджа, желая поскорее отделаться от подруги.

У нее оставалось меньше часа, чтобы попасть на черный рынок.

— Мы все тянем одну лямку. Нам нужно работать вместе.

В ответ на это Суджа только поджала губы. На протяжении долгих лет у нее не было никаких сомнений относительно этого девиза, но теперь он воспринимался ею как чистой воды манипуляция.

— Пошли же, — потянула ее Кёнбок.

Суджа положила ладонь на руку подруги, пытаясь поймать ее взгляд и понять, можно ли все ей объяснить. Они вместе несколько лет занимались гимнастикой, а потом одновременно поступили в Университет имени Ким Ир Сена. В их жизни было уже так много переломных моментов, и Суджа во всем ей доверяла, но сейчас она не была уверена в том, что с Кёнбок стоит делиться своими мыслями. Опасно было высказать сомнение относительно ЦТАК, Чина или государственной полиции и тем более говорить о том, что она собиралась предпринять. Ничего нельзя рассказывать!

Суджа заключила Кёнбок в крепкие объятия и долго не отпускала.

— Я так по тебе скучаю, но сегодня остаться никак не могу, — сбивчиво проговорила она.

Кёнбок отстранилась, внимательно посмотрела на подругу и, слегка встряхнув ее за плечи, произнесла:

— Суджа, я знаю, что ты ужасно по нему тоскуешь. Даже я до сих пор скучаю. Но не отталкивай меня, не нужно отгораживаться. Идем, мы можем вместе пойти на факультатив или просто прогуляться. Или еще что-нибудь придумаем.

— Мне очень жаль, — покачала головой Суджа. — Просто у меня газета и домашние задания, и к тому же мама хотела, чтобы я помогла ей по дому.

— Но я не видела тебя уже несколько недель.

— Честно, мне столько домашки делать, и я работаю в газете. Просто нет времени.

— Суджа…

Девушка потупилась:

— Извини, Кёнбок. Я просто не могу.

Кёнбок замолчала. Суджа иногда была такой упрямой, а ведь могла бы столько сделать!

— Тебе лучше быть среди друзей, — наконец сказала она.

— Если честно, то я не думаю, что ты знаешь, что для меня лучше, — ответила Суджа.

Кёнбок поджала губы.

— Ну ладно, хорошо… — Она недоговорила и сделал шаг назад.